«Северный страж» проверял защиту узла.

— Керро скоро найдёт вход, — сказала я. — У нас мало времени.

— Разговор не закончен.

— Тогда сердись и помогай одновременно.

Рорк приблизился. На его лице не было командирской сдержанности, которую он сохранял даже перед экипажем.

— Я просил тебя не исчезать.

— Кассар терял последний шанс.

— Мы собирались выбрать путь вместе.

— Вместе ты снова полетел бы сам.

— И сейчас я всё равно здесь.

— После отдыха, которого тебе не хватило, и с крылом, которое едва держит поток.

— Зато ты отправилась на поясе, рассчитанном на несколько минут.

— Я картограф. Мне нужно было увидеть узел.

— А мне нужно, чтобы ты оставалась жива.

Он произнёс это жёстко, почти сердито. Я могла ответить тем же, напомнить о Фенне, разрядах и каждом случае, когда Рорк бросался в бурю первым.

Но сейчас спор действительно не мог изменить уже сделанного.

Я коснулась его левой руки.

— Я ошиблась.

— С обещанием или с расчётом?

— С решением уйти одной.

Напряжение в его пальцах не исчезло.

— Больше так не делай.

— Постараюсь.

— Ясена.

— Не буду.

Он несколько секунд смотрел на меня, затем сжал мою ладонь.

— Этого разговора тебе всё равно не избежать.

— Если выберемся, можешь читать мне наставления до самой границы.

— После границы тоже.

Я почувствовала, что улыбаюсь, хотя вокруг нас вращалось сердце бури, а корабль Керро искал вход.

— Сначала откроем второй коридор.

Мы подошли к чёрной плите.

Копия старой карты сохранилась во внутреннем кармане пояса. Края намокли от облачной влаги, один угол порвался, но серую линию и три засечки можно было различить. Я разложила лист рядом с движущимися бороздами.

— Западный затвор уже открыт, — сказала я. — Поэтому фронт идёт к Лиарре. Восточный закрыт. Третье кольцо удерживает защитное поле.

— Где сами затворы?

Я указала на три каменные дуги, вращавшиеся вокруг нас.

— Вся конструкция и есть система затворов. Каждое кольцо меняет направление одного слоя. На карте отмечен порядок: сначала внешнее, затем среднее, после него внутреннее.

— Внешнее сейчас создаёт разрядное поле.

— Его нужно повернуть до первой отметки равновесия. Тогда появится безопасный промежуток и среднее кольцо получит свободу.

— Как повернуть?

Мы осмотрели площадку.

От каждого из шести столбов металлическая нить уходила к центральному стержню. На трёх столбах находились рукояти, рассчитанные на человеческую руку. Остальные заканчивались широкими каменными выступами с глубокими бороздами от когтей.

Рорк провёл пальцами по одной из них.

— Дракон удерживает кольцо, человек задаёт угол.

— Поэтому на карте стоят знаки крыла.

— И поэтому ни один из нас не справится один.

Я коснулась первой рукояти.

Она не двигалась.

Рорк поднял голову к внешнему кольцу.

— Попробуем.

Он отступил к краю площадки и снова принял истинный облик. Превращение прошло медленнее прежнего. Чешуя появилась сначала на плечах, затем вдоль спины. Правое крыло раскрылось с задержкой, заставив дракона опереться передней лапой о камень.

— Если станет хуже, сразу возвращайся, — сказала я.

Рорк фыркнул, обдав меня горячим воздухом.

— Да, понимаю. Мои распоряжения тебе нравятся не больше твоих мне.

Я встала у первой рукояти. От неё тонкая нить тянулась вверх и соединялась с внешней дугой. Рорк зацепил когтями каменный выступ, расправил левое крыло и упёрся задними лапами в основание стержня.

— На карте первая отметка находится западнее текущего положения на семь делений, — сказала я. — Кольцо движется само, поэтому тебе нужно удержать его, когда серебряный разрыв окажется над нами.

Дракон поднял голову.

Внешняя дуга вращалась вокруг узла, принимая разряды корабля Керро и собственное поле. На её поверхности шли восемь светящихся отметок. Между седьмой и восьмой оставался тёмный промежуток.

— Готовься. Ещё половина оборота.

Я следила одновременно за картой и движением каналов. Рорк натянулся всем телом. Серебряный гребень прижался к шее, когти вошли в борозды.

— Сейчас!

Он рванул выступ на себя.

Камень не сдвинулся. Зато внешнее кольцо замедлилось. Воздух ударил в дракона, пытаясь сорвать его с площадки. Левое крыло раскрылось, приняло поток. Правое задрожало у бока.

Я навалилась на рукоять.

Она подалась на одно деление.

По металлической нити пробежал свет. Внешний обод содрогнулся и остановился на короткий миг.

— Ещё шесть!

Рорк снова потянул.

Рукоять прошла второе деление, затем третье. С каждым движением разрядное поле сжималось ближе к узлу. Белые дуги били по камню, серебристые каналы вспыхивали, а корабль Керро приближался к открывающемуся промежутку.

— Четвёртое!

Правое крыло Рорка опустилось.

Я видела, как поток давит на повреждённую сторону, но дракон не отпускал выступ.

— Пятое!

Каменная площадка задрожала. На карте западная линия сузилась. Я сразу остановилась.

— Не двигай!

Рорк замер.

Если повернуть внешнее кольцо дальше без поправки, защита Лиарры ослабнет. Старый порядок не учитывал нынешнее разделение фронтов. Древняя система управляла всей бурей, и любое движение одного затвора меняло остальные потоки.

Я изучила светящиеся борозды.

Западный путь проходил через второй столб, восточный — через четвёртый. Между ними оставалась общая линия, питавшая оба направления. Чтобы открыть Кассар, не закрыв Лиарру, требовалось разделить поток раньше центрального стержня.

На старой карте такой линии не было.

— Ясена! — голос Рорка прозвучал хрипло даже в человеческом слове, которое дракон сумел вытолкнуть сквозь рёв.

Он не мог держать кольцо долго.

Я достала медный компас Лина и положила на чёрную плиту. Стрелка вращалась беспорядочно, зато сам корпус отклонился к серебристому каналу, где давление было сильнее.

Я передвинула компас между западной и восточной бороздами.

Крышка дрогнула и остановилась возле тонкой линии, которую я раньше приняла за трещину.

— Есть разделитель.

Я провела пальцами по борозде. Она уходила к третьей рукояти и заканчивалась под маленьким знаком двух крыльев.

— Нужно открыть общий канал до поворота внешнего кольца. Отпусти на одно деление.

Рорк позволил ободу сдвинуться назад. Давление ослабло. Я вернула первую рукоять и перешла к третьей.

Она оказалась заблокирована каменной пластиной.

— Здесь нужен второй выступ.

Рорк освободил внешнее кольцо. Оно сразу возобновило вращение, но разрядное поле осталось уже прежнего. Дракон переместился к другой стороне площадки и нашёл когтевую опору, связанную с разделителем.

— Сначала удержи её. Я попробую снять замок.

Он зацепился за камень.

Я просунула измеритель в узкую щель возле рукояти и надавила. Пластина сдвинулась, открывая три поворотных диска. Каждый соответствовал одному затвору.

На старой карте засечки шли сверху вниз.

Я выставила первый диск к западу, второй — к востоку, третий оставила в центре.

Рукоять ожила под ладонью.

— Теперь!

Рорк потянул опору.

Разделительная линия вспыхнула. Свет дошёл до центрального стержня, раскололся надвое и ушёл к противоположным сторонам плиты. Западный поток сохранил ширину. Возле восточного затвора появилась тонкая серебристая нить.

Кассар получил путь.

Пока слишком узкий для корабля или сигнала, но система отозвалась.

Рорк отпустил выступ и вернулся в человеческий облик. Он опустился на одно колено, удерживаясь левой рукой за столб.

Я оказалась рядом.

— Правое плечо?

— Работает.

— Ты стоишь на колене.

— Площадка качнулась.

— Она не качалась.

Он поднял голову.

— Мы собираемся обсуждать моё упрямство возле каждого затвора?

— Да.