«Я просто устала от постоянного напряжения и нервотрёпки, когда приходится гадать, в каком же настроении проснётся Марк или каким он вернётся с работы». Но этого я не стала озвучивать Денису, чтобы у него не возникло ощущение, что я решила пожаловаться.

После этого откровенного разговора я ещё три раза созванивалась с сыном, в то время как Марк продолжал хранить гордое молчание, непонятно на что надеясь.

А вот Веронике я рассказала об изменениях в моей жизни только через неделю, когда подруга немного оправилась после несчастного случая с её мужем, который поскользнулся и упал на мраморную плитку, повредив себе копчик и получив трещину в правом бедре.

Она сама позвонила мне, когда я возвращалась с работы, чтобы узнать, как я, попросив хоть что-то ей рассказать, чтобы она хоть на что-то отвлеклась.

Так что, поставив тяжёлый пакет с продуктами на скамейку, так и не дойдя до дома, я выложила всё как есть, ещё и почти на одном дыхании, из-за чего под конец в горле пересохло и лёгкие отозвались протестующей болью.

— Ну ничего себе новости! Ты почему сразу же мне не позвонила?

— Я не хотела грузить тебя ещё и своими проблемами, когда ты и так сама не своя из-за Игоря.

— Ну ты даёшь! Оля, мы же не чужие люди. Я бы нашла на тебя время, чтобы выслушать и поддержать. К тому же мой муж не был при смерти, хотя по нему так и не скажешь. Боже, мужчины иногда хуже детей. Если бы ты видела, каким умирающим голосом он разговаривает и какого беспомощного из себя строит, ты бы была в шоке, подумав, что он в шаге от могилы.

— Я согласна на все сто. Если у Марка поднималась температура, то всё, он превращался в умирающего лебедя. Хотя я могла заниматься своими домашними делами даже с температурой в тридцать восемь градусов, в то время как он с тридцатью семью не мог встать с кровати.

— Ага! И они ещё убеждают нас, что это они сильный пол. Как бы не так! А что там с любовницей? Я что-то пропустила и не поняла, с кем именно Марк тебе изменял. С коллегой?

— Я без понятия, кто это, и даже не пыталась выяснить. Зачем? Чтобы сравнивать себя с любовницей? Единственное, что я знаю, так это то, что мой муж спал с какой-то Лизой, вот и всё. Не зря он так нервно вздрагивал, когда я упоминала о моей подруге. Кстати, тебе Андрей больше не звонил? А то я его так и не разблокировала, зато мне на днях названивал незнакомый номер. Я думаю, это был он и...

— Правильно думаешь, — мужской голос неприятно ударил по слуху, заставив меня поёжиться от его наполненного злобой звучания.

И мне понадобилось несколько секунд, чтобы присмотреться к шагавшему ко мне мужчине и понять, что это никто иной, как Андрей, муж моей бывшей подруги.

И, судя по его перекошенному лицу, он услышал мои последние слова, среагировав на имя сбежавшей жены.

— Да, этот козлина снова мне названивал, но с ним на этот раз поговорил Игорь, чтобы он не лез ко мне, — звучал из динамика голос Вероники. — Мне даже страшно за Лизу и её детей. Этот полоумный кретин сейчас носится по всему городу и ищет её, цепляясь ко всем её бывшим знакомым и подругам. И я уверена...

— Вер... Он здесь, — с трудом произнесла, не сводя взгляда с Андрея.

И честно, меня было трудно напугать, и я считала себя довольно-таки смелой женщиной, но Андрею это удалось. Он был крупным, подкаченным мужчиной, хоть и ниже меня ростом. И я прекрасно знала по рассказам Лизы, на что он способен.

Он не Марк, которого можно остудить уверенностью и дать отпор. И если этот человек заведётся, то всё, он не успокоится, пока не выпустит пар или не получит желаемого.

— В смысле? Андрей? Рядом с тобой? Ты же у дома, да? Если этот псих что-то сделает, то зови соседям! А я сейчас позвоню брату. Он как раз должен быть где-то рядом с твоим районом.

Вероника продолжала что-то быстро говорить, но смысл её слов ускользал от меня. И только с огромным усилием я заставила себя подавить страх и гордо посмотреть на Андрея, повторяя про себя, что я его не боюсь и он не посмеет и пальцем меня тронуть.

Ну а мужчина в это время смотрел на меня как на своего главного врага, угрожающе насупившись и то и дело сжимая и разжимая руки, заставляя смотреть на его большие кулаки.

— Где Лиза? Ты прячешь её у себя, да? И что ты там пиздела о том, что твой муж спал с моей женой?

Ситуация — хуже и не придумать. Но меня радует, что я сейчас рядом с моим домом, ещё и в то время, когда соседи возвращаются с работы. Елисей так точно должен появиться минут через пятнадцать, если только он никуда не заедет по дороге.

Глава 16

Ольга

Я помню ещё то время, когда Андрей, чтобы впечатлять Лизу, всегда с улыбкой и вежливо общался с её подругами, зная, что мы потом обсудим его и вынесем свой вердикт. Он мог сделать комплимент, рассмешить и впечатлить, соответствуя образу хорошего мужчины, от которого нельзя ждать ничего плохого.

Но потом, как только он поймал Лизу на крючок, все её подруги стали для него врагами, сбивающими его женщину с правильного пути, желающими из зависти разрушить их счастье и испортить её жизнь («как он убеждал свою жену», понимая, что мы пытаемся вытащить её из этих ужасных отношений). Особенно мы с Вероникой, так как мы продержались дольше всех, до последнего не отворачиваясь от Лизы, в надежде, что до неё наконец-то дойдёт, что она никогда не будет счастлива с таким мужчиной, как Андрей.

И сейчас, смотря на застывшего передо мной мужчину, я не могла понять, как у него получается притворяться нормальным. Я ведь тоже поначалу была уверена, что мой подруге повезло, с одобрением рассказывая об этом человеке.

Это какое-то природное обаяние или выработанная со временем способность вживаться в роль?

— Ты оглохла? Не заставляй меня повторять! Я имею полное право знать, где сейчас находится моя жена! И поверь, тебе лучше сказать мне правду.

Андрей говорил быстро, словно выплёвывая слова, чем-то напоминая взбешённого до предела бульдога, который вот-вот сорвётся и вцепится мне в шею.

— Я не обязана с тобой разговаривать и отвечать на твои хамские ответы. Да и вообще, меня никак не касаются твои отношения с Лизой. Я уже давно не поддерживаю с ней общение. Так что хватит пыхтеть в мою сторону в надежде, что я испугаюсь и всё тебе расскажу.

— Слышь ты, Оля, не надо меня провоцировать. Я опасный человек, и со мной лучше не связываться. Так что засунь свою пафосность себе в задницу и отвечай на мои вопросы. Где Лиза? И где твой муж? У меня и к нему будет разговор!

— Андрей, у тебя что, запоздало началось весеннее обострение? Я без понятия, где твоя жена. И мой муж не спит с Лизой. Я говорила совершенно о другой женщине. Да и сам подумай, как бы твоя жена смогла тебе изменять, если ты постоянно контролируешь каждый её шаг?

— Где Лиза? — угрожающе резко спросил Андрей, пропустив мои слова мимо ушей.

— Не знаю, — ответила как можно спокойнее, внешне никак не показывая своего страха, что должно было только сильнее разозлить этого неадекватного мужчину.

И да, у него от напряжения и злости даже капилляры в глазах полопались, сделав его взгляд жутким и неприятным. Так и хотелось отвернуться, но я продолжала уверенно смотреть на него, зная, что это лучшая защита против агрессии. А то стоит Андрею почувствовать свою власть надо мной, как он сразу же позволит себе лишнего.

Тем более я уже увидела, как во двор заехала знакомая машина, и не сомневалась, что проходя мимо нас, Елисей обязательно вмешается, стоит ему только заметить, что мне некомфортно и ко мне проявляют агрессию.

— Слушай меня очень внимательно, я больше повторять не буду, или ты...

— А я больше не буду тратить на тебя своё время. Ты видно привык, что можешь бить Лизу без страха нарваться на закон, но со мной такое не прокатит. Тронешь меня хоть пальцем, и я сразу же напишу на тебя заявление. Не говоря уже о том, что я подниму такой шум, что соседи подумают, что меня тут убивают, и встанут на мою сторону. Ну и, конечно же, я кое-что смыслю в самозащите. Так что давай, рискни меня запугать.