И наконец, я не знаю, хорошо это или плохо, Захар останавливает автомобиль у высокого каменного забора с массивными воротами.

Опускает стекло со своей стороны. Прикладывает свой мобильный к считывателю, и ворота разъезжаются перед нами.

Очень удобно, хранить данные карт в цифровом виде.

Холод сменяется жаром. Паника настигает меня.

С мольбой смотрю на Захара.

Качаю головой. Хочу показать ему, что не готова. Не готова к его сюрпризу. Что мне очень страшно.

— Кир, ты чего? – спрашивает он у меня, когда открывает дверцу с моей стороны. — Что за реакция? Тебе плохо?

Да. Мне ужасно плохо. Плохо оказаться с едва знакомым мужчиной в непонятном месте. Ночью.

Отвратительно ощущаю себя.

Из отдельно стоящего небольшого строения, похожего на проходную, к нам выходит крупный мужчина в форме охранника. Поправляет свою бейсболку за козырёк.

— Всё хорошо, Паша, – останавливает его Захар твёрдым голосом. — Можешь возвращаться к себе, – даёт ему распоряжение.

И тот без слов разворачивается и уходит к себе.

— Всё нормально, – отвечаю ему, стягивая в кулак лёгкую ткань платья у себя на груди. — Отвези меня домой, – произношу осипшим голосом через першение в горле, оставаясь в автомобиле.

— Ты что подумала? – склоняется передо мной Захар. — Не-е-ет, – протягивает после того, как рассматривает мои глаза, переполненные диким испугом. — Хотя… Я понимаю тебя. Не подумал, что ты так отреагируешь, – проводит себе по волосам напряжёнными пальцами.

Шмыгаю носом, когда Захар возвращается на водительское сиденье.

Чем вообще мужчины думают? Платон знаю чем. А Захар?

— Ну так что, Кир, – он вцепляется в руль моего автомобиля пальцами. — Вперёд? – поворачивает голову в мою сторону. Пристально смотрит. — Или назад?

Глава 17

Конечно же, мне хочется быть смелой. Не хочется перед моим новым знакомым проявлять свою слабость.

— Вперёд, – произношу тихо, но уверенно. — Только без глупостей, – пытаюсь обезопасить себя, прежде чем Захар проедет дальше на ограждённую территорию.

Он просто ухмыляется. Кивает. Окидывает моё лицо быстрым вкрадчивым взглядом.

— Даже не думал, – медленно трогается с места.

Хорошо освещённая территория позволяет мне разглядеть несколько строений. Одно из них похоже на производственное здание. Другое, больше на административное.

— Вот это и есть мои владения, Кир, – протягивает мне руку, помогая выйти из машины. — Я хочу познакомить тебя со своим маленьким миром.

Сердечко выдаёт удары, словно маленький молоточек монотонно постукивает внутри.

Страх сменяется любопытством.

Делаю шаг вперёд, заочно соглашаясь с Захаром посетить его мир.

Он проводит себе рукой по волосам.

Мы медленно проходим внутрь.

Захар включает свет.

Берёт меня за руку и тянет за собой в узкий проход, заканчивающегося металлической дверью.

Несколько раз оглядывается на меня, едва заметно улыбаясь.

От его тёплого прикосновения внутри меня всё сжимается и замирает.

— Никому не показывал это место, – тихо произносит Захар, открывая передо мной дверь. — Ты первая, Кир.

Смотрю на него вопросительно и очень сильно волнуюсь. Не знаю, что больше влияет на меня. Его слова или то, что открывается передо мной.

Просторное помещение с разным ювелирным оборудованием находится за дверью.

Безупречная чистота многое говорит о владельце.

Медленно ступаю внутрь. Изучаю обстановку, разглядывая всё вокруг.

Замираю снова, когда дохожу до стеклянного шкафа со множеством ювелирных изделий, расположенных на полках, обтянутых тёмным бархатом.

— Это твои работы? – восхищённо разглядываю предметы, подсвеченные светом, затаив дыхание.

— Мои, – почти шёпотом произносит Захар, словно боится спугнуть мой настрой.

А я даже не заметила, что он стоит со мной рядом.

— Вот это моя первая работа, – указывает на небольшое колечко с непонятным для меня камнем посередине. — Когда учился, сделал его. Полностью. Сам.

Говорит с гордостью, расправив свои широкие плечи.

Даже сбоку я вижу, как загорается его взгляд. Понимаю, как он любит дело, которым занимается. И, почему-то, думаю, что такой человек способен любить по-настоящему. Искренней светлой любовью.

Содрогаюсь от своих мыслей, невольно вспомнив свои непонятные отношения с Платоном.

— Здесь я люблю проводить своё свободное время. Воплощаю свои идеи. Вся основная работа происходит в том производственном здании. Туда мы не пойдём, – рассказывает Захар.

Стараюсь не думать о плохом. Накручиваю на палец волосы, глубоко вдохнув воздух помещения, наполненный непонятными для меня, едва уловимыми, запахами ювелирки.

— Как тебе здесь? – Захар задаёт вопрос так, словно моё мнение важно для него.

— Прекрасное место, – не знаю, как выразить свои ощущения. — И…

Сжимаю губы, надавив на них зубами изнутри.

— Что, Кир? – Захар всматривается в мои глаза.

— Спасибо, – просто говорю ему, вспоминая свою реакцию, когда мы ехали с ним по незнакомой местности. Щёк касается лёгкий румянец. Губы начинает жечь.

Делаю глубокий вдох. Отвожу от него взгляд. Иду дальше. Провожу рукой по одному из столов.

Вопросительно оглядываюсь на Захара, будто спрашиваю, для чего предназначен этот, непонятный для меня, предмет, к которому сверху приделан микроскоп.

— Верстак, – отвечает он мне не раздумывая. — Это верстак, Кир. На нём можно много что делать. Я познакомлю тебя с процессом, если захочешь.

Захочу. Я уверена в этом. Посетив его мастерскую, у меня появляется заинтересованность к тому, чем занимается Захар.

Я могла бы дополнить свою новую коллекцию эксклюзивными ювелирными украшениями. Только вот денег у меня на них пока нет. И от этого становится грустно.

— Давай возвращаться, – говорю ему тихим спокойным голосом.

А грущу потому, что снова погружаюсь мыслями в свои, ещё не решённые, проблемы. В то, что не могу сейчас воплотить свои идеи из-за нерешённых вопросов с Платоном.

— Поехали, – соглашается со мной Захар.

А когда подходим к моей машине, он снова садится за руль.

И мне, почему-то спокойно от этого его действия.

И его поступок не кажется отвратительным. У него был такой порыв. Хотя, жаль, что он не учёл моё мнение. Сам решил всё за нас двоих.

Но, тогда бы я отказалась поехать с ним сюда. И не познакомилась с его работами. Не увидела бы всей красоты ювелирных изделий, изготовленных Захаром.

Когда мы едем обратно, я украдкой смотрю на него. Разглядываю этого уверенного мужчину. Хочу понять, что творится внутри его. О чём он думает. О чём мечтает.

— Адрес говори, – просит меня Захар, когда мы въезжаем на территорию города.

Проговариваю ему его. Откидываю голову на твёрдый подголовник. Разглядываю очертания своего любимого, дорогого сердцу, города за стеклом. Капли дождя размывают чёткие линии, ломая очертания строений и разбрызгивая свет в беспорядочном свечении.

Хочется напевать какую-нибудь мелодию. Мысленно мурлычу импровизируя.

Наполняюсь сильнейшей энергией от всего, что сейчас происходит со мной.

— Приехали, – голос Захара пробирается в моё отстранённое сознание от реального мира.

— Ты на чём поедешь? – возвращаюсь я, устраиваясь на сидении поудобнее.

— Такси вызову, – достаёт свой телефон и производит в нём несколько манипуляций. — Всё. Готово.

— Я подожду вместе с тобой, – предлагаю ему. — Дождусь такси и тогда пойду к себе.

Захар оглядывает моё лицо. Просто прощупывает каждый кусочек на нём своим серьёзным заинтересованным взглядом.

Останавливается на моих губах. Его взгляд становится волнительным, а глубокое дыхание слышным.

Стук в стекло с моей стороны заставляет меня содрогнуться.

Глава 18

Тело сковывает от страха, кто бы мог быть снаружи.