Мужчина долго молчал, словно пытался уложить в голове сказанное, потом задумался.

— Разговор был… позавчера, когда я пришёл на вечер к госпоже Норено. Сидели за столом, играли в карты, разговаривали ни о чём, обсуждая последние сплетни. В какой-то момент… барон Верски, кажется, небрежно сказал, что, по слухам, была проверка в королевской сокровищнице, и нашли что-то очень… древнее. Остальным это было безразлично, а у меня отложилось в памяти, вот я на следующий день и поехал к графу Парски. Вот, собственно, и всё.

Глава стражи задумалась, потом кивнула.

— Ну что ж, будем проверять.

Мужчина сразу встал.

— Надеюсь, на этом наш разговор закончен?

Денера чуть качнула головой.

— Я вам не просто так говорила, барон, что все причастные к действиям секты были магами с безупречной репутаций, поэтому было принято решение, что все, кто после слухов о проверке будут пытаться выведывать о найденных артефактах, будут считаться членами секты или их пособниками, и подлежат уничтожению. Так что… вы побудете у нас, пока мы проверим ваши слова, а потом мы устроим вам какой-нибудь несчастный случай, чтобы не бросать тень на вас и ваш род. Проведём обыски у вас в доме и конфискуем все бумаги и старые артефакты. Пока вы проявили только излишнее любопытство, но может оказаться и так, что вы являетесь членом секты, и храните дома те самые древние артефакты. Будем разбираться.

От таких слов барон медленно опустился в кресло, долго молчал, не сводя взгляда с главы стражи.

— А вам не приходит в голову, госпожа Денера, что… то, что вы делаете или только собираетесь делать, ничем, собственно не отличается от действий этих… как вы их называете, сектантов? Вы хотите искать знания древних магов. Истинных магов королевства магов. Хотите найти их артефакты, потом их уничтожить, как представляющие опасность. Цель, вроде бы правильная и важная, но… Вы ведь собрались убивать всех, кто о них знает, но никто ведь не будет уверен, что самые важные артефакты действительно будут уничтожены, а не спрятаны до лучших времён, когда потребуется использовать их для новой войны или свержения королевы. По сути, вы всего лишь уничтожите возможных соперников в борьбе за ценные артефакты, а цели и методы у вас те же самые.

Денера долго молчала, не отводя взгляда, потом в какой-то момент её плечи вдруг устало опустились.

— Вы правы, господин барон, и я сама задаю себе такие же вопросы по несколько раз на дню, но ответа у меня нет. Я уже никому не могу доверять, и даже в себе и своих поступках иногда начинаю сомневаться — не являются ли мои поступки следствием чьих-то чужих планов. Да, почти все, кого мы подозреваем — это люди благородных сословий, многие проявили свою преданность королеве на деле, и вопросов до этого к ним не было. А потом я вспоминаю о замке Тернил, о ловушке, которая стала новой частью Мёртвых земель, но уже в нашем королевстве, и понимаю, что другого выхода, кроме как уничтожить всех, кто знает о таких знаниях древних магов и пытается их возродить, у нас нет. Разумеется, мы не будем уничтожать всё подряд, ведь у древних было много полезного, и нам есть чему у них поучиться, но секта, которая убивает людей ради таких знаний, права на жизнь не имеет. Да, это будет выглядеть жестоко, мы вполне можем ошибиться, но смерть из Мёртвых земель уже в нашем королевстве, и мы не имеем права на жалость и сомнения. Убийц и насильников можно остановить, только убив их самих. В королевстве законное право на насилие и убийство людей имеет только королева и люди, которым согласно законов она даёт такое право. Вы это знаете не хуже меня. Мне жаль, что вам придётся умереть, но это допустимая цена за спокойную жизнь всего королевства.

Мужчина поморщился.

— Если бы смерть «на всякий случай» предстояла кому-то другому, я бы, наверное, признал это разумным и правильным, но это касается меня самого, и ваши доводы уже не кажутся такими уж правильными.

— Мне жаль, -повторила женщина, вставая –но этого не изменить. Сейчас вас отведут в камеру, где будут хорошие условия, много бумаги и чернила. Пишите всё, что посчитаете нужным или важным для себя. Я не прошу и не требую от вас оговаривать кого-то, но у вас большой круг общения, и после нашего разговора ваши прежние встречи и разговоры теперь могут выглядеть… немного странно. Возможно, вас и раньше использовали, чтобы добыть нужные сведения о древних, их артефактах или людях, которые интересуются всем этим. Ни у кого из нашей службы нет желания очернять людей или сводить счёты. Любые ваши слова, даже прямые обвинения мы будем проверять много раз, и лишь убедившись, что слова или встречи только выглядели случайными, начнём заниматься новыми подозреваемыми.

Возможно, вы захотите дать какие-то распоряжения или написать важное для вас письмо. Если это будет возможно, мы постараемся выполнить ваши пожелания.

— Так уж и все –усмехнулся мужчина — То вы обвиняете меня в государственной измене, то обещаете выполнить мои желания. Как-то не вяжется это друг с другом.

— Я уже объясняла вам причины наших действий, барон, и не буду повторяться. Вы вызвали подозрения, и вы умрёте по возможности безболезненно, но в память о ваших былых заслугах мы постараемся смягчить последствия вашей смерти для вашей семьи. Вы просто умрёте раньше срока, но это происходит достаточно часто. Вы можете высказать свои пожелания, можете вообще ничего не писать — это ваше дело и ваш выбор, и мы с уважением примем его.

Выйдя из комнаты, Денера подошла к ожидавшим её офицерам.

— Барона в камеру –негромко бросила она и сразу уточнила — В хорошую камеру для благородных господ. Бумага, чернила, пусть пишет что хочет. В его доме и конторе провести самый тщательный обыск –женщина задумалась — Барон отреагировал, когда я сказала об обыске в его доме. Возможно, там всего лишь неприглядные делишки, а может и что-то по нашему делу. Все бумаги изъять до последнего клочка. Изъять все артефакты и предметы, которые могут иметь отношение к магии древних.

— Как нам это определять?

— Всё старое. Всё, что старше трёхсот лет. Возьмите нескольких оценщиков, полную четвёрку магов. Всё, что старше трёхсот лет и может быть артефактами, а также книги, записи и прочее. Разумеется, картины, статуэтки и прочая ерунда нам не нужны.

Офицер кивнул, что понял.

— Бумаги, которые напишет барон, проверять самым тщательным образом. Разумеется, никуда не отправлять и ничего по ним не делать. Аналитикам все встреченные фамилии занести в списки подозреваемых, сравнить с уже имеющимися. Короче… -женщина сердито махнула рукой –сами знаете что делать в таких случаях. Исполнять!

До практики ещё было время, и я решил пообедать, тем более, что рядом с академией располагались десятки всяких таверн, ресторанов и кафешек. Всё-таки район академии — это почти элитный район, бывает много аристократов (и студенты учатся, да и так приезжают по делам, ну и много магов преподавателей). Ну а с моей жизнью я взял за правило каждый раз обедать в другом месте, благо приличных заведений хватало.

Вот и в этот день шёл неспешно по улице, посматривая по сторонам и решая куда мне хочется зайти, и вдруг заметил очень красивую девушку лет двадцати, сидевшую за столом на открытой террасе кафешки. Вот бывают такие красавицы, в которых всё совершенно — лицо, волосы, фигура, осанка, и сразу чувствуешь, что ты ей точно не пара. Такие девушки — это совершенно другой уровень, они как богини — точно есть, но обитают где-то там, далеко, высоко, в недоступном для простых смертных местах. Но что-то в её лице меня насторожило. Что-то такое знакомое, словно я её уже видел. Невольно задержал шаг, и тут девушка заметила меня. Скользнула скучающим взглядом по мне, и вдруг её брови стали подниматься от удивления, словно она меня узнала. И вдруг заулыбалась так радостно, и замахала рукой, приглашая подойти. Я невольно покосился по сторонам — может она не мне машет? Да вроде рядом со мной никого не было. Несколько парней и молодых мужчин стояли на улице, не спуская взглядов с девушки, но рядом со мной никого. Недоумевая, решил подойти, поговорить. Может узнаю кого же она мне напоминает.