— Я не знаю, что происходит. Но знаю одно: Элиане нельзя доверять слепо.

Кайран молчал.

— Проверьте её, — сказала Ветта. — Не ради меня. Ради Севера, которым вы правите.

Он смотрел на неё долго.

Потом тихо спросил:

— А если ты ошибаешься?

Ветта выдержала его взгляд.

— Тогда вы впервые за три года сможете сказать, что я была неправа, и будете иметь на это основание.

Где-то у камина Марта тихо фыркнула.

На губах Кайрана мелькнуло что-то странное. Почти улыбка. Но слишком болезненная, чтобы быть ею.

— Ты изменилась.

— Нет, — сказала Ветта. — Я просто перестала прятать то, что вам было неудобно видеть.

Он хотел ответить, но в этот миг Лиор вдруг поднял голову и зарычал на дверь.

Печать у входа вспыхнула тревожным золотом.

Рейнар резко подошёл к окну.

— Всадники.

Ветта похолодела.

— Ваши люди?

Кайран уже был у двери.

— Нет.

Снаружи донёсся женский голос.

Чистый.

Нежный.

Слишком знакомый по бальному залу.

— Кайран? Ты здесь?

Элиана.

Ветта почувствовала, как всё внутри стало каменным.

Марта прошептала:

— Вот и пустой лёд пожаловал.

Кайран обернулся к Ветте.

В его взгляде мелькнуло нечто похожее на вину.

И этого оказалось достаточно, чтобы боль снова напомнила: рана ещё не закрылась.

За воротами Элиана сказала громче:

— Я волновалась. Совет в тревоге. Твоя мать тоже. Позволь мне войти.

Печать над входом потемнела.

Не погасла.

Потемнела.

Рейнар очень тихо произнёс:

— Лечебнице она не нравится.

Ветта посмотрела на Кайрана.

— Ну что ж, ваша светлость. Вы хотели доказательств?

Она положила ладонь на ворота.

Золотой свет вспыхнул вокруг её пальцев.

— Сейчас посмотрим, кого впустит дом, созданный для исцеления.

Кайран шагнул к ней.

— Ветта, подожди.

Она не отступила.

— Нет. Я ждала три года. Теперь ждать будете вы.

И впервые ледяной дракон не нашёл, что ответить.

Элиана стояла за воротами Снежной лечебницы в белой меховой накидке.

Снег вокруг неё казался чище, чем везде, будто сама зима старалась не запачкать её подол. Светлые волосы были убраны жемчужными шпильками, лицо — бледное, нежное, чуть встревоженное. В руках она держала маленькую муфту, пальцы касались её края так изящно, будто женщина приехала не в старую лечебницу на краю проклятых земель, а на утреннюю прогулку перед дворцовым завтраком.

За её спиной стояли двое всадников.

Не стражники Кайрана.

Люди княгини Греты.

Ветта заметила это сразу.

Кайран — тоже.

Его лицо стало неподвижным.

— Я просил никого за мной не ехать, — сказал он.

Элиана мягко улыбнулась.

— Ты исчез из замка после тяжёлой ночи. Разве мы могли не волноваться?

Ветта стояла у раскрытых ворот, положив ладонь на тёплое дерево створки. Лечебница молчала, но это молчание было настороженным. Печать над входом больше не сияла ровным золотом. Внутри её света проступали тёмные прожилки.

Дом не хотел пускать Элиану.

И Ветта чувствовала почему.

От женщины за воротами веяло не холодом — пустотой. Как от красивого сосуда, из которого давно вылили живую воду и наполнили его блестящим льдом.

Кайран шагнул вперёд.

— Возвращайся в замок.

Элиана посмотрела на него с тихой болью.

— Даже не впустишь?

— Нет.

Одно слово.

Ветта не ожидала.

И, кажется, Элиана тоже.

Её ресницы дрогнули.

— Я думала, между нами не будет дверей, Кайран.

Слова были сказаны мягко, но попали точно. Слишком точно. Ветта почувствовала, как рядом напрягся Кайран.

Так, значит, Элиана знала, куда бить.

— Сейчас есть, — ответил он.

Ветта молчала.

Её ладонь всё ещё лежала на воротах. Лечебница слушала. Рейнар стоял чуть позади, посох в руке, лицо напряжённое. Марта держалась рядом с Веттой и смотрела на Элиану так, будто та была не благородной леди, а змеёй под снегом.

Лиор тихо рычал у ног.

Элиана перевела взгляд на драконёнка.

— Какое милое создание.

Лиор оскалился.

Марта прошептала:

— Умный мальчик.

Элиана услышала, но сделала вид, что нет.

Её глаза остановились на Ветте.

— Леди Вейл. Я рада видеть вас живой. В замке все тревожились.

Ветта чуть склонила голову.

— Не сомневаюсь. Моё исчезновение испортило многим утро.

На лице Элианы мелькнуло удивление.

Ветта почти увидела прежний образ самой себя в её глазах: тихая жена, удобная, воспитанная, с мягким голосом. Та, которую можно пожалеть и обойти.

Этой Ветты больше не было.

— Вы несправедливы, — сказала Элиана. — Никто не желал вам зла.

— Зло не всегда приходит с ножом. Иногда оно приходит с сочувствием.

Марта удовлетворённо выдохнула.

Кайран посмотрел на Ветту.

В его взгляде снова появилась та болезненная внимательность, которая сбивала сильнее прежнего равнодушия. Он видел её. Наконец видел.

Поздно, напомнила себе Ветта.

Не смей таять от того, что лёд впервые заметил пламя.

Элиана сделала шаг к порогу.

Печать над воротами вспыхнула тёмным золотом.

Кайран протянул руку, преграждая ей путь.

— Не входи.

— Почему?

Голос её дрогнул.

Так красиво.

Так беззащитно.

Ветта раньше, возможно, поверила бы этому дрожанию. Пожалела бы. Почувствовала бы себя грубой, неправильной, недостойной. Теперь она смотрела внимательнее.

Элиана боялась.

Но не отказа.

Разоблачения.

— Лечебница сама решает, кого впускать, — сказала Ветта.

Элиана медленно перевела на неё взгляд.

— Или это решаете вы?

— Сегодня между нами нет разницы.

Воздух стал холоднее.

Кайран резко посмотрел на Ветту, будто эти слова что-то подтвердили.

Рейнар тихо произнёс:

— Хорошо сказано.

Элиана всё ещё улыбалась, но улыбка стала тоньше.

— Удивительно, как быстро вы освоились в чужом доме.

Ветта почувствовала, как дом за её спиной отозвался тёплой волной.

Не чужом.

Больше нет.

— Возможно, потому что впервые дом сам открыл мне дверь.

Кайран опустил взгляд.

Она не хотела ранить его этой фразой.

Но ранила.

Элиана заметила. И тут же шагнула ближе к нему.

— Кайран, прошу. Не позволяй недоразумениям разрушить то, что было между нами до всех этих договоров и ошибок.

Ошибок.

Ветта услышала слово и застыла.

Кайран тоже.

Словно в воздухе снова прозвучала вчерашняя фраза.

«Этот брак был ошибкой».

— Осторожнее, Элиана, — сказал он тихо.

Она побледнела.

— Я не хотела…

— Знаю.

Слово прозвучало холодно.

И в нём не было прощения.

Ветта вдруг поняла: Кайран тоже начал видеть. Не всё. Не ясно. Но сомнение уже вошло в его кровь.

Элиана медленно выпрямилась.

— Совет считает, что леди Вейл должна вернуться. Её отсутствие ставит под угрозу законность решений кланов. Княгиня Грета просила передать…

— Моя мать не правит вместо меня.

— Я лишь посланница.

Рейнар негромко усмехнулся:

— Посланницы обычно не приезжают с людьми княгини и не пытаются войти в дом, который темнеет от их присутствия.

Элиана посмотрела на него впервые.

— А вы, должно быть, тот самый лекарь-предатель.

Рейнар поклонился.

— Наконец-то меня представили с уважением.

— Вы укрываете беглянку.

— Я лечу больных. Беглянки нынче сами решают, где им дышать.

Ветта едва заметно улыбнулась.

Но улыбка исчезла, когда Элиана вдруг посмотрела на её живот.

Не явно.

Коротко.

Слишком коротко для случайности.

Сердце Ветты ударило так сильно, что она почти пошатнулась.

Она знает?

Или подозревает?

Марта сразу заметила перемену и встала ближе, заслоняя её боком.