Точную.

Холодную.

Красивую.

— Вы получаете от этого удовольствие, — тихо сказала я.

Он посмотрел на меня прямо.

— От наказания подлецов? Иногда.

— Честно.

— Я редко вру вам, Полина.

Я отвела взгляд.

Потому что от этой фразы стало слишком тесно внутри.

Глава 30

Глава 30

Через два дня мне написала Вика.

Не звонила.

Не устраивала сцен.

Не присылала проклятия.

Просто сообщение с незнакомого номера:

«Нам надо поговорить. Я не знала всего.»

Я смотрела на экран и чувствовала странную смесь брезгливости и любопытства.

Тая, конечно, сразу заявила:

— Нет. Ни в коем случае. Пусть тонет в своей силиконовой печали одна.

Но я все же переслала сообщение Марку.

Он перезвонил через минуту.

— Хотите встретиться?

— Не знаю.

— Тогда не надо.

— А если она знает что-то полезное?

Пауза.

— Тогда встреча будет в публичном месте. Днем. И я буду рядом.

— Вы собираетесь сидеть за соседним столиком в темных очках?

— Если понадобится.

Я не удержалась от улыбки.

— Это пугающе.

— Зато надежно.

Мы встретились в кафе в центре.

Вика оказалась именно такой, какой я ее себе и представляла, и совсем не такой одновременно. Да, красивая. Да, ухоженная. Да, слишком старательно собранная. Но сейчас под всей этой внешней полировкой сидела напуганная молодая женщина, которую внезапно бросили не на яхту в красивую жизнь, а в яму вместе с обломками чужих обещаний.

Она увидела меня и сжалась.

И правильно.

— Спасибо, что пришли, — сказала она.

— Не благодарите. Говорите.

Она нервно поправила волосы.

— Я не знала… про квартиру. Про врача. Про то, что он у вас что-то отбирает. Он говорил, что вы давно живете как соседи. Что брак мертвый. Что вы его не любите. Что просто тянете из него деньги и не хотите отпускать.

Я смотрела на нее спокойно.

Раньше мне, возможно, захотелось бы сравнивать нас. Искать в ней то, чего не хватило мне. Но сейчас я видела перед собой не соперницу.

А еще одну женщину, которой тоже наврали. Просто не так страшно и не так глубоко.

— И когда вы поняли, что он врет? — спросила я.

— Когда его уволили. Когда начали всплывать деньги. Когда я спросила его напрямую, что происходит, а он… — она запнулась. — Он сказал, что я должна просто подождать и не устраивать сцен. Слово в слово.

Я едва не усмехнулась.

Конечно.

Одна методичка.

— Зачем вы хотели встретиться?

Вика достала из сумки телефон.

— У меня есть переписка. Не вся. Но часть. И голосовые. Он отправлял мне документы, скрины переводов, обсуждал, как вывести деньги, если «прижмут». Я хочу отдать это вам.

Я молчала.

Она опустила глаза.

— Я понимаю, что вы меня ненавидите.

— Нет, — сказала я. — Уже нет. Ненависти на всех вас не хватит. А жалости слишком много чести.

Она вздрогнула, но кивнула.

— Справедливо.

Когда я вышла из кафе, Марк действительно ждал неподалеку, в машине.

Я села рядом и протянула ему флешку, которую Вика успела мне передать.

— Она сдала его, — сказала я.

Марк взял флешку, посмотрел на меня и коротко произнес:

— Логично.

— Вас вообще можно чем-то удивить?

— Можно, — сказал он. — Но предательство редко бывает оригинальным.

Глава 31

Глава 31

В ту ночь я почти не спала.

Не из-за Кирилла.

Не из-за суда.

Не из-за свекрови.

А из-за Марка.

Это было глупо.

Несвоевременно.

Почти неприлично на фоне всего происходящего.

И все же я лежала в темноте и думала о его руках на руле, о том, как он смотрит, когда слушает, о его редких улыбках, которые не рассчитаны на эффект и потому действуют сильнее, чем любые отработанные мужские чары.

Я боялась не его.

Я боялась себя рядом с ним.

Потому что рядом с Кириллом я годами уменьшалась.

А рядом с Марком — разворачивалась в полный рост.

Это не может не пугать женщину, которая слишком долго жила в тесной клетке.

Утром я пришла в офис раньше всех. Нужно было занять руки. Разобрать поставки, проверить счета, обсудить с Ниной Петровной новый контракт.

Но около одиннадцати мне позвонил Марк и сказал только:

— Освободите вечер.

— Это снова не вопрос?

— Нет.

— А если у меня дела?

— Перенесите.

— Вы очень самоуверенный человек.

— Да.

Я не удержалась от смеха.

— И что будет вечером?

Пауза.

— Нормальный вечер, Полина. Без вашего мужа, его матери и чувства, что сейчас что-то взорвется.

Это прозвучало так просто, что у меня внутри стало совсем тихо.

— Хорошо, — ответила я.

И весь день потом думала, зачем женщине, переживающей развод, может так сильно хотеться вечера с мужчиной, который просто обещает ей нормальность.

Наверное, затем, что после хаоса нормальность ощущается роскошью.

Глава 32

Глава 32

Он повез меня за город.

Не слишком далеко — минут сорок от Москвы. Ресторан стоял у воды, на тихом берегу, где вечерний свет ложился на темную гладь так мягко, будто мир и правда способен быть мирным.

— Красиво, — сказала я, когда мы вышли из машины.

— Я подумал, вам не помешает место, где никто не будет делать вид, что все хорошо. Здесь и так хорошо.

Я посмотрела на него.

И снова поймала себя на том, что рядом с ним невозможно защищаться привычной женской иронией. Она просто становится ненужной.

Мы сидели у окна. За стеклом темнела вода, внутри горели теплые лампы. Я впервые за долгое время не ждала звонка, не проверяла экран телефона и не жила в напряжении.

Это был просто ужин.

И в этом было что-то почти интимное.

— Расскажите мне о себе что-нибудь не из режима кризиса, — сказал Марк.

— Например?

— Например, что вы любили до того, как начали спасать все вокруг.

Я задумалась.

— Печь ночью, когда никто не мешает. Французские фильмы. Ездить к бабушке летом и пить чай на веранде. И… — я неожиданно улыбнулась, — танцевать на кухне, пока готовится карамель.

Он смотрел на меня так внимательно, что я смутилась.

— А вы? — спросила я. — Что вы любили до того, как начали всех строить?

Он коротко усмехнулся.

— Хороший вопрос. Тишину. Бокс. Дороги ночью. И женщин, которые не боятся смотреть в глаза.

У меня перехватило дыхание.

— Это комплимент?

— Это наблюдение.

— Опасное.

— Я редко бываю безопасным.

И вот тут между нами что-то изменилось окончательно.

Не резко.

Не громко.

Но бесповоротно.

Воздух стал другим.

Паузы — длиннее.

Взгляды — тяжелее.

Когда он проводил меня до двери квартиры, мы оба уже понимали, что стоим на границе.

Я держала ключи в руках.

Он стоял очень близко.

Слишком близко для случайности.

Недостаточно близко для поцелуя.

— Марк…

— Да?

Я не знала, что хотела сказать.

Осторожнее.

Не надо.

Слишком рано.

Или наоборот — наконец.

Он поднял руку и очень медленно убрал прядь волос с моего лица.

Это было почти невинно.

Но у меня дрогнули колени.

— Я не тороплю вас, — сказал он тихо. — Просто знайте.

— Что?

— Что вы мне не безразличны.

Я закрыла глаза на секунду.

Потому что именно этой честности мне сейчас и не хватало больше всего.

— Вы мне тоже, — ответила я.

И это было правдой.

Самой страшной и самой живой правдой последних месяцев.

Он не поцеловал меня.

Только коснулся лбом моего виска и ушел.

И этим окончательно свел меня с ума.

Глава 33