— Котёнка?

— Ну да, вот этого, — поднял Паша переноску повыше.

— Всем свойственно совершать ошибки, — философски заметила дама. — Главное, извлекать из них опыт и не повторять впредь.

— А вы не подскажете, где здесь улица Тихорецкий проспект?

— Конечно подскажу, — усмехнулась дама. — Прямо по Тореза до парка, потом направо и по Светлановскому до перекрёстка с косой улицей. Это и есть Тихорецкий. Там уж сами разберётесь.

— А Тореза это…

— Просто идите прямо до парка, потом направо и вдоль него

— Спасибо, — кивнул парень.

— Да всегда пожалуйста, молодой человек, — отмахнулась дама, будто подсказывать незнакомцам путь для неё в порядке вещей и благодарить здесь не что. — И мой вам совет, избавьтесь побыстрее от этих отвратительных бланжей. Они вас совсем не красит.

— Простите, от чего избавиться? — не понял Паша.

— Фонари, прожекторы, фингалы в конце концов, — совершенно спокойно ответила дама. — Не все в нашем необычайно культурном городе готовы к их виду, — закончила она, повернувшись к остановке, люди на которой кто с неодобрением, а кто и с показной неприязнью смотрели на парня.

— Спасибо ещё раз, — снова поблагодарив даму, поклонился Паша и направился в указанную сторону.

Мимо парка он шёл, наверное минут пятнадцать, зато смог послушать немного музыки, за рамки любимого альбома, правда, не выходя, как и последние лет пять. Зато смог оценить громаду целого лесного массива посреди города. И пусть со стороны этот лес смотрелся ухожено, кто знает, что скрывается в его глубине. Местные жители наверняка знали, но к их числу парень не относился. А вот бегать здесь, решил Паша, наверняка одно удовольствие.

Ветеринарная клиника располагалась на первом этаже шестиэтажного жилого дома из серого кирпича. Вообще, весь первый этаж дома, как и первые этажи соседних домов, были отведены по какую-то коммерцию. Магазины, аптеки, салоны красоты аж три штуки на дом, медкомиссия для водителей, детская студия и ветеринарная клиника со странным названием «ГлавЪрыба». Впрочем, это может быть и отсылка на Булгакова.

Внутри всё оказалось странно. Не было привычного коридора, у входа стояла стойка, как в отеле, девушка за которой подсказала где сидит нужный Паше специалист. Дальше простирался открытый холл, куда выходили шесть белых дверей и ещё три серых, явно технических, потому что в них не было встроенных табло, на которых отображалась очередь. Народа в холле оказалось достаточно и в необходимую Паше дверь перед ним был ещё кто-то, не считая уже находившегося внутри посетителя. Свободных мест было немного и парень решил сесть ближе к нужной ему двери, прямо напротив блондинки в чёрном спортивном костюме с немаленьких размеров доберманом, о чём буквально через секунду пожалел. Герцог, всю дорогу спокойно сидевший в переноске, вдруг забился в дальний её и угол и начал шипеть. Продолжалось это недолго, буквально через пять минут дверь открылась и оттуда вышел лысый мужик в кожанке с похожей переноской и белой крысой в ней. Девушка с доберманом вошли внутрь. На табло пошёл обратный отсчёт, который до этого парень не замечал.

— Ну вот, Герцог, собака ушла и ближайшие двадцать минут не придёт, — сказал Паша котёнку, но тот и сам успокоился, как только угроза исчезла из поля зрения.

Однако Паша оказался не прав. Не прошло и шести минут, как дверь снова открылась и девушка вышла. Доберман следовал за ней, не обращая внимания на возобновившееся шипение.

— Доктор просил передать, что вы можете заходить, — на секунду остановившись, сказала парню дюхозяйка добера и пошла дальше, к стойке у входа.

— Разрешите? — постучав, вошёл Паша внутрь, мазнув глазами по малозаметной под табло бумажной табличке с именем доктора.

— Входите, — кивнул Малокян Дмитрий Артурович, что-то набирая на компьютере. — Что у вас?

Несмотря на армянскую фамилию, ничто не выдавало в нём представителя первой принявшей христианство нации. Типичный европеец, вряд ли сильно старше тридцати.

— Вот, — поставив на специальный столик, на котором специально для тупых было написано» место для животных», переноску, отозвался парень.

— Ну открывайте, показывайте, — сказал доктор.

Паша подчинился и отщёлкнул дверцу.

— Так, котёнок, возраст около месяца. Документы есть?

— На него?

— Ваши тоже нужны будут, если на него нет. Так есть?

— Нет.

— Как же так вышло? Заводчик не дал вам никаких документов?

— Он не от заводчика. На улице нашёл.

— Тогда понятно. Приехали оформлять?

— Не только. У него с задней лапой что-то.

— Ну что ж, давайте посмотрим. Вы пока присаживайтесь в кресло. И не бойтесь, владельцев бездомных животных я не сдаю.

— Простите…

— Да бывает, приходят и всего боятся, потому что не чипированных кошку-хомячка-шпица-шиншиллу-нужное-подчеркнуть нашли где-то и себе забрали, оформлять не стали, чтобы налог не платить, а потом заболел их питомец и они к ветеринару. Так вот, я таких не сдаю, но на оформлении настаиваю.

— Да я и не отказываюсь.

— Вот и славно. Я пока осмотрю эту редкость.

— Почему редкость?

— Голубоглазые крины и без того не самая распространённая порода, а уж смесь с обыкновенной домашней кошкой и подавно.

— Понятно, — протянул Паша и опустился в кресло.

Кто такие эти крины он, тем не менее, понятия не имел.

Осмотр много времени не занял, уже через пять минут доктор вынес вердикт.

— Ничего особо страшного у вашего…

— Герцога, — подсказал хозяин.

— Подходящее имя, — усмехнулся доктор, — крину как раз самое то, пусть и не чистокровному.

— Да кто такие эти крины?

— Каждый петербуржец знает о кринах. Или вы шпион вражеского государства?

— Я совсем недавно переехал. И о этих ваших кринах ничего не знаю.

— Это порода мало распространена в других регионах. Могу происхождение вида целую лекцию прочитать, если хотите.

— Это с Дарвином никак не связано?

— Нет, не связано.

— Тогда не надо. Да и Дарвина я тоже уже читал сам.

— Так или иначе, но у вас крин. И вырастет он примерно с мейн-куна, может чуть меньше, как нечистокровный. А с лапой всё в порядке, просто потянул немного. Да и в целом физическое здоровье у него очень хорошее для месячного котёнка. Ну либо я не дипломированный ветеринар.

— А психологические травмы могут быть?

— В чём это проявляется?

— На собак шипит, пока правда всего на одну, добермана, что был до нас.

— Я так-то не зоопсихолог, да и не знаю, что у него там случилось…

— Его предположительная мать и братья либо сёстры погибли от зубов и когтей собаки породы дворняга.

— Как официально-то, — поморщился доктор. — А я думал, у нас неформальная беседа.

Паша ничего не сказал на это. Ну не мог говорить о смерти будто это что-то само собой разумеющееся. Быть может, это какая-то мудрёная защитная реакция мозга, он не знал, но заставить себя нормально общаться в такие моменты не научился.

— Так может это быть причиной…

— Легко. Кошки ведь тоже живые существа и проявление чувств им очень хорошо знакомо, чтобы не думали об этом некоторые хозяева. А смерть родных он наблюдал непосредственно или…

— Да, — кивнул Паша, — об был в непосредственной близости и всё видел. И уж точно слышал.

— Понятно. Я думаю, нужно дать ему время. Ну и соответствующий рацион, витамины, все дела. У меня тут где-то книжка была по кринам…

Доктор ушёл в смежное помещение, но буквально минуты через три, вручив Паше тоненькую, страниц на семьдесят, брошюру.

— Малокян Дмитрий Артурович, «Воспитание крина в домашних условиях», — прочитал парень, а потом вспомнил табличку на двери. — Так это…

— Последствие моей дипломной работы, — кивнул ветеринар. — Абсолютно бесплатная, исключительно из любви к кринам.

— Так значит, с Герцогом всё в порядке?

— По физике да, — повторил доктор.

— И мы зря тряслись по вагонам метро?

— То есть оформлять кота вы уже не хотите, да.