Бабочку запускал коллега Митчела.

— Вот и проверили девочку. Чего она только такая зашуганная?

— Не знаю. Но с этой оравой долго замкнутым не получиться быть. Они мертвого растормошат и

оживят, и заставят с ними играть. Как проверить, на сколько точно она видит?

— Только при индивидуальном общении. Но тут нужно с ее родителями общаться. Тебя сейчас на

мороженое будут раскручивать.

— А то я не знаю?! Я к этому уже привык и готов.

Детвора дружно ломанулась к мороженщику. Меня утащили с собой. Митчел заодно давал задание

посчитать, сколько всего нужно заплатить за лакомства одного вида. В задачки и я поиграла. И

порой отвечала быстрее старших ребят, чем очень их удивила.

— Лили, а тебе какое мороженое? – спросил Митчел.

— Не хочу, - сказала, насупившись, и ушла к качелям.

— Так-с, детвора, накормите девочку мороженным как-то.

Дети поступили по-детски. Они предложили откусить с рожка и попробовать, у кого вкуснее. Я

не почувствовала подвоха и осторожно попробовала лакомства. Мне понравилось, на удивление,

кисло-сладкое и сливочное, которое мама покупала. Мне отдали малиновое.

— Раз сливочное ты уже пробовала, еще распробуй получше малиновое, - прогнусавил

медвежонок, сын Митчела. – А я пойду за шоколадным, все-таки оно мне больше нравится.

— Точно? – спросила у него.

— Да. Хочу шоколадное.

Митчел потрепал сына по волосам и сказал так, чтобы слышал только он:

— Спасибо. Потом узнай, чего она отказывалась до этого.

— Так у нее денег нет, - сказал тихо мальчик. – Я слышал первоклашек. Они дразнят ее за то,

что у нее поношенная и не новая одежда. Они ее нищенкой обзывали вчера. Я подходил,

спрашивал, почему ее так назвали, а один из мальчишек сказал, что у нее только мама и нет

папы. Пап, разве так бывает. Ты же у меня есть.

— Бывает, сынок. Разное может случиться. Он мог погибнуть или не живет с ними.

— Не понимаю.

— Потом дома поговорим.

Ребенок, получив мороженное, пошел сел рядом со мной. И по-детски спросил прямо.

— А почему твой отец с вами не живет?

Детвора сразу уши навострила.

— Не знаю, - сказала честно – но бабушка на него сильно ругается.

Не стала развивать тему и говорить все, что слышала нелестное про отца с матерью. А Митчелу

этого ответа было более чем достаточно.

— А почему от вас такой сильный запах зверя, как от вашего отца?

— А мы уже оборачиваемся.

— Все?

— Почти, - сказал Глеб – Мы впятером еще не оборачиваемся, - намекая на себя и две пары

близнецов.

— Мама говорила, что оборачиваются в пятьдесят.

— Это средний возраст, - подсел к нам Митчел – Оборот, он очень индивидуальный. Вот эти две

наглые моськи обернулись невероятно рано! – показав на Мика и Кирилла – В восемь и десять

лет. Такие милые комки шерсти были.

Смотрю на ребят широко раскрытыми глазами. Мальчики быстро доели мороженное и обернулись.

— Ой, черненькие как моя мама!

Митчел застыл.

— Твоя мама батист?

— Угу. Интересно, какой я буду… Бабушка надеется, что как мама. А почему вы так рано

обернулись?

— Захотели!

— Здорово, - сказала с восторгом.

Мне даже дали потрогать обернувшихся. А мальчишки поластились немного по кошачьи и

потарахтели, и снова обернулись.

— Так-с, детвора, пора по домам. Проведем сначала Лили, она из вас всех самая маленькая.

Тебе, кстати, сколько малышка?

— Пятнадцать. А вы впятером в одном классе? – спросила у Геба, Акима, Вадима, Давида и Маи.

— Да, мы уже пять лет учимся. Я пошел в шестнадцать, а близнецы, как и ты, в пятнадцать,

нас вместе отдали. Чтобы нам не было скучно или чтобы и учителям не было скучно.

— А что вы учите? — спросила, пока мы шли к своему транспорту.

Мне коротко рассказали. А Мик обрадовал.

— Я с братом перевелся с первого класса, перескочив сразу несколько. Потому что в первом

слишком скучно, и я все знал.

— А как? Я тоже так хочу!

Митчел улыбнулся, видя, что я уже оттаиваю.

— Нужно куратору сказать, он подготовит задания и сможет определить, в какой класс тебе

лучше перейти. Но сильно перескочить не дадут. Максиму тебя к этим пятерым переведут. Просто

ты маленькая еще.

— С вами будет лучше, чем в моем классе. Со мной никто не хочет общаться и дразнятся.

Меня довели домой, и только возле него Митчел спросил:

— А дома есть кто-то?

— Нет, мама сегодня в суточной смене в больнице. А Ким и Тинар часа через три-четыре

придут. Это если на работе не задержаться. Но я уже давно привыкла, мне не страшно. Главное,

бабушки дома нет.

— До завтра! – попрощались со мной дети, и Митчел увел их порталом к следующему дому.

Дома его спросил отец:

— Что удалось узнать по девочке? Как она себя вела?

— Забитая. Но наша банда ее расшевелила.

Митчел поймал старшего сына.

— Вот этот герой смог скормить ей свое мороженное. Прямо мороженное не взяла, только через

предложение определить, какое вкуснее. И эта малышка мне кое-кого очень напоминает. Угадай

кого?

— Кого?

— Миру!

— Да ладно?! – воскликнула девушка из-за обеденного стола – И в чем же?

— Маленькая и очень умная кнопка. Тихон приходил, запускал бабочек. Она увидела ее,

застыла, как вкопанная. Потом твои братья Мира объяснили ей коротко про дар видеть магию.

Кажется, она видела и не понимала. И вообще, можно же было Миру попросить посмотреть

девочку.

— Вот наглеж, обленились.

Медведи покатились со смеху.

— Мира, ну расскажи?

Девушка на мгновение прикрыла глаза.

— Нельзя. Вы дров наломаете. Хотите информацию? По старинке. Так получите очень дозировано

и не успеете глупостей наделать. А если сейчас вам вывалю кто-то психанет и наделает

глупостей, девочка замкнется и не сможет доверять окружающим.

— А если по старинке добываем инфу, то она не замкнется?

— Если не будете дурить, то дети вам больше расскажут. Вон моськи любопытные сидят. Тем

более, Лили хочет перейти в их класс. Пусть просто чаще с ней общаются.

А я дома поставила готовиться мужчинам ужин. А себе погрела то, что осталось с завтрака.

Мужчины заботливо переложили мне на тарелку, чтобы я могла сразу поесть. После обеда сделала

уроки и занялась уборкой. Перед этим вспомнила про стирку и сразу ее запустила.

— Ой, хозяюшка, какая! А как вкусно пахнет! – это Тинар пришел – Лили, я тебе фруктов

купил.

— Спасибо!

Убрала ведро со шваброй. И пошла переложила белье в сушилку.

— Спасибо, малышка. Как бы мы без тебя справлялись, не знаю. Порой просто забывали про

стирку. Так пока чистого не останется совсем.

— Мне не сложно, - улыбнулась, похвалу очень приятно слышать.

— Где мама?

— У нее сутки. Попросили кого-то заменить, она согласилась. Будет завтра вечером.

Поужинала уже вместе с мужчинами. Потом сразу ушла разобрала сушку и забрала свои вещи. Их

по традиции оставила стопочками в прачечной. Посмотрела на время, уже и спать пора. Сложила

только себе на следующий день рюкзак и подготовила вещи. А потом забралась на свой матрас.

Порой посещали меня мысли, хорошо бы мне кровать. Но у мамы денег на новую одежду нет, не

то что на кровать. Да и привыкла я уже так спать. Вспомнила, что ребята говорили про оборот.

Мне самой начало хотеться обернуться. Но сон сморил быстрее, чем я додумала эту мысль. Утром

закинула планшет в рюкзак и пошла ставить завтрак в духовку для нас троих, с небольшим

запасом, себе на обед.

— Доброе утро, кнопка. У тебя такой голосистый будильник. Может, тебе какую детскую мелодию

поставить? – сказал Тинар.

— Была, я ее не слышу, - призналась честно.

— Ладно, хотя не спорю, нам с тобой вставать в одно время. Может, с собой хоть фрукты в