— Чего-то они дофига смелые, а, Проф? — пришёл к аналогичному заключению мой напарник. — Всерьёз нас не воспринимают, что ли?

— Вряд ли, — хмыкнул я. — Скорее, к главному жмутся, чтобы под его защитой оставаться. Либо это жест доброй воли. Демонстрация, так сказать, мирных намерений. Хотя от этого типа я такого в последнюю очередь ожидал…

— Какого-такого типа? — вскинулся Вова.

— Да вон того, в первом багги! Главный их, — пояснил я.

— Не понял! А ты его знаешь, что ли⁈ — удивился мой приятель.

— Хотел бы не знать! — скрипнул я зубами. — Да только такое хрен забудешь! Жестокие ублюдки! До сих пор иногда Джонни и Серхио в кошмарах являются!

— А, так это вон кто! — дошло до Вовы.

Видать, вспомнил одно из моих пьяных откровений в баре «Игривая синьорита» — про стычку корпоративного конвоя с «дикими» я ему рассказывал не раз, и даже не два. Как тоска накатит, так и…

А рекомый «вон кто», ловко выпрыгнув из машины и на ходу разминаясь, бесстрашно приблизился к скале почти вплотную. Немного постоял там, к чему-то прислушиваясь, и, задрав голову кверху, крикнул:

— Эй, гринго! Спускайся, поговорим!

Ну да. Тот самый. Если в роже я ещё сомневался, то голос не оставлял никаких сомнений. Да и в целом «дикий» ничуть за это время не изменился — всё такой же здоровенный бугаина. Единственное, насколько могу разглядеть, взгляд вполне нормальный, да и глаза обычные, а не буркала. Получается, тогда, на дороге, все «дикие» были под какой-то «химией»? Хотя почему под какой-то? Под вполне конкретной, если её вообще можно так назвать! «Мускус» всё же не «химия» в чистом виде, он скорее симбионт, пусть и в физической форме, а не как Эшу… впрочем, это к делу не относится.

— А есть тема для разговора? — после секундной заминки отозвался я.

— С тобой — есть! — заверил главарь «диких», тот, которого Пепе величал не иначе, как «хефе».

— И чем же я заслужил такую честь? — уточнил я, обменявшись с Вовой недоумёнными взглядами.

— Великий дух говорит — ты достоин! — невозмутимо пояснил «дикий».

— А вот с этого момента поподробнее! — оживился я. — Это тот самый дух, на милость которого ты меня посреди саванны бросил? «Кошакам» на съедение?

— Ну не сожрали же! — развёл руками главарь. — Какое тебе ещё доказательство нужно? И вообще, ты везучий, гринго! Духи тебе благоволят!

— Да с фига ли⁈ — подпустил я «петуха» в голос.

Сорвёшься тут, когда такое заявляют! Ладно хоть не поперхнулся и не зашёлся в мучительном кашле. Вот был бы номер!

— Ну, во-первых, они меня позвали, — принялся перечислять хефе, старательно загибая пальцы. — А во-вторых, я успел! Ещё бы чуть-чуть, и вы того! Очевидно же, духи не хотят, чтобы ты помер, гринго. Ну и кто я такой, чтобы с ними спорить? Так что спускайся, поговорим!

— Мне и здесь неплохо! — безапелляционно заявил я. — Так что выкладывай, что там у тебя.

— Упрямый пендехо! — в сердцах плюнул под ноги главарь. — Дело у меня к тебе! Важное!

— Проф, а ты прям нарасхват! — заржал Вова, ткнув меня локтем в бок, благо тянуться ему для этого особо не пришлось. — Вон, даже у «диких» нашлось предложение, от которого ты не сможешь отказаться!

— Так и есть! — подтвердил снизу хефе. — Твой амиго верно говорит! Спускайтесь, оба!

— Ладно… допустим, предположим… — начал колебаться я, — но почему, блин⁈ Что во мне такого⁈ Мёдом на мне намазано?

— Скорее, кое-чем другим, — гыгыкнул Вова, но я не обратил на него внимания.

— Потому что Великий дух говорит — ты достоин! — зашёл на второй круг «дикий». Но на сей раз благоразумно развил мысль: — Ты выжил в саванне! Ты побил Пепе — дважды! Ты не превратился в раба «воздушников»! И ты заинтересовал Великого духа! Ты — достоин. Не ссыте, спускайтесь оба!

«Воздушники»? Это он про Эшу с Ориша, что ли? То есть он про них в курсе? Всё интереснее и интереснее… даже и не знаю, на что решиться.

— Ну чё, пойдём, что ли? — беспомощно глянул я на Вову.

Нет, не подумайте, не для того, чтобы перевалить с больной головы на здоровую. Просто нас обоих звали, вот и…

— Ну а чё нам остаётся? — криво ухмыльнулся тот. — Всегда мечтал пожить среди «диких»!

— Вот прям мечтал⁈ — не поверил я.

— Практически! — отрезал приятель. — Может, во мне великий этнограф пропадает? А я тут с тобой прозябаю, унылым го… э-э-э… физиком! Вот!

— Ладно, погнали тогда, великий этнограф! — рывком поднялся я на ноги. И крикнул главарю «диких», высунувшись из-за парапета: — Мы идём, не стреляйте!..

Конец пятой книги

Самара, сентябрь 2025.