– Даю тебе три дня на то, чтобы отучить ребёнка смотреть на мой портрет, когда он ест. Но обещай, что за эти дни никто, кроме тебя и Миши, меня не увидит. То есть, не меня, а портрет.

– Конечно, никто не увидит! Ты что, думаешь, у меня здесь проходной двор?!

Скептически изгибаю бровь, потому что ха-ха три раза. Конечно, у него здесь дамский проходной двор.

– Сейчас ко мне никто не ходит, – поясняет недовольно.

Нанял бы няню, и было бы спокойнее и ему, и ребёнку. Но не моё это дело, раздавать советы Даниле-соблазниле. Так и быть, пусть попользуется моим портретом. В принципе, я понимаю, почему он не стал возвращать портрет курьеру. Если учитывать число его воздыхательниц, то такой подарок вполне возможен. И неудивительно, что Данила ждал появления самой модели, это было бы логичным следующим шагом. Да и потом, если судить по беспорядку в квартире и по его внешнему виду, то в последнюю неделю у них здесь творилось нечто несусветное. Само собой, ему было не до портрета и не до выяснений, кто его прислал и зачем.

Единственное, что мне непонятно, так это почему он повесил его на стену, да ещё в спальне.

Однако это мелкая и несущественная деталь.

Подхватываю сумки и собираюсь уйти, но Данила спешит следом. Забегает вперёд и загораживает собой дверь.

– Машенька, ты не можешь оставить меня одного! У такой прекрасной девушки наверняка есть большое и доброе сердце.

Заливается соловьем, да ещё и улыбается, и бровями дёргает, и подмигивает. Разрядил на меня полный арсенал флирта. Ну и чудак! Возможно, я бы впечатлилась, но вид у Данилы жуткий – помятый, грязный, усталый. Да ещё к волосам прилипла этикетка от банана, маленькая, овальная, на ней написано «Гондурас». Я еле сдерживаю смех, а Данила флиртует, выделывается.

– Неужели это на кого-то действует? – спрашиваю со вздохом.

– Что «это»?

– Твой несуразный флирт.

– Почему несуразный? И с чего ты решила, что я флиртую? Ты мне сразу понравилась, и я честно тебе об этом говорю. Я вообще очень честный и прямолинейный человек, и мне нужна твоя помощь. Только ты умеешь выключать эту живую сирену. Либо научи меня это делать, либо помоги мне держать Мишу под контролем.

– У меня это случайно получилось. На твоем месте я бы наняла няню, чтобы та помогла тебе привыкнуть к уходу за ребёнком.

Данила морщится и качает головой.

– Не-а, уже пробовал, мы не сработались.

– Как это, не сработались?

Смотрит на меня с осуждением, как будто ответ очевиден, и мне следует самой догадаться, что у них приключилось.

– Няню интересовал не мой сын, а я сам.

Ну конечно, как же я не догадалась!

– Тогда найми пожилую няню или любую другую женщину, которой ты не интересен.

– Я тебе интересен?

– Очень. Я тайно влюблена в тебя уже семь лет.

– Я переехал в этот дом пять лет назад.

– Я влюбилась заранее, предчувствуя нашу встречу. Пропусти меня, пожалуйста, я пойду домой и запью мою печаль молоком.

Наглец не отступает.

– Ты мне нравишься, Маша. Ты весёлая и до сих пор не разделась.

Что? Это он о чём?

– А почему я должна раздеваться?

– Не знаю, – пожимает плечами. – Но многие девушки так и делают. Отвернёшься на минутку, потом смотришь – а у них на блузе половина пуговиц расстёгнута и край чулка торчит из-под юбки.

– Где ты находишь таких девиц?!

– Сам задаюсь этим вопросом. Слушай, Машуля, помоги мне как человек человеку, а? Хотя бы ненадолго. Мне бы хоть в туалет сходить без свидетелей.

Протягиваю руки.

– Давай я подержу ребенка пока ты сходишь в туалет, а потом уйду.

– Нет, я не могу так, под давлением. Поживи с нами несколько дней, Маша! Пожалуйста!

Неужели он правда думает, что я соглашусь? Вот же, избаловали его девушки. Прицепился ко мне как банный лист, а все потому, что при мне малыш случайно перестал плакать. У меня нет опыта с детьми, да и знаний кроха. Только то, что я слышала от старшей сестры, когда её дочка была маленькой.

– Давай поговорим по-деловому, Маш. Кем ты работаешь?

– Бесплатной няней для подкидышей.

Смотрит на меня, хлопает глазами. Долго же до него доходят шутки!

– Данила, отстань! Я не могу тебе помочь, у меня дела.

– Назови мне свою месячную зарплату, я её удвою, и это будет твоя плата за неделю помощи. Идёт?

– Нет, не идёт.

– Сколько ты зарабатываешь в месяц?

– Три тысячи триллионов золотых слитков. Значит так, Данила-соблазнила…

– Как ты меня назвала?!

– Слушай внимательно. Если ты сейчас не отойдешь от двери и не выпустишь меня, то я снова включу маленькую сирену и поставлю его на круглосуточный режим. Так что посторонись! Когда я поднимусь в мою квартиру, позвоню сестре. У нее двухлетняя дочка, за которой иногда ухаживает няня. Я попрошу её номер и суну тебе его под дверь.

Внимательно слушает меня, вроде как с интересом, но потом спрашивает.

– А сколько няне лет?

– Я не знаю, но могу спросить.

– Заодно спроси, симпатичная она или нет. Если можно, пусть пришлёт фоточку. Лучше даже две, одну в купальнике.

Я только что достигла конца моего терпения.

Поворачиваю голову, смотрю в сторону гостиной… Расширяю глаза и начинаю визжать. Громко так, по-девичьи.

Доблестный рыцарь с ребёнком на руках спешит в гостиную, чтобы защитить прекрасную даму от воображаемой угрозы…

Щёлкнув замком, я выхожу из квартиры.

– Машенька, я же пошутил! – кричит Данила мне вслед. – Вернись, нам без тебя плохо! Не оставляй нас! Михаил, у меня плохая новость. Кажется, нас кинули. Что нам остаётся… Пойдём любоваться на её портрет.

Телефон няни я приклеила к двери Данилы липкой лентой. Постаралась сделать это тихо, чтобы шумные обитатели квартиры номер пятьдесят два не услышали и не начали снова мне надоедать. То есть надоедает мне, конечно, не Миша, а его отец, но так как они идут в комплекте, то в свою квартиру я вернулась на цыпочках. Не стала рисковать очередной встречей.

И сегодня крадусь по их этажу, так как лифт по-прежнему не работает. Записки на двери больше нет, значит вскоре у малыша появится няня, и всё будет хорошо.

Крайне довольная ситуацией, выхожу на улицу, чтобы отправиться за продуктами, и замираю от увиденного. Посреди тротуара стоит Данила с огромной брендовой коляской. Полагаю, что в коляске Миша, однако проверить не могу, потому что вокруг них воркующие и флиртующие женщины. А Данила, понятное дело, выглядит довольным, как объевшийся сметаны кот. Что-то рассказывает дамочкам, накручивает им лапшу на уши, а они восхищаются, всплескивают руками и умиляются. Ну просто слов нет, какая трогательная сцена.

Данила выглядит намного лучше, чем вчера. Добрый Мишуня позволил ему принять душ и переодеться, а теперь помогает привлечь дам. Как будто Данила нуждался в помощи в этой сфере!

Замечаю, как одна из девушек пишет свой телефон на бумажке и игриво кладет Даниле в карман. Скоро у него не будет отбоя от нянь. И от поклонниц тоже.

К счастью, мне в другую сторону. Однако успеваю сделать только пару шагов, как за спиной раздается громкое: «Маша! Мы здесь!» Не колеблясь, решаю изменить имя и продолжаю путь. Однако это не помогает. Через несколько секунд Данила догоняет меня и чуть ли не таранит коляской.

– Пойдём с нами гулять! – предлагает весело.

– Спасибо, но у меня дела.

– Тогда давай мы пойдём с тобой делать дела!

– Если судить по запаху, исходящему из коляски, кое-кто уже сделал дела, так что далеко ты не уйдёшь.

– Правда? – Хмурится. – Как ты это почуяла?

– Если это не от Миши, тогда тебе срочно нужен душ.

– Я не чувствую никакого запаха, да и другие женщины ничего не сказали.

Хочу сказать, что других женщин интересовал он сам, а не ребёнок, но прикусываю язык.

Данила наклоняется к коляске и тут же резко выпрямляется, зайдясь в кашле. Его глаза слезятся.