— Что-то мне уже сцыкотно, — поёжился Вова, воспользовавшись моей рекомендацией. Ну и поёрзал заодно, пристраиваясь поудобнее. — Что за фокус-то? Надеюсь, не из тех, где симпатичных ассистенток пополам распиливают? Бензопилой?

— Как-то это слишком расточительно — ассистентку, да бензопилой! — хмыкнул я, попутно через Эшу Урсу активировав местное «дальновидение». — Кровь, кишки, распи… вот это самое! Так никаких ассистенток не напасёшься!

— Фига се! — впечатлился Вова. — Это как это? Это где это⁈

— Там, — махнул я рукой в сторону бухты. — Какая-то местная система наблюдения, осколки глобальной инфраструктуры роксаниан! Сейчас попробую зум убрать, может, побольше территории захватит… есть! Вон они, стервозины!

— Где? — повторно осип Вова.

— Ты чего? — недоумённо покосился я на напарника.

— Что-то мне реально стрёмно, Проф, — и не подумал скрывать тот. — Хочешь верь, хочешь не верь, но, по ходу, я только сейчас осознал, что все эти россказни про «мускус» и «оптических», и про их сгинувших создателей — святая истинная правда! Вот меня и…

— Н-да, невовремя тебя вштырило, — озабоченно покачал я головой. — Давай-ка, приходи в себя! Время у нас есть, но совсем немного…

— Как думаешь, далеко они?..

— Километров пять, может, — навскидку оценил я. — Но это прямо сейчас. А на момент съёмки — под десятку. Сегодня штиль, звуки над водой далеко разносятся, вот ты их и засёк. А вот это, кстати, вовремя! Можешь, когда захочешь! Так что объявляю вам благодарность с занесением в грудную клетку, маркшейдер Иванов!

— А чё сразу мне-то⁈ — отвис приятель. — Моя-то фанера тут каким боком⁈ Может, лучше им? Потому что нефиг?

— Не переживай, этим благодарность будет с занесением в торец, — криво ухмыльнулся я, вновь прикипая взглядом к «экрану».

Вернее, к крайне своеобразному летательному… или всё же не летательному? — аппарату, что довольно быстро нёсся над водой, не удаляясь, впрочем, от берега. Когда-то давно (возможно, неделю назад) это и впрямь был «Стриж» — тот самый катерок, на котором мы некогда отрабатывали технологию подводного крыла — но сейчас самого себя он напоминал весьма условно. По той простой причине, что превратился в натуральный экраноплан, выполненный по тримаранной схеме — основной корпус, доставшийся в наследство от «Стрижа», плюс пара объёмных поплавков обтекаемой формы, и всё это объединено в одно целое хитро загнутыми плоскостями с плавными обводами. Короче, на прототипы времён зари эк-ра-но-пла-но-стро-е-ни-я — ф-фух, выговорил! — совсем не похоже. Этакая футуристическая загогулина, но при этом — вполне себе действующее средство передвижения. Мало того, и экранный эффект имел место быть: бывший «Стриж» буквально стелился над безмятежной гладью на высоте в пару метров, оставляя за собой отчётливый след от опорной тяги, безжалостно баламутящей верхние слои воды.

— Чё-то он медленно, не? — переварил-таки ситуацию Вова.

— Это потому что близко к берегу, и маневрировать нужно, — пояснил я. — Так-то на открытой воде раза в три быстрее можно топить. Или в десять, если не очень долго.

— У вас же эта хреновина в зачаточном состоянии была? — припомнил напарник. — Ну, когда мы из города свалили?

— Вот я и спрашиваю, когда эти стервецы успели⁈ — снова возбудился я. — Хотя несущие конструкции у нас уже были готовы, их только смонтировать оставалось…

— А в чём тогда затык? — озадачился мой приятель.

— В обшивке. Её-то и ждали… — страдальчески поморщился я. Пусть тут и нет конторы под названием «Почта России», но традиции её живут. — Получается, кэп Секейра нам опять свинью подложил! Вернулся из рейса сильно раньше, чем планировалось, что ли?..

— Ладно, Проф, не грузись! — рывком поднявшись из кресла, хлопнул меня по плечу Вова. — Идём гостей встречать! Ты, главное, помни — вот про это всё, — обвёл он грот широким жестом, — никому ни слова! Обойдутся, черти полосатые!

— Я рад, что вы это понимаете, Владимир, — кривовато ухмыльнулся я.

Можно даже сказать, с досадой. Это надо же было так подгадить! И кто же это у нас такой нетерпеливый, а? Вряд ли Инес, с ней я имел серьёзный разговор накануне отбытия, так что это однозначно не её инициатива. А вот насчёт остальных заинтересованных лиц такой уверенности не было. Впрочем, и круг этих самых заинтересованных лиц, с оглядкой на транспортное средство, весьма ограничен. Раз-два, и обчёлся.

— Ну так! — ухмыльнулся напарник. — Заметь — своим умом дошёл! Так что валим, Проф, в темпе вальса! Не хватало ещё у жо… — отставить! — у лаза запалиться!

— Как же они… вовремя! — скрипнул я зубами, на что Вова незамедлительно среагировал:

— Спокойней, Проф! Считай это форс-мажором. И держи себя в руках, я тебя очень прошу! Шутки шутками, но ведь с тебя и впрямь станется кому-нибудь леща отвесить! Помни — мы с тобой сейчас роксанианские робинзоны, изнывающие от голода, холода и жажды!

— По тебе не скажешь, — буркнул я. — Вон, лоснишься весь!

— Зато от твоего зубовного скрежета у меня скулы сводит! — не остался в долгу приятель. — Говорю, расслабься! Не хватало ещё, чтобы ты Монти морду набил!

— С фига ли Монти⁈ — вскинулся я.

По той простой причине, что напарник ничтоже сумняшеся назвал основного претендента на самоуправство — и со спасательной экспедицией, и с экранопланом.

— А кому? Карлосу, что ли⁈ — привёл убийственный аргумент Вова. — Или, думаешь, сам мэр Каньярес почтил нас визитом?

— Свят-свят! — отшатнулся я. Потом досчитал про себя до десяти и медленно выдохнул: — Досадно…

— … что не успел? — сообразил напарник. — Так не расстраивайся, если эта ваша экспериментальная колымага обратную дорогу выдержит, мы с тобой всегда успеем сюда смотаться. Да хотя бы под предлогом дополнительных ходовых испытаний! А Монти завиноватим, и он даже слова поперёк не скажет!

— А ведь может и прокатить! — воодушевился я подобной перспективой.

Если уж сам Вова кого-то завиноватить берётся, то это практически гарантия успеха. Дело, как всегда, в основном за техническим обеспечением.

— Конечно, прокатит! — заверил Вова. — Но ты лучше местечко поближе присмотри, от греха. Или только здесь китайская магия-шмагия фурычит?

— Да не, — отмахнулся я. — По идее, в любом месте силы должна…

— Значит, как домой вернёмся, проверим Игбоду! — врубил капитана Очевидность мой напарник. — Всё, пошли! Да мешок-то брось, сдался он тебе⁈

— Это я от нервов, — поспешно отдёрнул я руку от кресла.

И послушно нырнул в лаз следом за Вовой, который, такое ощущение, даже обрадовался возможности свалить куда подальше из грота. И это странно, потому что у него ни персонального Эшу, ни хотя бы «планшетника» не было. Ни с собой, ни вообще.

… как нетрудно догадаться, шустрый экраноплан нас опередил — к тому моменту, как мы под прикрытием пальм подобрались к пляжу, «Стриж» уже стал на якорь неподалёку от порядочно изрешечённого «Ската». Или просто в дрейф лёг — издали не сразу и поймёшь, штиль же! Впрочем, надо отдать экипажу должное — из уютного нутра выбираться никто не торопился. Мы, соответственно, тоже предпочли остаться под сенью раскидистых крон, слившись с пейзажем. Причём даже не сговариваясь, из чего я сделал неутешительный вывод, что Вовина паранойя передалась и мне. Воздушно-капельным путём, хе-хе.

— Ну и чего они? — потерял я терпение через несколько минут. — Не видят, что ли, что надувнушка на пляже?

— Не видят, — буркнул Вова. — Я вон там, под скалой на берег её выволок. Там как раз тень.

— Умно! — оценил я. — А зачем? То есть нафига⁈

— На всякий случай, Проф! — отрезал напарник. — И вообще… лучше мы им сюрприз устроим. Приятный!

— Ну, если приятный… — сдался я. — Но всё равно странно… чего они ждут?

— Высматривают, есть ли кто живой, — пояснил Вова. — Поставь себя на их место — «Скат» же сейчас натурально «летучий голландец»! Тут кто угодно в штаны жиденького подпустит!

— Ага! — ухмыльнулся я. — Кто угодно, кроме Монти! Вот так и знал, что у него шило в заднице!