— Что там? — поинтересовался, не выдержав неизвестности.

— Похоже не повезло. Сюда идут вооруженные люди. Много. Кроме банды Мокрого особо некому. Ну или его конкуренты отправились прощупать реакцию Мокрого. Кто хуже сложно сказать.

— Оружие дашь?

Немного поколебавшись Дорбин достал из рюкзака короткий ствол, смахивающий на укороченный дробовик.

— Шокер. Дистанция тридцать шагов. Двадцать пять зарядов. Так что экономь.

— Шокер? Серьёзно? — возмутился такой несправедливости.

— Большего не получишь. Раз сюда послали в одиночку, то справишься с бандитами и с таким оружием.

«Вот же чёрт!», — что оставалось, только протянуть руку к предложенному оружию и поскорее его изучить, пока имеется некоторое время до первого контакта.

Глава двадцатая.

Передвигаться по топкой местности довольно неприятно. Невольно наступаешь не с пятки на носок, а всей стопой, из-за чего быстро устаешь и бежать становится гораздо сложнее. Постоянно приходится смотреть под ноги, чтобы не угодить в очередную лужу, которая может оказаться не лужей вовсе, а довольной глубокой трясиной. Если ландшафт вынуждает перепрыгнуть препятствие, то без определенной сноровки мало что удастся. Под весом нога чуть проваливается и получается пшик, а не прыжок в длину.

Мы с Дорбином пытались бежать. Правильнее сказать очень быстро шли, чем бежали. Поддерживать резвый темп старались изо всех сил. На удивление старик держался неплохо. Чуть отстал естественно, пожилой все-таки, но дыхание пока не сбил. Сказывался опыт жизни в здешних климатических условиях. Слишком влажных, вонючих, жарких, душных и вообще мерзопакостных. Не совсем верное определение климата с точки зрения климатолога, но точно отражающее мои ощущения от окружающей среды. Кстати, совершенно не удивлюсь что, когда мое дыхание даст сбой, дедок продолжит также медленно, но размеренно передвигаться и в итоге обгонит меня — более молодого и натренированного. Слава Богу до укрытия осталось не так далеко, по словам Дорбина.

Впереди показались три, вплотную расположенных друг к другу, невысоких искусственных холма. Они полностью состояли из куч перегнившего мусора и всяческого хлама, сброшенного с одной из мимо пролетающих аэроплатформ. Так понимаю, аборигенные небесные обитатели не особо заморачиваются экологией, переработкой отходов жизнедеятельности и производства. Давно понял — на Борхосе подобное сплошь и рядом.

Немного прищурился, вглядываясь к конечной цели нашего забега. Болотные испарения порой превращались в туманную дымку и мешали точно определить расстояние или рассмотреть объекты вдали.

С течением времени, от воздействия непогоды сброшенный с высоты мусор частично сгнил, просел под собственным весом и некогда огромные, высокие кучи расползлись вширь, образовав к настоящему времени возвышенности метров по пять-шесть высотой. Дорбин на бегу обмолвился, что бывал здесь несколько раз. По его словам, между искусственными холмами имеются неширокие проходы, позволяющие довольно сносно передвигаться. Это одновременно хорошо и плохо. С одной стороны, легче перемещаться из сектора в сектор для купирования вероятного проникновения внутрь периметра противника. С другой если прозевать сближение на критическую дистанцию, то окажемся в равных условиях с бандитами. Что, учитывая их превосходство в численности, обязательно обернется для нас катастрофой.

Не буду пока о плохом. Добежим, осмотримся, займем круговую оборону. Я на одном холме, Дорбин на следующем, а парочка оставшихся механоидов проконтролируют оставшийся. Один правда разведчик невооруженный, а у второго летального оружия, к сожалению, нет, но по крайней мере механоиды сообщат, когда с их стороны попрут супостаты. Надеюсь встроенного шокера «таракануса» хватит, чтобы тормознуть бандитов и дать нам возможность подключиться к отражению атаки. Иного варианта не вижу пока что.

Я оглянулся. Фигурки преследователей пока далеко. Успеваем вроде бы.

Старик здраво рассудил, когда выбирал направление отступления. На ровной местности отстреливаться от дюжины бандитов Мокрого форменное самоубийство.

— Уже скоро, — чуть хрипло произнес Дорбин, констатируя очевидное.

— Вот же самка вонючего соколота! — тут же выругался старик и зло сплюнул в сторону.

— Что там? — не удержался от любопытства и снова оглянулся, выискивая взглядом угрозу. Небольшие фигурки преследователей стали ближе или показалось?

— Подстрелили механоида. Семьсот рандов, как небывало! — простонал Дорбин.

Тьфу ты. Кто о чем, а жадный о деньгах. Высказывание вызвало непроизвольную ухмылку. Нас тут убивать вздумали, а он печалится о старом роботе. Правда будет жаль, если уничтожили именно таракануса. По-своему забавный механоид.

— Ничего страшного. На обратном пути подберем и дома починим, — сбиваясь с дыхания, попытался успокоить Дорбина.

— Дом — это хорошо. Дожить бы только до него, — невесело посетовал старик.

— Добежали почти, — констатировал я очевидное.

— Добежали, — согласился Дорбин и немного замедлился.

Боковым зрением заметил бледно-красноватую вспышку и отшатнулся в сторону. Действие в большинстве случаев бесполезное. От лазера увернуться очень проблематично. Особенно если он работает непрерывно. Благо батареями такой мощности и емкости ручное оружие снаряжают крайне редко, иначе солдат быстро останется с пустым стволом. Поэтому идут на компромисс и снаряжают оружие отсекателем, который делит луч на короткие импульсы для экономии заряда батареи и заодно служит этакой пассивной защитой от лишнего перегрева. Остается лишь немного надеяться на косоглазие стрелка, соответствующую защиту, которая отсутствует напрочь и, если отпрыгнул в сторону до выстрела, но не после.

Очередной короткий обрубок луча промелькнул рядом и врезался в хлюпающую от влаги почву. Раздалось пугающее шипение испарившейся воды. Горячие капли и комья грязи попали на кожу левой кисти, заставив скривиться от боли.

— Вот гадство! — вслух выругался.

Дорбину повезло меньше. Зацепили все-таки старикана. Помирать тому никак нельзя, а то так следом, и я от шока могу загнуться. Когда браслет определит, что владелец мертв, то подаст сигнал на вживленный чип контроля. Оно мне надо такое счастье?

Моментально развернулся и поспешил обратно на помощь. Подхватил Дорбина и потащил к мусорным холмам. Еще пара десятков шагов, а потом гляну, насколько серьезное ранение получил старик. Заодно немного переведу дух и соберусь с мыслями. Бандиты Мокрого навряд ли сразу полезут, опасаясь попасть под раздачу затаившихся мусорщиков, то есть нас. Так что времени немного будет.

Дошли. Старик застонал. Он как-то резко начал терять сознание. Безвольно повис.

— Этого только не хватало. Не спать! — прикрикнул на него.

Недолго думая, положил Дорбина на землю, вытащил висящий у старика на поясе нож, подцепил кончиком лезвия обугленную штанину на бедре и точным, быстрым движением разрезал ткань. Дорбин очнулся от резкой боли в обожженной ране и попытался нажать кнопку на браслете, наверняка чтобы активировать чип. Без всяких сантиментов ударил старика по руке. Отчего тот окончательно очнулся и уставился на меня обалдевшим взглядом.

— Куда тянешься, старый, — возмутился, прямо глядя ему в глаза. — Помочь пытаюсь. Так что лежи смирно. Лучше скажи, есть ли у тебя в рюкзаке перевязочные материалы, препараты какие-нибудь, останавливающие кровь, обезболивающие?

— Есть, — прохрипел старик, — как не быть.

— Так показывай, где лежат, — чуть повысив голос потребовал.

— А сможешь? — Дорбин, как-то по-новому посмотрел.

— Меня учили в том числе и медицине, — ответил ему.

Старик, кряхтя стащил со спины свой рюкзак, положил рядом и отстегнул застежки. Пошарил внутри рукой и достала на свет сверток из темной плотной ткани без опознавательных знаков.

— На, держи, — протянул Дорбин аптечку.