Центральный мозг знал, что после отправки через портал, энергетического резерва для поддержания всех систем, даже в режиме ожидания, больше не останется и выполнил последнюю директиву, вложенную именно на такой случай. Он включил систему самоликвидации эвакуационной станции.

Допускать, чтобы технологии человечества достались противнику — недопустимо. Имей он возможность ощущать эмоции, то испытал бы удовлетворение. Он хорошо выполнял поставленные задачи на протяжении тысячелетий и мог гордиться проделанной работой и спасением десятков тысяч людей.

Неожиданно земля задрожала, заставив Миху зовущего свалившегося друга, и Толика заглядывающего с включенным фонарем в вертикальную шахту, вскочить, схватить рыдающих девушек под руки и понестись вниз, подальше от все более заметно дрожащего холма. Молодые люди, не оглядываясь, добежали до ближайших деревьев и только здесь замедлили бег. Все перепугано оглянулись. Холми поляна оседали, причем провал ширился, поднимая тучу пыли, добирался до леса, нагоняя перепуганную компанию.

— Чего встали! Бежим!!! — заорал Миха.

— А как же Дима⁈ — дрожащим голосом спросила Марина-блондинка.

— Нету больше нашего Димыча, — с горечью ответил Миха, и потащил обеих Марин подальше от места, где только что погиб его лучший друг.

[1] Бионты — Биороботы широко используемые древними в повседневной жизни.

[2] Тан — единица измерения времени примерно равная минуте в современном исчислении. Использовалась древними.

Глава третья.

Сильно хотелось открыть глаза, но не получалось хоть ты тресни.

«Может я умер и меня похоронили? Какой ужас! Меня же заживо закопали!» — возникла в голове паническая мысль, но тут же пропала.

Вокруг осязалось что-то вязкое и влажное.

«Если появилась чувствительность, значит не так все плохо», — решил я и удвоил усилия в попытке поднять тяжелые, словно налитые свинцом веки. Через какое-то время это все же удалось. Появилась резь в глазах, но пока кроме неяркого светлого пятна ничего не видать.

Время шло, ничего не происходило и я, кажется, уснул. Когда снова очнулся, то чуть не стал заикой. Зрение и чувствительность вернулись полностью и то, что увидел и ощутил вокруг себя, заставило задергаться в попытке отбежать подальше, а точнее отплыть.

Я затравленно огляделся и обнаружил, что вишу в каком-то аквариуме, заполненном прозрачной жидкостью (так вот откуда ощущения вязкости и влаги!). В тело впились десятки мерзкого вида белесых щупалец, а с той стороны стекла на меня взирал странный субъект. Лысый, глаза на лице раза в три больше, чем положено, маленький курносый нос, под ним скорее не рот, а так…некое безгубое ротовое отверстие. Худой, как щепка, ножки-спички, дистрофичные руки с длинными пальцами. Одежды, кроме белых шорт и пояса с кучей инструментов и приборов, не было. И вот это чудо рассматривал меня пристально, абсолютно не мигая. И взгляд этот мне очень не нравился. Более того — просто пугал до дрожи. Так может смотреть, в моем представлении, только маньяк-патологоанатом.

Кандидат на главную роль в мистическом триллере, открыл рот и что-то прошамкал. Хотел переспросить, что он там бормочет, но ничего не вышло. Оказалось мне мешает говорить дыхательная маска, плотно облепившая всю нижнюю часть лица.

В голове будто щелкнуло, и голос этого странного человека донесся до меня:

— Вам вредно волноваться. Сейчас вас выпустят из реанимационной камеры, так что нет причин для беспокойства. Вы готовы?

Я не успел ответить. Щупальца начали неприятно отлипать от тела, особенно стало противно, когда одно из щупалец отстало от моего паха.

«Вот же гадость!»

Затем вода (а вода ли это?) забурлила и всосалась в открывшиеся отверстия в полу аквариума. Не прошло и минуты, как я очутился без поддержки и повалился навзничь. Попытался встать, однако ноги не держали.

«Что за черт? И вообще где я и что происходит?»

Стоило мне задаться этим вопросом, как память нахлынула, и я вспомнил, что сорвался в колодец и… разбился? Захотелось закричать. Не успел. Укол в шею мгновенно лишил такой возможности.

Второе пробуждение оказалось не такое пугающее, но весьма болезненное. Все тело ныло, будто по костям потоптался великан. Я огляделся. Комната овальной формы. Приглушенный, неяркий свет лился с потолка, освещая белые стены, на вид пластиковые, навевающие мысли о больничной палате. Кроме высокой то ли лежанки, то ли матраса такого странного ничего нет. Пусто и выхода из помещения не видно.

«Вот же засада!»

— О! У-у! — простонал вместо ругательств, когда попробовал приподняться. Болезненный прострел пронесся по позвоночнику, от самого кобчика до черепа, и разорвался в голове. В глазах потемнело, и я повалился обратно на… что бы это ни было. Пусть будет матрас.

«А вдруг останусь инвалидом⁈» — возникла предательская мысль, изрядно сдобренная страхом за свое здоровье.

Из-за неудачной попытки подняться и как следствие — помутнения в глазах, не сразу заметил, как освещение начало постепенно нарастать. Когда все же обратил внимание, то понял, что сейчас что-то произойдет.

Догадка оказалась верна. Напротив места, где лежал в стене проявился овальный проем (других форм не признают что ли?), стена понемногу истончалась, пока не стала частично прозрачной. Выход выглядел, словно затянутым голубоватой дымкой. Такое впечатление будто смотришь через замутненное стекло. С той стороны просматривался человеческий силуэт. Человек поднял ногу, сделал шаг сквозь мутноватую пелену и очутился внутри палаты.

Посетителем оказался тот самый большеглазый тип в белых шортах, которого увидел сразу после первого пробуждения в этом странном месте. Теперь удалось рассмотреть его более подробно. Первое, что бросалось в глаза, и на что в прошлый раз не обратил внимания, полное отсутствие волос на лице и теле. Даже бровей и ресниц не было, что уже странно.

«Мда…. Это же какой длины должны быть ресницы, чтобы защитить такого размера глаза? И человек ли он?» — промелькнуло в голове настораживающее предположение.

Словно в ответ на невысказанный вопрос на глаза посетителя опустились, и тут же исчезли прозрачные вторые веки, точно у земноводных.

— Мать моя женщина!!! — невольно воскликнул.

Вопрос о ресницах и идентификации отпал сам собой. Странно, но сильного волнения и тем более испуга, как в прошлую нашу встречу не было в помине, будто всю жизнь гуманоиды перед лицом зенками своими моргали.

«Ну, что ж может он объяснит, что, в конце концов, происходит?» — волнение сменилось раздражением.

— Как ваше самочувствие? — опередил меня с вопросом гуманоид в шортах.

— Болит все, — не стал врать ему.

— Ничего. Это боли психосоматического характера. Они скоро исчезнут, — пообещал большеглазый и начал рыться у себя в многочисленных карманах на широком кожаном поясе. Он вытащил маленькую капсулу зеленого цвета и протянул на ладони. — Проглотите.

— Что это? — вырвалось у меня. Глотать неизвестно что никакого желания не вызывало.

— Капсула с нанобионтами. Они помогут вашему организму скорее справиться с последствиями полученных травм. А так же посодействуют вашему личному симбу войти в рабочий режим. Период жизни нанобионтов невелик, поэтому вам придется, какое-то время, принимать такие капсулы ежедневно.

— Какие еще нанобионты⁈ Какой такой симб⁈ Не надо мне ничего пихать в организм! — Наверное, я чересчур резко и громко прореагировал на известия, так как большеглазый отшатнулся назад и заморгал своими вторыми веками.

«Блин! Не хватало только внутри гадость живую носить, которая периодически подыхает!» — Почему-то на слово симб возникла стойкая ассоциация с глистами и меня от омерзения передернуло. И тут до моего сознания дошел еще один момент: «А ведь гуманоидный дядька не по-русски говорит, и, тем не менее, я его отлично понимаю!»