Крепко сжимаю губы, надавливая на них зубами изнутри.

— Я провожу, – Захар выходит за мной следом.

Ольга Сергеевна улыбается в ответ.

— До встречи, Кира.

Захар идёт молча рядом со мной до самой моей машины, смущая меня своим присутствием.

— Звони, Кира, – произносит уверенно, когда я открываю дверь своего автомобиля.

— До свидания, – тихо произношу ему и скрываюсь в салоне машины.

Трогаюсь с места. А сердечко часто постукивает внутри.

Еду к себе в студию.

Там меня ждёт Платон. Прямо в моём кабинете, расположившись на моём любимом кресле возле рабочего стола.

Носочком одной ноги отталкивается от пола и кружится, пока кресло не останавливается.

— Привет, Кир, – звучит приветствие от него. — Проходи. Располагайся.

Платон вытягивает руки к столу, опустив их ладонями вниз на него. Расправляет плечи. Разглядывает свои руки.

— Почему ты себя так ведёшь? – задаю ему вопрос, недовольная его поведением в своём кабинете.

Прохожу к нему ближе.

Кидаю свою сумочку на стол размахнувшись.

Как же он меня достал?

Опираюсь ладонями о край стола. Наклоняюсь к нему ближе.

Жду, когда он поднимет на меня свой взгляд. Жду, что он ответит мне.

— Как? – с его лица стирается улыбка. Он смотрит мне в глаза. — Как я себя должен вести, Кира? Как? – его голос становится громче. — Моя жена не ночует дома. Не появляется на работе… Где ты была, Кир?

Платон поднимется с кресла, впившись в меня своим ледяным жёстким взглядом. Сжимает губы. Обходит стол и равняется со мной.

Я слышу его шумное, иногда свистящее, дыхание.

Выдерживаю напористый взгляд, которым можно убить.

— У меня есть дела, – сглатываю. — И я не буду обсуждать их с тобой.

Платон обхватывает меня за шею сзади своей стальной рукой. Притягивает мою голову ближе к своему лицу.

Крепко сжимает зубы, приоткрыв подрагивающие губы.

Я сопротивляюсь. Отклоняюсь назад, вцепившись в его руку своими пальцами. Он притягивает меня снова к себе.

Наше дыхание становится одним на двоих, смешавшись в напряжении.

Прожигаем друг друга бешеными взглядами, переполненными эмоциями. И по всей видимости, отличающимися.

Я испускаю ненависть и злость. Платон же хочет моей покорности.

У него почти получается дотянуться до моих губ. Я успеваю вставить между ними ладонь, и он касается её, обжигая мою кожу горячей страстью. Платон прикусывает мой палец. Заключает меня в свои стальные объятия.

Глава 9

Становится трудно дышать. Дышу через зубы. Кожу жжёт от крепких объятий Платона.

— Отпусти, – бью его по ноге каблуком, отчего он просто начинает смеяться.

— Сказал же, нет, – его голос становится ниже. — Ты моя, Кир. Тебе нужно просто принять, как теперь мы будем жить с тобой.

— Я разведусь с тобой. Я не буду с тобой жить, – кричу в его плечо губами, когда он прижимает мою голову к нему. — Я никогда не приму тебя…

От бессилия начинаю плакать. Не могу бороться с ним. Никогда не делала этого и не собираюсь. Хочу достучаться до него словами.

— Я запишу тебя к психологу, – произносит тише, охрипшим голосом. Запускает свои пальцы мне в волосы, массируя мою кожу. — Ты успокоишься, и мы будем снова счастливы с тобой.

— Нет, – упираюсь кулаками в его крепкую грудь, отталкивая его от себя. — Уходи… Оставь меня в покое…

Задыхаюсь от обиды. От горячего воздуха, который резко выдыхаю, обжигающего моё горло.

Трясу головой. Выплёвываю волосы изо рта, которые прилипают к моим губам, смешавшись с солёной влагой слёз.

— Ты не можешь меня выгнать отсюда, Кир, – мягким голосом продолжает Платон, совершая очередную попытку прижать меня к своей груди. — Здесь всё наше. Не твоё. Просто знай об этом.

Он притягивает меня к себе силой.

— Ты такая беззащитная сейчас, – шепчет Платон. — Такая ты мне нравишься ещё больше.

Прислоняется к моим волосам.

Делает глубокий вдох. Зарывается в мои волосы лицом.

И когда он наслаждается моим запахом, мне удаётся вырваться из его оков.

Я огибаю стол, словно маленький зверёк сбегает от своего хищника.

Платон не останавливает меня. Он просто присаживается на край стола и смотрит на меня исподлобья, улыбаясь глазами, прикрытыми ресницами. В уголках глаз собираются мелкие морщинки.

Освобождаю лицо от волос. Поправляю на себе одежду.

Разогнавшееся дыхание сбавляет обороты.

Открываю бутылочку с водой, которая всегда есть у меня на столе.

Жадно пью воду, не отводя взгляда от Платона.

— Возвращайся, Кир, – как можно мягче произносит Платон. — Ты нужна мне.

Резко выдыхаю.

— Зачем я тебе? – вскрикиваю от злости. — Думаю, у тебя есть кандидатуры занять моё место. И, наверняка, их у тебя достаточно.

Платон проводит загорелой рукой себе по волосам. Укладывает чёлку.

— Вполне, – произносит самодовольно. — У такого мужчины, как я, должно быть много женщин. Я не могу без этого. Вы придаёте мне сил. Даёте мне уверенности. С вами я убеждаюсь в своих способностях. Мне нужно знать, что вы без ума от меня. Что в постели я божественен. Мне мало, если бы ты одна говорила мне это. Я хочу слышать эти слова от других, Кир. Понимаешь?

В его глазах играют языки пламени. Грудь вздымается от глубокого дыхания.

— Не понимаю, Платон, – выпаливаю ему сорвавшимся голосом. — Никогда не пойму. Отпусти меня, – шепчу я, не в силах удерживать слёзы. — Я так не могу больше.

Платон отталкивается от стола.

— Всё, Кир. Хватит, – грубым голосом обращается ко мне. — Мне надоели твои сопли. Собирайся. Мы едем домой.

Из мягкого, нежного он превращается в злобного самоуверенного.

— Я не поеду, – качаю головой, сотрясая волосами. — Я ушла от тебя. Своего решения я не поменяю.

— Зря.

Напряжение повисает в воздухе.

Тело сковывает, когда я принимаю позу, готовясь сорваться с места и бежать без оглядки.

Прокручиваю в голове вариант, как бы мне сбежать из своего кабинета.

— Я уйду, Кир, – Платон пристально смотрит на меня. — Сегодня. Только потому, что у меня дела и другие планы на вечер, – прочищает горло. — Мы вернёмся к нашему разговору. От меня не убежишь.

Могу расслабиться, только когда он выходит из моего кабинета.

Просто валюсь на кресло, распластавшись на нём. Руки падают плетьми на мягкие подлокотники.

Склоняю голову на бок. Слеза сползает по щеке и заканчивает свой путь на моём плече, сорвавшись с неё.

— За что? – содрогаюсь от слёз отчаяния. — За что мне всё это?

Осматриваю предметы, лежащие на моём столе. Останавливаю свой уставший тяжёлый взгляд на своей сумочке.

Тянусь к ней и достаю визитку Захара.

Стучу ей по столу.

В груди начинает жечь. Поглаживаю шею, нажимая на неё пальцами.

Гипнотизирую взглядом свой телефон.

— Нет. Не могу, – киваю головой, отрицая свою появившуюся мысль по поводу звонка.

Потом просто сижу в кресле и смотрю в пустоту, обнимая себя за плечи.

Сижу так до тех пор, пока ко мне не заходит моя помощница.

— Кира. Я пойду? – обращается ко мне своим нежным спокойным голосом Марина. — Рабочий день полчаса как закончился.

— Угу, – сжимаю губы в узкую полоску.

— Тебе ничего не нужно? – подходит ко мне ближе.

— Нет, – отвечаю коротко. Не хочу ни с кем разговаривать.

— Что-то случилось? Неважно выглядишь, – Марина подаётся ко мне ближе, опираясь на стол руками.

— Не сейчас, Мариш, – прошу её тихим обессиленным голосом. — Потом поговорим.

Марина останавливает на моём лице свой взволнованный взгляд.

— Платон? Это он тебя обидел? – решается на вопрос.

Утвердительно прикрываю глаза влажными ресницами, смахнув появившуюся слезу.

— Понятно. Потом обязательно поговорим на эту тему. Я пойду, – делает глубокий вдох.

Подходит к двери. Оборачивается на меня. В её взгляде жалость и сострадание. А мне совсем не хочется, чтобы меня жалели. Вытираю ладонью щеку.