В словах Сойки не прозвучало ни нотки сарказма. Лишь хмурая констатация факта.

— Я понимаю, что особого выбора у тебя не было. Скажу больше: через это прогоняют многих новичков. Так уж тут заведено. Думаю, их на время остудит то, что за тебя поручилась представитель Гильдии, но полностью от неприятностей не избавит. В их базе ты помечен жирной красной строчкой. И, вполне возможно, не только ты, но и вся твоя команда.

Я не спешил вступать в разговор. Похоже, Сойка пыталась вывести меня на эмоции и проверяла мою моральную устойчивость. Учитывая, что выглядел я на двадцать с хвостиком, это был вполне ожидаемый шаг.

Подождав немного и не увидев от меня никакой реакции, она хмыкнула и продолжила:

— У меня есть предложение. Назовем это неким пакетом услуг от Гильдии Сталкеров.

Она положила руку на стол и ударила указательным пальцем по его поверхности.

— Во-первых, чистые удостоверения. Новые легенды, внесенные в базу Северных городов без привязки к твоему досье из Содружества. Ты Алексей Карамазов, сталкер-одиночка из Гриндейла. Твоя сестра Мария Карамазова. Бежали после прорыва, уничтожившего город. Вполне себе правдоподобная история. Твой третий — Михаил… как его фамилия?

— Волков… Михаил Евгеньевич.

Сойка быстро глянула в блокнот. Похоже, сверяла данные. Еще одна хитровыдуманная проверка, которая убедила ее, что мы с Михаилом не просто случайные попутчики.

— Михаил Евгеньевич Волков. Ветеран спецназа из Ньютауна. Демобилизован по ранению. Наемник. Сопровождал вас через аномалии. Это тоже вполне себе типичная история и, насколько я знаю, совсем недалекая от истины.

— Во-вторых. Вы получаете место в гильдейском реестре. Вас официально регистрируют как группу сталкеров при Гильдии и открывают на тебя счет в нашем банке, привязанный к твоему электронному удостоверению. Членские взносы минимальны: пять процентов от задекларированного дохода. При этом вы получаете доступ к реестру внутренних заказов. И, что гораздо важнее, приобретаете гильдейский статус. Стража Совета не трогает зарегистрированных сталкеров без веского повода. Это негласное правило, и оно работает.

— И, в-третьих, вы получаете надежное прикрытие. Если кто-то начнет задавать вопросы насчет вас, а их начнут задавать, ты уж мне поверь, мои люди дадут нужные ответы, типа: «Да, знаем, работают с нами, обычные ребята из Гриндейла». Это разом снимет огромную кучу проблем.

Она замолчала, положила обе руки на стол ладонями вниз и выжидательно посмотрела на меня.

— Только не говори мне, что я отделаюсь пятью процентами в казну гильдии, — усмехнувшись, сказал я. — Что ты хочешь взамен?

— Тридцать процентов с твоей следующей крупной добычи, — ответила Сойка почти без паузы. — Неважно, через кого ты ее реализуешь: через Ковчег или через Велеса. Просто переведешь мне тридцать процентов от полученного дохода.

Я ничего не ответил. Судя по интонациям Сойки, она еще не закончила. А прежде чем соглашаться, мне нужно было увидеть все карты.

— Да, и еще одна сущая мелочь, — невинным голоском добавила она. — Заказ от гильдии. Обязательный. Ну, то есть, без права на отказ. В будущем. Когда понадобится.

Вот оно. Второй пункт — это и есть настоящая цена. Тридцать процентов — это всего лишь деньги, которые можно заработать снова. Но обязательный заказ без права отказа — это подпись на чистом чеке. И Сойка может вписать туда что угодно.

Но для начала разберемся с первым пунктом.

— Тридцать процентов много, — ответил я. — Двадцать пять.

Сойка покачала головой.

— Тридцать. Я беру на себя риски. Подделка документов с занесением в городскую базу — это не просто на принтере бумажку напечатать. Здесь нужны ресурсы, в том числе и финансовые. А если дело вскроется…

— Не вскроется, — отрезал я. — Иначе бы ты не сидела в этом кресле. Так что, двадцать пять. Особенно учитывая то, что произошло в Роще. Ты же отлично понимаешь, что у меня в арсенале есть кое-что подороже денег. И сдается мне, ты хочешь, чтобы это кое-что поработало на тебя.

Между нами повисла короткая напряженная пауза. Я видел, как в глазах Сойки мелькнуло что-то похожее на профессиональный интерес. Она откинулась на спинку стула, сложила руки на груди и пристально посмотрела на меня. Наши взгляды на миг скрестились.

— Хорошо. Двадцать пять, — усмехнувшись, согласилась она наконец. — Но заказ остается.

— Не вопрос, — кивнул я, — но с одной оговоркой. Я оставляю за собой право отказаться, если он будет противоречить моим принципам.

Сойка слегка наклонила голову и сузила глаза.

— Каким, мать твою, принципам?

— Я не убиваю детей, не работаю на работорговцев, не участвую в операциях, направленных против союзников и безоружных гражданских.

— Звучит как-то расплывчато.

— А по мне так вполне конкретно, — пожал я плечами.

Мне надоело перепираться, надоел этот чертов город. Внутри поднималось раздражение и росло стойкое желание плюнуть на все, устроить в этой клоаке под названием Камнегорск показательную взбучку, а потом свалить обратно в аномалию.

Сойка внимательно смотрела на меня несколько секунд, потом хмыкнула:

— Ладно. С правом отказа по принципам. Но если откажешься, будешь должен замену. Равноценный заказ.

— Справедливо.

Она подалась к столу, сняла трубку телефона и набрала короткий номер.

— Курт. Три комплекта, как договаривались.

Она помолчала, слушая ответ, потом добавила:

— Как сделаешь, тащи ко мне в кабинет. — И повесила трубку.

— Курт — наш техник, — неопределенно махнула она рукой. — Как по мне, лучший специалист по документам во всем Камнегорске.

Немного помолчав, Сойка перешла к следующему вопросу:

— Пока ждем, расскажи мне про кристаллы. Где планируешь сбывать?

— Пока не решил, — пожал я плечами. — Будет зависеть от цен и условий.

Сойка кивнула и вкратце обрисовала ситуацию:

— Ковчег берет десять процентов комиссии, но обеспечивает анонимность. Реализация носит аукционный формат: цену определяет спрос. Алхимик Велес платит сразу, наличными, без комиссии. Но он задает вопросы. Много вопросов. И у него очень хорошая память.

— Тогда начну с Ковчега, а там посмотрим.

— Разумно. Когда собираешься? Я организую встречу с агентом.

— Вернусь от тебя, прикуплю одежду поприличнее и сразу туда. Не привык откладывать важные дела.

— Правильное решение. Я позвоню, тебя встретят. Спросишь Аристарха.

Мы замолчали. Сойка открыла блокнот и начала что-то быстро записывать. Я поднялся со стула, прошелся по кабинету и размял затекшие мышцы. Потом налил себе воды и начал рассматривать карты на стене.

Больше всего меня заинтересовали маршруты. Пять основных, отмеченных разными цветами. Три из них были перечеркнуты красным крестом. Два оставшихся уходили на юго-восток, вглубь аномальной зоны. Рядом с каждым стояли мелкие пометки: даты, цифры, буквенные сокращения.

Видимо, Сойка управляла не просто группами сталкеров. Создавалось такое ощущение, что под ее началом действовала настоящая разведывательная сеть.

— Интересно, — отметила Майя. — Масштаб операций этой гильдии заметно превышает типичный для вольного города такого размера. Либо Камнегорск богаче, чем кажется, либо Сойка работает сразу на несколько городов.

Я мысленно согласился с искином и приказал отсканировать все карты. Хотя я и понимал, что Сойка показывает мне только ту информацию, которую считает нужным показать, но сейчас это не имело значения. Любые данные о ближайших аномалиях были на вес золота. Не думаю, что Сойка будет водить меня за нос и подсовывать таким изощренным образом откровенную халтуру.

Стук в дверь раздался, как по часам, минут через тридцать.

— Входи, — ответила Сойка.

В кабинет зашел худой, сутулый человек в очках с толстыми линзами. Из-за общего неказистого и даже болезненного вида его возраст было трудно определить. Вошедшему могло быть как тридцать, так и все пятьдесят. Он нес пластиковую папку, бережно прижимая ее к груди.