Едва удержался, чтоб не сплюнуть с досады. Вместо этого повернулся к Дорбину:

— Собираемся и выходим.

— Согласен. Перекусим, чем Космос послал…

— Кушать? — радостно спросила Алика.

Дорбин запнулся на полуслове и закатил глаза. Точнее один глаз. Получилось смешно и я не сдержал короткий смешок.

Андроид с пародийно-резиновым лицом, исполняющий роль служащего регистратуры молча указал направление дальше внутрь. Мы не останавливаясь последовали приглашению и вошли в открывшуюся дверь.

Когда миновали приемную, предупрежденная роботом Мира нас ждала. Медтехник стояла в центре медицинского блока и криво ухмылялась. От этой ухмылки нервно дернулось веко. Ничего хорошего от подобного настроения собеседника ждать, как правило, не приходится. По изменившемуся лицу Дорбина стало понятно, что он молча со мной согласился. Вон как насупился моментально.

— Какие люди заявились. Что-то вы быстро обернулись. Никак с проблемами по пути повстречались? — с издевкой произнесла Мира.

— Соколота тебе в глотку, Мира. Вот что ты за человек такой несносный? Нет чтоб поинтересоваться — как поживаешь, мастер Дорбин, не помочь ли чем? Например, ногу подлечить бесплатно, — Дорбин попытался выдержать прямой со смешинкой взгляд Миры, но не преуспел. Отвел взор, и чтобы скрыть свой конфуз почесал заросший подбородок рукой.

— Ох, Седой-Седой, однажды твой длинный язык разозлит не на шутку, и я прикажу не пускать тебя сюда окончательно. Что делать в таком случае станешь? Приползешь ведь на коленях прощения вымаливать.

Старик сильнее смутился и смолчал. Но желваки на скулах заиграли.

Мира победно вздернула подбородок и посмотрела в мою сторону:

— Мальчик мой, целый и невредимый? Этот прохиндей не покалечил случайно? А то с него станется. Ну-ка дай на тебя взгляну. Подойди поближе, — последнюю фразу она прям рявкнула неожиданно и мои ноги словно сами подвели к женщине.

Опомниться не успел, как оказался к ней вплотную — глаза в глаза. Она обеими руками схватила за плечи и повернула, сначала направо, затем налево. Оттянула веки, жестом заставила показать язык. Ощупала всего, точно выискивала нечто. Ее бесцеремонность не выглядела, как в прошлый раз домогательством, иначе не удержался бы и нахамил. А так простой осмотр у доктора, с той лишь разницей, что доктор абсолютно наглый и не заботится о комфорте пациента в принципе. Будто не человек вовсе, а вещь. Хотя перед ней ведь раб в моем лице. Так чего жду от медика каких-то поблажек в отношении?

Внимательно присмотрелся к Мире. В прошлый раз как-то не до этого особо было. Сейчас восприятие казалось иным чем, когда очнулся в медблоке. Постарше меня лет на десять на вид. Правильной формы лицо. Светловолосая, немного восточный разрез глаз, сама кареглазая. Классический тип носа, прямой без горбинки, с узкими ноздрями и небольшим очерченным кончиком. Подобную форму еще иногда называют греческой. Полноватые, четко очерченные губы. Прям манящие я бы сказал. И ведь красивая, не поспоришь. Признаюсь, не в моем вкусе подобная красота, но есть в ней неуловимая изюминка чуждой привлекательности. Мелкие детали во внешности сейчас бросались в глаза, например, форма ушных раковин немного иная, чем привык видеть у людей на Земле — немного длинноватая, словно у книжных эльфов, но без заострения на верхнем завитке.

Да и то что пониже шеи в полном порядке: шея, плечи, грудь, талия, длинные ноги. Даже придраться не к чему. Если бы не вот эта жесткость вперемешку с хамским обращением возможно получилось бы проникнуться симпатией к красивой женщине.

Мира заметила, как ее рассматриваю, расплылась в довольстве и придвинулась ближе:

— Нравлюсь? Вижу, что нравлюсь. Подожди немного, мой мальчик. Все получишь. Как и я, — почти прошептала мне в лицо.

— Мира… — я попытался перевести тему в другое русло, напомнить, зачем мы здесь на самом деле, но медик резко изменилась в лице. Скривилась моментом растеряв привлекательность и прошипело зло, все так же мне в лицо.

— Госпожа Дол! Ясно тебе, раб? Для тебя госпожа, Мира Дол!

— Мира, прошу не рычи на моего раба, — попытался вмешаться Дорбин, но тут же был послан далеко и надолго.

Мой словарь изрядно пополнился фразами отсутствующими в обучающем лингваторе. Наблюдая за такой экспрессией неожиданно развеселился. Просто стоял, смотрел на Миру и пытавшегося вставить хотя бы одно слово Дорбина и улыбался.

— Ты чего лыбишься, раб? Седой активируй режим наказания на браслете! Живо я сказала! — возмущенно потребовала медик от старика.

Тот сконфузился сильнее, ведь если он поступит, как требует Мира, то она сразу поймет по отсутствию болезненной реакции с моей стороны, что дело тут нечисто. Немного представляю, каковы на Острове взаимоотношения между жителями. Они характеризуются фразой «человек человеку волк». Возможно ошибаюсь, и есть другие, вполне нормальные, адекватные люди, только другого отношения пока не заметил.

Так. Надо выручать Дорбина. Не понимаю пока как. Подать ему сигнал — пускай нажимает, а я подергаюсь в притворном припадке? Или ну ее к черту эту Миру? Пусть все идет своим чередом. Не хочу дурью маяться. Притворяться, лебезить непонятно перед кем по факту. Не по мне такое. Что Мира сделает? Пожалуется в спортлото? Не она же хозяйка меня любимого, в конце-то концов. А Дорбин, как законный собственник уже смирился с тем, что и не рабовладелец вовсе.

— Рот закрыли все, — размеренно, с ленцой, но так чтобы присутствующие услышали, проговорил вслух.

— Не поняла, — Мира медленно повернулась ко мне. — Седой, что это значит?

— Ну… Как тебе сказать… — замямлил старик, растерявшись. Боялся он местного эскулапа, я это еще по первому их разговору понял. Точнее не ее саму опасался, нафиг он ей сдался, а последствий в виде дополнительных финансовых расходов, которые Мира способна легко устроить, учитывая, что является в поселке практически монополистом в деле оказании технологичных медицинских услуг.

Уже было раскрыл рот, дабы вместо Дорбина начать отвечать, а то он сейчас ляпнет совсем не то, что необходимо. Бог с ними, с деньгами. Может оно и к лучшему, что придется раскошелиться. Мира из той категории людей, которые будут молчать, если молчание сулит прибыль и безопасность. Угрозу в ближайшей перспективе для нее не представляю, а вот заработать больше или заполучить меня на подольше она точно попытается. На этом нужно сыграть и выжать у дамочки максимум бонусов. В частности, убрать из моего затылка рабскую метку.

Мои размышления прервал нарастающий гул. Он быстро приближался и через десяток секунд, пока все раздумывали, что происходит, превратился в настоящий грохот. От яростного, завывающего звука затряслись стены и заходили ходуном оборудование и шкафы с различными медицинскими приспособлениями и приборами. В один миг все прекратилось, остался лишь громкий, шелестящий свист, напоминающий о работе двигателей высоко в небе.

Мира сорвалась с места первой, мы последовали следом, насколько позволяла скорость раненного Дорбина. Не стал опережать старика. Мало ли чего там такое. Пусть местные первыми идут разбираться.

Вышли на улицу, и я торопел, задрав вверх голову, как и все вокруг. В груди заныло тревожное чувство.

Примерно в километре над Островом застыл крейсер барра. Из недр корабля вылетали десантные челноки и шли на посадку по всему периметру поселка. Явно с целью оцепить населенный пункт и не дать никому его покинуть.

Чуть поодаль приземлялись два корабля гораздо меньших размеров. Судя по траектории, собираются сесть в самом поселке. То ли большие катера, то ли маленькие корветы, принадлежащие войскам местной аристократии, согласившейся служить оккупантам. Со стороны корветов раздался повторяющий из раза в раз голос, исторгаемый громкоговорителями.

— Жители Острова! Сохраняйте спокойствие! Всем выйти на улицу и приготовить идентификаторы для проверки!

— И часто у вас такое? — не поворачивая головы спросил у Дорбина с Мирой.