Виолетта

Я нервно ерзала на переднем сиденье такси, сжимая в ладонях бархатную сумочку. За окном мелькали огни ночного города, но скорость казалась черепашьей. Водитель, коренастый мужчина с щетиной и вечно нахмуренными бровями, время от времени бросал на меня косые взгляды.

— Миленький, гони скорее! — мои ногти впились в сумку. — Опаздываю же!

Он фыркнул, резко перестроившись между двумя грузовиками.

— Я и так жму по максимуму, — проворчал водила. — Еще немного, и разгонюсь так, что за мной менты с мигалками помчатся.

Я выдохнула недовольно, но понимала — он прав. Дорога была забита, светофоры словно сговорились против меня. В зеркале заднего вида мелькнуло мое отражение: накрашенные губы, тушь, которая, к счастью, не потекла, и волосы, уложенные с таким трудом, что теперь даже дуновение ветерка показалось бы катастрофой как после торнадо.

Я нервно поправила подол платья — черного, обтягивающего, с разрезом до бедра. Увидев наряд в витрине бутика три недели назад, сразу в него влюбилась, как дурочка.

Но, конечно, моего размера не оказалось.

— У нас есть похожее, но без разреза, — предложила консультант, вежливо улыбаясь.

— Нет, мне нужно именно это платье! — упрямствовала я.

В итоге пришлось взять на размер меньше и какое-то время сидеть практически на одной воде с лимоном, чтобы влезть в платье. Когда же наконец надела — еле дышала.

Но мои жертвы того стоил! Я выглядела секс-бомбой, и ощущала себя также. Страстной и горячей штучкой.

А еще этот марафет! Два часа у зеркала, три слоя тональника, чтобы скрыть следы вчерашней бессонницы (Федя опять загулял с друзьями, и я ждала его до трех). Тушь, подводка, румяна — все должно было быть идеально, потому что сегодня вечер особенный.

Ну, по крайней мере, для меня.

Для Феди — просто еще одна пьянка с коллегами.

Я взглянула на часы.

Без двадцати одиннадцать.

— Мы вообще доедем? — сквозь зубы процедила я, когда таксист снова затормозил перед красным.

— Если будете постоянно меня дергать — точно нет, — буркнул он, но добавил газу.

Машина рванула вперед, и я вжалась в сиденье.

Федя…

Мой прекрасный, и порой глупый Федя!

Я любила его. Но иногда так хотела придушить.

В постели — скромник, зато в компании — душа нараспашку. Особенно после третьей рюмки. Последний раз он на вечеринке устроил стриптиз на столе, а потом выбрался во внутренний двор, упал в кусты и уснул. Я тащила своего забулдыгу домой, пока тот бормотал что-то про «космических хомяков».

Сегодня такого не будет. Я не позволю!

Такси резко свернуло, и я вцепилась в сиденье сильнее.

— Вы вообще права имеете?! — опасливо покосилась на водителя.

— А вы молчать можете? — огрызнулся грубиян.

За окном замелькали огни загородных домов. Еще пять минут — и я окажусь у нужного здания, где меня ждет либо трезвый Федя… либо что-то похуже….если он окажется пьян! Ух, я ему!

Доехав до не огороженной территории, автомобиль остановился.

Заранее оплатив поездку, я избавила себя от риска быть выкинутой на обочине. Этот тип, конечно, мог вести машину, как безумец, но, когда я торопила его — вдруг превращался в черепаху Тортиллу.

Едва успела отойти от такси, как водитель рванул с места так, что шины взвизгнули, а из-под колес взметнулся гравий. Он явно радовался, что наконец избавился от горе-клиентки.

— Ну и ладно! — фыркнула я, раздраженно поправляя платье.

Перед домом толпились знакомые лица. Кто-то уже шумно смеялся, кто-то размахивал бокалом, а кто-то просто сидел на ступеньках, тупо уставившись в телефон.

— О, привет! Наконец-то! — крикнула мне Катя, напрыгивая на меня так, что я чуть не потеряла равновесие.

— Федя где? — спросила я, сразу переходя к главному.

— Был неподалеку… — пожала плечами Катя, отпуская меня и оглядываясь по сторонам. — Но куда-то слинял.

Я стиснула зубы.

Опять начинается ерунда какая-то.

Я прошла в сам дом, внутри царил классический вечерний бардак: музыка, смех, звон бокалов. Пробралась сквозь толпу, озираясь.

Итак, места, где Федя мог быть.

У барной стойки — но там только Игорь, уже красный, как рак, свистящий что-то себе под нос. В углу на диване, где собралась группа с гитаристом-самоучкой, но никаких следов моего парня.

Тщательно просканировав периметр, оставался задний двор. А вот это уже тревожно.

— Ты Федю не видела? — я поймала за руку Лену, которая, судя по всему, уже успела прилично накидаться.

— Ви-идела… — она задумчиво потянула гласные. — Он с кем-то пошел на задний двор…

— С кем?! — зарычала я.

— Ну… — она мутно улыбнулась. — Не разглядела. Там тусклое освещение.

Отстав от Лены, я вышла на задний двор, где свет был впрямь как в… не буду озвучивать не самые приличные ассоциации.

Пройдя чуть дальше, подошла к кустам, откуда доносились странные шорохи.

— Федя? — позвала я, прислушиваясь.

Тишина.

Потом — игривый шепот.

Смех.

Я резко раздвинула кусты и…

Я раздвинула кусты с таким треском, что ветки хрустнули, а с дерева с перепугу слетела пара птиц.

И вот она картина маслом.

Увидела рыжую косулю, которой как раз впору скакать по кустам. Хотя в данный момент она валялась в траве и подпрыгивала на....

… моем Феде!!!

Рыжуха одета в мини-платье, которое сейчас было задрано до ушей. Она совершала активные движения, несмотря на то, что сзади пристроилась я и смотрела на весь этот похабный концерт.

— ФЕДЯ! — мой голос прозвучал так резко, что даже пьяная компания у костра около забора замолчала. — Какого черта ты вытворяешь? Я еще принимала, когда ты пьяный шнырял по кустам, но ОДИН, а не с какой — то.... с какой-то... аффф.... — последние слова промямлила, так как слезы уже наворачивались на глаза от такой картины.

Федя дернулся, как будто его током ударило. Кое-как поднявшись на локтях, сфокусировал взгляд на мне. Его лицо за считанные мгновения стало походить на маску ужаса, а глаза округлились, как у оленя (козла) перед фурой. Федя подскочил как настоящий горный козел, но не смог с первого раза скинуть с себя эту шлюшку, барахтающуюся, словно в конвульсиях.

— Вита... это... я... ик... — мой неблаговерный подавился свежим воздухом и закашлялся. Оклемавшись, заблеял: — Она упала в кусты, а я помогал ей выбраться!

Рыжая хихикнула, явно не собираясь никуда испаряться.

— Да, помогал... — проговорила конопатая с придыханием, — но потом мы не удержались от искры, вспыхнувшей между нами.

Я почувствовала, как внутри все закипает.

— Отличная помощь! — прошипела я. — Особенно великолепно, как она тебя благодарит.

Федя снова судорожно затрепыхался, пытаясь выползти из-под рыжей, но, похоже, сила алкоголя дала о себе знать.

— Черт! — мой парень застонал, все-таки вынырнув из-под тела, которое бы я с удовольствием прихлопнула, и чтобы его потом обводили белым мелом. Когда вытаскивал из девки член, то он еще и издал противный влажный чпоньк.

Фу, какая гадость!

— Вита, это не то, что ты думаешь! — окончательно освободился парень и, спотыкаясь застегнул штаны.

— А что я думаю, Федя?! — голос дрогнул, но я сжала кулаки, чтобы не разрыдаться тут же. — Что ты тут философствуешь с ней о смысле жизни?! Или что она тебя поглотила своей черной дырой, или ты в ней случайно застрял пипиркой?

Рыжая то ли хотела прикрыться, то ли встать, но просто перекатилась на бок, развалившись на газоне.

— Ой, да ладно, ханжа, — протянула без пяти минут соперница, — как будто первый раз на вечеринке. Здесь много пар, которые…

— ЗАТКНИСЬ! — рявкнула я так, что рыжуха захлопнулась и захлопала глазами, уставившись на меня, как на потенциальную убийцу.