им, что всё хорошо слышно, когда они там бесятся, а им сказали спать.

— Мы теперь тоже живем каждый в своей комнате, — сказал Аким. — Нас Мишка насильно

расселил. Ворчал, мол, даже подруг теперь сможем пригласить каждый к себе.

Мы с Аней довольно заулыбались. Каждая парочка шла, держась за руки.

— Майкл, ты не видел наши парочки? — спросила моя мама.

— В лес уходили, просил далеко не забредать.

— Давно?

— Еще часа не прошло. Пусть поцелуются хоть немного, и пойдем купаться.

Стоило им это проговорить, из леса послышался визг.

— Иду я и Мирл! — скомандовал Майкл.

— Я с вами! — рыкнула мама. — Я целитель!

Троица сразу выскочила из дома и, обернувшись, понеслась в сторону, откуда был слышен

детский крик. А мы, погуляв по лесу и поцеловавшись, наткнулись на тройку бандитов. Сразу

вспомнила, как в школе нас учили кричать, и завопила во всю мощь легких. Правда, мне быстро

прилетело кулаком по ребрам. Медвежата пытались порвать бандитов, но для этого они еще не

были достаточно сильными. А те явно нацелились на нас с сестрой. Тут уже без раздумий

выпускали с сестрой когти, стараясь порвать бандитов и спастись от них. Когда особенно

сильно ударили моего медвежонка, я кинулась на бандита и ощутила, как мне в ребра ударили

чем-то острым, металлическим. Он, ругаясь, скинул меня на землю. А у меня резко закончились

силы, чтобы драться. Видела, как Аким рычит и зажимает сильно кровоточащую ногу. Аня лежит

рядом и уже не шевелится. Вадима тоже откинули на землю, и он уже не может подняться.

Думала, что всё, мы погибли, но тут выскочило двое медведей и быстро расправились с

бандитами. А мама подскочила к нам.

— Майкл! — рявкнула родительница. — Акиму на ногу жгут живо!

Мирл сообразил быстрее брата и сделал то, что нужно, чтобы остановить кровопотерю у

племянника. А мама быстро просканировала нас четверых и кинулась ко мне.

— Не шевелись, родная, — попросила она дрожащим голосом. — Сейчас я уберу боль и остановлю

кровь.

— Чем помочь?! — спросил Мирл, наложив жгут.

— Позвони Тае, пусть пришлет спасателей. Нам нужно четверо носилок. У детей переломы, и

если их осторожно переложить на носилки, удастся избежать внутреннего кровотечения. Вадим,

не шевелись, прошу тебя! У тебя ребра сильно поломаны. Аня, ты в сознании? Майкл, проверь

её, но не шевели. У неё ребра внутрь сломались, не дай ей шевелиться. Меня может просто не

хватить. Так, Лили, я тебя стабилизировала, но тебе нельзя шевелиться. Я рядом, просто

займусь Аней.

— Угу, — сказала едва слышно.

У мамы по лбу скатилась капелька пота, когда она работала с сестрой. Рядом открылся портал,

и вышли медики. Остановили кровь Акиму, и нас стали максимально осторожно укладывать на

носилки.

— Эти живы? — указал коллега медведей на бандитов.

— Живы, падлы. Я так немного по голове долбанул, не сильно, поверь.

— Верю.

В больнице нас еще раз просканировали. Меня и Аню забрали на операцию. А братьев медведей

сразу в капсулы интенсивного восстановления отправили. Тая обняла мою маму и подбадривающе

сказала:

— Всё будет хорошо, ты сделала всё, что могла. Их прооперируют и через пару дней положат в

капсулы. А ещё через день опять будут бегать и скакать.

— Я понимаю, меня просто накрыло. Я слишком привыкла, что всё хорошо и спокойно. Никто на

моих крошек не нападает и не пытается их порезать на ингредиенты.

Это событие подпортило нам отдых с семьей. Но после того как нас выписали, нас сводили в

парк аттракционов. Нам пока рекомендовали не бегать и не прыгать. Потому мы покатались на

спокойных аттракционах. Но зато нам никто не запрещал обниматься и целоваться. Родители

смотрели на нас с умилением. А вскоре после выписки я поняла, что у меня началась линька.

Банально поточив когти на улице и потеревшись о плодовое дерево, я оставила на нём

внушительный клок своей шерсти. Сестра задумчиво посмотрела на меня и тоже потерлась о

другую часть дерева. У неё тоже линька. Мы мигом полетели в дом.

— Мама! — проорали на два голоса.

— Что случилось?! — испугалась родительница, едва не выронив молоко.

— У нас линька! — сказали мы в один голос.

— Фуф, я думала, что стряслось. Ничего страшного. Хорошо, что вы в школу пока не идёте!

Мама посмотрела на мальчишек.

— Хм, шуба у обоих густая. Рискнем здоровьем братьев, — на этом она коварно улыбнулась. —

Будут вас осторожно вычесывать сегодня. Если что, покусаете их немного, если будут плохо

себя вести и делать вам больно.

— За это мы их и так покусать можем.

Четыре хулигана смотрели на нас, ещё не понимая, что их ожидает за весёлую неделю. Аким с

Вадимом к нам на этой неделе не приходили в гости. У них тоже началась линька, и их всё

бесило, и всё чесалось и зудело.

Братьев мы с Аней всё же покусали, но не до крови, и так, чисто в воспитательных целях.

Тоня с Тиной помогали бережно вычесывать нас и смазывать зельем, когда принимали двуногий

вид. Кевин с Асей смотрели на нас с улыбкой. Старший брат, если вычесывал, то очень бережно.

Но четвёрка старших готовилась к поступлению в академию, а в свободное время гуляли.

Эту неделю мы как-то пережили. Зато потом медвежата пришли к нам в гости, и каждый из нас

похвастался новой шубой. Мы вчетвером обернулись, и каждая парочка мурчала-урчала, с

удовольствием обнюхивая свою пару.

— Милашки, — сказал Кевин, — Это пока взрослые не боятся вас оставлять наедине, — сказал

он, улыбаясь.

После больницы и пока была линька я не замечала, что взрослые снова начали нервничать. И

только спустя пару дней после конца линьки поняла, что свободно пойти погулять нам с сестрой

не разрешают. И пока старшие дома и не уехали, они за мелкими следят в оба.

— Кевин, а что случилось? Это из-за того, что на нас напали?

— Да.

Брат обнял нас обоих и усадил рядом с собой на диван.

— Ты же помнишь, что было тридцать лет назад?

Мы с Аней поскребли макушки.

— Кевин, они совсем мелкими были, — напомнила ему Аля.

— Вы помните, как вас похищали? — мы неуверенно кивнули.

— Нас опять хотели на ингредиенты разобрать, — испугалась Аня.

Аля обняла её покрепче, а мне — Кевин.

Пока мы были в больнице, Майкл спросил у Миры:

— Откуда эти гады вылезли?

— От соседей, — вздохнула кошечка. — Закончились тридцать лет спокойствия.

— Ты знала?!

— Я тридцать лет назад видела, что будет несколько десятилетий спокойно и хорошо. Но не

знала, когда конкретно закончится. Сейчас вижу их планы и нужно снова обновить наши защитные

артефакты. На границе починить ряд и заменить на более сильные защитные от незаконной

телепортации. Там рад подпортили и скоро попытаются убить одну пограничную заставу и

заменить их на своих людей. Думают, что мы этого не заметим.

— Позвоню-ка я Дмитрию, — сказал Дин и проследил взглядом за младшими внуками. — Детвора,

вас на речку одних никто не отпускал!

— Ну, деда!

— Не ныть! Потерпите, звонок сделаю и пойдём выкупаю вас, поросят чумазых.

Все поулыбались, потому что младшие котята успели извазюкаться в земле, пока ловили мышей

руками. Правитель был не в офисе и пришёл к ним с женой и охраной. Выслушав Миру, вздохнул.

— Я уже думал, он не сунется.

— Сунется лично в скором времени, — сказала кошечка. — Он за эти годы стал слишком

самоуверенным в своей безнаказанности. Но с защитой границы уже нужно что-то делать. Нападут

уже через пару часов.

— Разберётесь?! — спросил он у медведей. — Возьмите живыми, по возможности.

— Осталось на кого-то детей оставить, а то нас покусают, — сказал Мирл. — И брата из

больницы забрать.

— Никто их тут оставлять не будет, — сказал Тэйлин. — Лучше потом погуляют! — и крикнул: —