— Это хребет! — вступился за Инкиного родственника Вова. — Но ты прав, этого шкета ни с кем не перепутаешь!

Ну да, очень уж фигура характерная. Равно как и манера одеваться. Ну и двигаться до кучи. Если кто-то Алонсо хотя бы пару месяцев знает, и он успел примелькаться, то спутать его с кем-то ещё крайне сложно. Я бы даже сказал, что вероятность данного события исчезающе мала. Естественно, и сейчас мы его мгновенно опознали — стоило только нашему партнёру по опасному гоночному бизнесу выбраться из чрева летательно-плавательного аппарата на крыло, то бишь пресловутый экран. Плоскость, чтоб ни нашим, ни вашим. А Монти, такое впечатление, над подобными мелочами и не задумывался — вылез да вытянулся во весь рост, приложив ладонь козырьком к морде лица. Сто процентов пытался что-то на палубе «Ската» высмотреть. Ну, или кого-то.

— Ну чё, сюрприз? — подмигнул мне Вова.

— А не боишься, что он сначала шмальнёт, а потом разговаривать станет? — усомнился я.

— Да из чего⁈ У него даже короткоствола нет! — возмутился напарник. — Край непуганых идиотов, блин!

— Значит, в кабине есть! — предположил я.

— И чё? — совершенно наплевательски воспринял потенциальную угрозу Вова. Потом ещё раз мне подмигнул и выудил из закромов — я даже не понял, откуда именно — сигнальную ракету. Из числа тех, что мы тиснули из аварийного комплекта «Ската» — с собой-то у нас ничего такого не было. Ну, такую, знаете, пластиковую трубку с верёвочкой, прямо как новогодняя хлопушка. — Погнали! Спорим, он с крыла нае… — отставить! — в воду свалится?

— Вов, ну ты как дитё малое! — попенял я напарнику, но, тем не менее, потянулся за ним следом. — Хотя было бы неплохо, заслужил, скотина!

— Тем, что первым за нами попёрся в самые гребеня? — усомнился Вова. — Так-то оно вроде по-пацански! Так что, Проф, неблагодарностью твоя заявочка попахивает!

— Тем, что экспериментальным образцом рискует! — отрезал я. — Шуруй вперёд, ревнитель справедливости!

Так мы и шли — не особо скрываясь и довольно неторопливо, пока не оказались почти у самого среза воды. И знаете что? Задумка Вовы сработала на все сто — Монти в нашу сторону даже не глянул! Ну а чего? Не мельтешит же, а значит, и опасности нет! Хотя я бы на его месте уже конкретно на измене был — вон он, «летучий голландец», буквально рукой подать. С другой стороны, пулевых отверстий в нём столько, что никакой загадочности места просто не остаётся. Тут вопрос не в том, что случилось, а в том, кто это сделал. И почему. Ну и ещё почему Монти такой дурной — по всем раскладам выходило, что валить ему надо из этой бухточки, как можно скорей, и как можно дальше. Долг, говорите? Не смешите мои тапочки. Алонсо Монтойя признаёт ровно два вида долгов — карточные и денежные. Но ни в одном, ни в другом он перед нами замечен не был. Или я чего-то не знаю?

— Эй! Сюда! Мы здеся!!! — противным голосом заверещал над ухом Вова, и я с трудом удержался от крепкого словца. — Сюда смотри, Монти!

И оглушительно свистнул, надо полагать, для пущего эффекта.

Что характерно, свист сработал, хотя не исключено, что не только он. Как бы то ни было, Монти вдруг пригнулся и аккуратно, чтобы реально невзначай не соскользнуть в гостеприимную воду, повернулся в нашу сторону. Ну а Вова только этого и ждал: как только Алонсо наткнулся на нас взглядом, мой бедовый напарничек выпустил ракету. Ну, как выпустил? Деранул правой ладонью верёвочку, свисавшую из цилиндрика, зажатого в задранной в небеса левой руке — и готово. Получилось даже круче, чем я думал: над ухом грохнуло, свистнуло, полыхнуло и мерно зашипело — уже где-то вверху. Даже я, пребывая в полной готовности, присёл от неожиданности, что уж говорить о Монти! Реакция от него воспоследовала крайне красноречивая: Инкин родственник, ловко извернувшись в воздухе, распластался на крыле во весь рост и инстинктивно прикрыл голову руками. Но, однако же, в воду не сверзился.

Впрочем, Вова произведённым эффектом всё равно остался доволен:

— Фига се он команду «вспышка справа» отработал! Чувствуется немалый опыт!

— Завидуешь? — ткнул я его локтём в бок. — Кстати, зря не забились!

— Тут ты сам себе злобный буратино, Профессор! — отбрил меня напарник. — Но Монти же вроде в армии не служил? Откуда такие навыки?

— Вот сам у него и спросишь, — ни с того, ни с сего потерял я интерес к забаве. Внезапно — кстати, что-то часто за последнее время — навалилась невероятная усталость, и я сел на песок прямо там, где стоял. Хорошо хоть, голову болью не пронзило. Очередному приступу мигрени я бы совсем не удивился. — Только смотри, чтобы он тебе по роже не заехал.

— Не заедет! — уверенно заявил Вова. — Монти у нас с понятием, и чувством юмора не обделён. А сейчас он ещё и рад до задницы, что мы с тобой живы и здоровы! Хотя в основном, конечно, ты.

— Чего это?.. — вяло поинтересовался я.

— Ну как же? А кто у нас главная инвестиция? Я, что ли? — хмыкнул напарник, интенсивной жестикуляцией давая понять спасательной партии, что нефиг торчать у «Ската», а лучше приткнуться к берегу рядом с нами.

И, надо признать, объяснил довольно доходчиво — и пары минут не прошло, как «Стриж» медленно и осторожно уткнулся в песок всеми тремя килями, а Монти откуда-то сверху объявил:

— Вот вы и уроды, амигос! Но я всё равно чертовски рад вас видеть!

— Если скажешь, что за штурвалом Инка — убью! — на полном серьёзе предупредил я. — Ладно, ты моим прототипом без моего ведома рискнул… но если ещё и Инкой!..

— Что я, дурак, что ли⁈ — возмутился Алонсо. И постучал кулаком по обшивке: — Витор, вылезай! А то мне сейчас Энрике лицо обглодает!

— А? — высунулся из люка в центральном корпусе пилот. Мазнул взглядом по нам с Вовой, и облегчённо выдохнул: — Целые!

— Ага, — подтвердил я. — А ещё злые, как черти. Даже и не знаю, кому из вас я сильнее хочу морду начистить.

— Ладно, местре, я пока диагностику прогоню, — моментально сориентировался Витор, благоразумно скрывшись в недрах «Стрижа».

— Слабак! — презрительно сплюнул Монти. — Вы как в целом, парни?

— Более-менее, — сделал неопределённый жест Вова. Рукой в воздухе, хе-хе. — Монти, друг мой ситный, а ты чего на верхотуре сидишь? Слезай!

— Не-а! — проявил обычно не свойственную ему предусмотрительность Алонсо. — Мне и тут хорошо. Подожду, пока вы поостынете чуток. Давайте, выкладывайте, что у вас тут… ну… вы поняли!

— Да что у нас тут, — отмахнулся Вова, — банальная бандитская разборка, вот что!

— В смысле⁈ — полезли у Инкиного родственничка глаза на лоб. — Вы-то каким боком⁈

— Вот именно, что никаким! — горячо поддержал его мой напарник. — Просто оказались не в том месте и не в то время!

— Ага, всего лишь чужой хабар решили подрезать, — ухмыльнулся Алонсо.

— Да с фига ли⁈ — возмутился Вова.

— А ты, амиго, думаешь, что тут какой-то другой клад может быть? — припёр его к стенке убийственным доводом Монти. — Мне Инес всё рассказала, где вы и зачем вы! Это ж кем надо быть, чтобы в такое место сунуться⁈ Вы на что вообще рассчитывали⁈

— На тебя, — буркнул я. — Неужто не втюхал бы островным утерянную партию… чего бы то ни было? За полцены, а?

— Ну… так-то оно конечно… — задумался Инкин родственник, но сразу же встрепенулся: — Эй, хорош мне лапшу на уши вешать! Рассказывайте, что тут было!

— Да чудом ушли, — сделал вид, что подчинился, Вова.

— Ага, чудом, — поддакнул я. — Ихтиандры, блин!

— Понятнее не становится, амигос!

— В общем, только-только мы с Профом на берег высадились… и с Пекено, — принялся объяснять Вова, — как тут ещё какие-то барбосы объявились в силах тяжких. Ну, Ванька…

— Кто⁈

— Жоао! Не суть! — отмахнулся мой приятель. — В общем, кэп Эмерсон нам маякнул, чтобы сидели и не высовывались, мол, это его тёрки. Ну а мы с Профом чего? Сказали не высовываться, ну мы и схоронились… а они возьми, да начни друг в друга шмалять! Монти, друг мой, ты не поверишь, что тут было!..