— Разумно.

— Если я скажу остановиться, вы остановитесь.

— Если объясните причину.

— Беатрис.

Её имя прозвучало иначе, чем в котельной. Тогда он выкрикнул его, пытаясь заставить её отойти от печи. Сейчас сказал сознательно, без титула и фамилии, словно между ними уже существовало право на это обращение.

Она не стала исправлять его.

— Я буду осторожна, Гектор.

Он на мгновение замер, услышав собственное имя, затем повернулся к шахте.

Гектор вошёл в проём боком, ухватился за канат и поставил сапог на первую перекладину. Дерево выдержало. Он начал спускаться, проверяя ступени и отбрасывая ногой те, что крошились под давлением.

Шахта была тесной даже для Беатрис. Для его плеч места едва хватало. Через несколько футов Гектор остановился у повреждённого участка лестницы.

— Здесь нет трёх перекладин, — сообщил он. — Придётся опираться на канат.

— Он закреплён?

Гектор дёрнул верёвку. Сверху посыпалась пыль, но крепление удержалось.

— Пока да.

Он продолжил спуск. Когда до нижней площадки оставалось около половины пути, его сапог соскользнул. Канат натянулся, ударил по стене, и несколько старых перекладин сорвались вниз.

— Гектор!

— Я держусь.

Он прижался к стене, нашёл опору и переместился ниже.

— Теперь вы.

Беатрис забрала лампу и поставила её в металлический держатель у входа. Внутрь шахты пришлось входить спиной, нащупывая перекладину носком сапога.

Первая выдержала. Вторая качнулась, но осталась на месте.

Она опускалась, придерживаясь за канат одной рукой и за каменный край другой. Дым щипал глаза. Подол мешал видеть ноги, несмотря на булавку, а стена холодила ладони.

— Левее, — сказал Гектор снизу. — Следующая перекладина цела у края.

Беатрис переставила ногу.

Дерево треснуло.

Она успела схватиться обеими руками за канат, но сапоги потеряли опору. Верёвка скользнула между ладонями, обжигая кожу. Беатрис опустилась на несколько футов и ударилась плечом о стену.

Гектор поймал её за талию.

Его рука удержала её, прижав к себе в узком пространстве. Беатрис упёрлась коленом в стену, нащупала сапогом выступ и смогла перенести часть веса.

— Я велел проверять перекладины, — сказал он у самого её виска.

— Она выдержала проверку и сломалась после.

— Очень существенное различие.

— Для моего плеча — безусловно.

Он стоял ниже на одной перекладине, удерживаясь локтем за канат. Беатрис оказалась между ним и стеной. Её спина касалась его груди, рука Гектора лежала поперёк талии, не позволяя снова сорваться.

В тесной шахте невозможно было отодвинуться. От него исходило знакомое тепло, усилившееся после применения магии. Оно проходило сквозь ткань платья и прогоняло холод камня.

— Можете опереться на левую ногу? — спросил он.

Беатрис пошевелила ступнёй.

— Да.

— Ниже есть целая перекладина. Перенесите вес на меня, затем поставьте сапог туда.

— Вы и так держите нас обоих.

— Поэтому сделайте это до того, как канат решит присоединиться к остальным частям крепости.

Она перенесла вес назад.

Гектор оказался настолько близко, что Беатрис ощущала движение его дыхания между лопатками. Он поддержал её, пока она искала ногой перекладину. Сапог наконец упёрся в дерево.

— Нашла.

Его рука осталась на её талии ещё несколько мгновений.

— Двигайтесь ниже. Я следом.

— Вы находитесь подо мной.

— Тогда я спущусь первым, если вы позволите мне освободить руку.

Беатрис поняла, что всё ещё держится за его предплечье. Она отпустила его и прижалась к стене, давая Гектору возможность пройти ниже.

Ему пришлось развернуться к ней лицом. В узком пространстве их разделяла лишь толщина одежды. Гектор переместил ладонь на камень возле её плеча, перенёс ногу на следующую перекладину и опустился.

Его лицо оказалось напротив её лица. Дым и полумрак скрывали выражение, но Беатрис видела золотистый отблеск в глазах.

— Не смотрите вниз, — сказал он.

— Я не боюсь высоты.

— Вы смотрите не вниз.

Она отвела взгляд к канату.

— Спускайтесь, генерал Штайн.

— Вот теперь я узнаю госпожу Фелтон.

Он опустился ещё на несколько перекладин, и расстояние между ними увеличилось.

Нижняя часть шахты была целее. Беатрис двигалась следом, пока Гектор не достиг наклонной заслонки. Он упёрся в неё плечом. Дерево не поддалось.

— Заперто снаружи, — сказал он.

— Это приёмная дверца для белья. На ней не должно быть замка.

— Значит, что-то стоит перед ней.

Беатрис прислушалась.

За заслонкой трещало пламя. Люди кричали совсем близко, но не слышали ударов внутри шахты. Дым просачивался через щели, становился темнее.

Гектор надавил сильнее.

Доска прогнулась, но предмет снаружи удерживал её.

— Отойдите выше, — сказал он.

— Здесь негде.

— Поднимитесь на две перекладины.

Беатрис выполнила приказ. Гектор повернулся боком, упёрся обеими ногами в стену и ударил в заслонку плечом.

Раздался треск.

Доска открылась на ширину ладони, затем застряла.

В щель проник красный свет. Беатрис увидела край тяжёлого сундука, которым кто-то перегородил выход.

— Там сундук.

— Я заметил.

Гектор просунул руку в щель. Чешуя покрыла пальцы и предплечье. Он ухватился за край сундука, но сдвинуть тяжёлый ящик из неудобного положения не смог.

— Его поставили намеренно, — сказала Беатрис. — Случайно сундук не оказался бы вплотную к дверце.

— Значит, человек знал о шахте.

Он вытянул руку к нижней части заслонки. Золотое пламя прошло по деревянному краю, обугливая место крепления.

— Вы собираетесь поджечь единственный выход?

— Отделю петлю.

— За дверцей уже горит кухня.

— Тогда ещё одна обгоревшая доска ничего не изменит.

Петля раскалилась. Гектор ударил ногой.

Заслонка сорвалась и упала наружу, сдвинув сундук на несколько дюймов. Этого хватило, чтобы он выбрался через проём и оттолкнул ящик с другой стороны.

— Спускайтесь.

Беатрис опустилась к выходу. Последняя перекладина находилась высоко над полом прачечной. Гектор протянул руки.

Она могла спрыгнуть сама, но каменные плиты внизу были мокрыми. Беатрис позволила ему снять её с лестницы.

Гектор обхватил её за талию. Несколько мгновений она висела в его руках, затем коснулась пола. Он опустил её, однако не отошёл, пока не убедился, что Беатрис уверенно стоит на ногах.

Прачечную заполнял дым.

У дальней стены лежали опрокинутые корзины, мокрое полотно и деревянные шесты. На одном столе горела груда простыней. Пламя ещё не добралось до потолочных балок, но уже охватило перегородку, отделявшую прачечную от нижней кухни.

Дверь наружу была заперта на засов.

Гектор сдвинул его и распахнул створку.

В коридоре носились работники с вёдрами. Никто не заметил их появления из-за сундука. Дым двигался к лестнице жилого крыла, где солдаты пытались закрыть противопожарную дверь. Створка не доходила до косяка: под ней лежала железная кочерга, намеренно вставленная в щель.

Беатрис выдернула металл.

Двое солдат захлопнули дверь. Дым перестал уходить к жилым помещениям.

— Где начался огонь? — спросил Гектор у старшего кухонного работника.

Мужчина был покрыт сажей и водой.

— В кладовой сухого полотна, господин генерал. Потом загорелась перегородка. Мы открыли дверь, а там уже полыхало.

— Люди внутри остались?

— Грета пересчитала работников. Не хватает одного мальчишки из посудной.

— Имя?

— Милош.

Беатрис знала его. Худой подросток помогал носить воду и дрова, старался работать рядом со взрослыми и обижался, когда ему поручали лёгкие корзины.

— Где его видели последним?

— У малой лестницы, — ответила женщина с ведром. — Он побежал закрывать окно, чтобы ветер не раздувал огонь.

Гектор снял мундир и передал его ближайшему солдату.