Кайран стоял у окна.

Рейнар с лордом Харвином спорили вполголоса у двери.

Марта сидела рядом с Веттой, мрачно держа чашку с отваром так, будто собиралась при необходимости вылить его на первого, кто предложит госпоже ещё один древний ритуал.

— Никто никуда не поедет, — сказала Марта.

Все обернулись.

Она подняла подбородок.

— Что смотрите? Я сказала разумную вещь. Миледи едва стоит. Князь едва стоит, но делает вид, что это новый вид величия. Лекарь выглядит так, будто спал последний раз в прошлой жизни. А совет только что чуть не дал ложной истинной разбудить что-то под Севером. Поэтому мой совет простой: все сидят, едят и думают, как не умереть.

Рейнар устало прикрыл глаза.

— Ненавижу признавать, но в этом есть смысл.

Кайран не улыбнулся.

— У нас нет времени.

Ветта посмотрела на него.

— Вы хотите ехать к Чёрному озеру.

— Да.

— Сейчас.

— Да.

Марта тихо простонала:

— Вот. Я же говорила.

Ветта медленно встала.

Кайран сразу сделал шаг к ней, но остановился, не дойдя. Спросил взглядом.

Она кивнула, позволяя подойти. Он поддержал её осторожно, будто боялся, что одно неверное движение снова станет цепью.

— Не одна, — сказала Ветта. — И не вы один.

— Ты не поедешь.

Она подняла глаза.

В комнате стало тихо.

Кайран понял раньше, чем она успела ответить. На его лице мелькнула усталая боль.

— Я сказал это неправильно.

— Да.

Он выдохнул.

— Я боюсь за тебя. И за ребёнка. Всё во мне требует увезти тебя как можно дальше от озера. Но я знаю, что не имею права решать вместо тебя.

— Хорошо. Тогда слушайте моё решение. Я не поеду сейчас, потому что это глупо.

Марта удовлетворённо кивнула.

— Вот.

— Но и вы не поедете, — добавила Ветта.

Кайран нахмурился.

— Ветта…

— Пустой лёд ещё в вашей крови. Если Элиана ждёт вас там, она использует это.

Рейнар резко кивнул.

— Верно.

— И если этот кристалл откликается на ребёнка, — продолжила она, — нам нужно сначала понять, как закрыть зов. Не бросаться за ним вслепую.

Харвин посмотрел на неё внимательно.

— Вы рассуждаете как хранительница.

Ветта повернулась к нему.

— А вы рассуждали как старейшина и едва не помогли врагу. Давайте сегодня не будем обмениваться похвалами.

Марта закашлялась, скрывая смех.

Рейнар даже не стал скрывать.

Харвин склонил голову.

— Заслуженно.

Кайран смотрел на Ветту так, будто в ней снова открылось что-то новое.

Она устала от этого взгляда.

И всё же где-то глубоко в груди становилось теплее.

— Кто может поехать к озеру? — спросила она.

— Мои люди, — сказал Кайран. — Но против ордена их мало.

— Дарен ещё не вернулся?

В этот миг за окном полыхнул красный свет.

Марта вздохнула:

— Стоило вспомнить.

Снаружи послышался шум крыльев. Через мгновение во дворе Снежной лечебницы опустился огненный дракон. Снег вокруг него зашипел, превращаясь в пар. Люди, стоявшие у ворот, отшатнулись, но не разбежались.

Дарен Роун появился в главном зале через несколько минут. Плащ его был обожжён, на скуле — свежая царапина, но улыбка оставалась прежней.

— У меня новости, и все плохие.

Марта забрала у него из рук пустой фляжок.

— Удивительно, вы принесли именно то, чего нам не хватало.

Дарен поклонился ей.

— Всегда рад быть полезным.

Кайран шагнул вперёд.

— Говори.

Дарен посмотрел сначала на Ветту.

— Мои люди подтвердили: у Чёрного озера открыт старый склеп кристаллов. Стража мертва. Элиана была там, но ушла. Не одна.

— С кем? — спросила Ветта.

— С женщиной, которую называют Морвейн.

Рейнар побледнел.

Харвин тихо произнёс:

— Этого не может быть.

Ветта почувствовала, как холод проходит по комнате.

— Кто она?

Ответил Кайран:

— Магистр пустого льда. Считалась казнённой двадцать лет назад.

— За что?

Рейнар горько усмехнулся.

— За попытку доказать, что истинную связь можно заменить управляемой цепью. Совет тогда назвал её безумной.

Дарен добавил:

— А потом, видимо, не слишком тщательно проверил, умерла ли она.

Харвин сжал посох.

— Казнь проводилась при закрытом совете.

— Значит, кто-то из закрытого совета солгал, — сказала Ветта.

Старейшина не возразил.

Кайран посмотрел на Харвина.

— Кто был тогда?

— Ваш отец. Княгиня Грета как представитель рода. Я. Ещё трое, уже умершие.

Ветта медленно повернулась к Кайрану.

Он понял одновременно с ней.

Грета.

Не обязательно виновна. Но знала больше, чем говорила.

— Мать, — произнёс он глухо.

Рейнар сказал:

— Если Морвейн жива, Элиана — всего лишь оболочка. Красивая, удобная, подготовленная для тебя.

Кайран побледнел.

Ветта почувствовала через печать вспышку его вины. Резкую, почти физическую.

Она не утешила.

Пока не могла.

Но тихо сказала:

— Теперь это важно не потому, что она вас обманула. А потому, что она знает, как добраться до ребёнка.

Кайран поднял глаза.

— Я знаю.

Дарен подошёл к столу и развернул карту.

— Морвейн движется не в замок. Не к озеру. К старой ледяной дороге под хребтом. Там есть вход в подземные залы престола.

Харвин покачал головой.

— Эти входы запечатаны.

— Были, — сказал Дарен. — Пока наследник не откликнулся через чашу крови.

Ветта прикрыла живот.

— Я не хотела.

Кайран резко повернулся к ней.

— Это не твоя вина.

— Но моя кровь…

— Нет, — сказал он твёрдо. — Вина на тех, кто принёс чашу. На тех, кто подделал связь. На тех, кто охотится на ребёнка. Не на тебе.

Харвин опустил взгляд.

— Князь прав.

Ветта посмотрела на старейшину.

— Тогда исправляйте.

Он поднял голову.

— Советские люди перекроют три северные дороги. Но если Морвейн уже у хребта…

— Она успеет первой, — сказал Рейнар.

Ветта закрыла глаза.

Лиана сказала: не отдавай страху право решать.

Она открыла глаза.

— Что нужно Морвейн для открытия престола?

— Кристалл-основа, — сказал Рейнар. — Кровь ледяного рода. Кровь Вейл. И отклик наследника.

— У неё есть кристалл, — сказала Марта. — Отклик она получила. Кровь Вейл…

Все посмотрели на Ветту.

Кайран стал ледяным.

— Нет.

Рейнар тихо произнёс:

— У неё может быть кровь Ветты из чаши суда.

Ветта похолодела.

Чаша треснула. Осколки. Снег. Чёрные прожилки.

Элиана касалась чаши.

Значит, могла забрать каплю.

Марта села на край стула.

— А кровь ледяного рода?

Тишина стала страшной.

Кайран медленно сказал:

— Моя кровь тоже была в чаше.

Дарен выругался.

Харвин закрыл глаза.

— Мы сами дали ей всё.

Ветта почувствовала, как внутри поднимается не паника, а странная ясность.

— Не всё.

Кайран посмотрел на неё.

Она положила ладонь на живот.

— Не ребёнка.

За окном вдруг раздался крик.

Не человеческий.

Драконий.

Лиор, дремавший у камина, вскочил так резко, что Тёплыш возмущённо свалился с лавки. Маленький драконёнок бросился к двери, расправляя крылья.

Кайран резко повернулся.

— Это не Дарен.

Дарен тоже напрягся.

— И не мои.

Снаружи завыл ветер. Золотые печати лечебницы вспыхнули одна за другой. Но не тревожно.

Узнавая.

Ворота сами раскрылись.

На двор опустился огромный белый дракон.

Старый.

Его чешуя была не серебряной, как у Кайрана, а матово-белой, как древний снег. На одной стороне морды тянулся старый шрам, одно крыло было рассечено и срослось криво. Он не выглядел как зверь битвы. Скорее как существо, которое пережило слишком много зим и теперь само стало зимой.

Кайран застыл.

— Варгас.

Харвин ахнул.

— Старший дракон границы…