Выглядишь не очень.

— Суточное дежурство в больнице со сложными пациентами выжимает досуха.

— Мама, тебе дали выходные?

— Да, сутки, даже чуть больше. Завтра я дома, а потом снова на работу, обычное дежурство.

Я не хотела слазить с маминых коленок и сидела, обняв её крепко.

— Мне со школы звонили. Ты как, родная?

— Нормально. А что тебе сказали?

— Что тебя обижают.

— Угу. Я попросила перевестись в класс постарше. Мне будут присылать задания.

Мама молча поцеловала меня в макушку и погладила по спине.

— Пошли ещё кататься, — подошёл Дима.

Мама поставила меня на ноги, пригладила растрёпанные волосы и отпустила гулять. Я каталась

и гуляла ещё полчаса. Мама тем временем купила себе сливочное мороженое и старалась не

уснуть на лавочке.

— Мы вас проведём, — сказал Митчел, — а то ты спишь уже.

Мама только с благодарностью кивнула.

— Детвора, идём домой! — позвал Тим детей.

К нему сразу прискакали его близнецы. Набравшись смелости, я спросила:

— А почему у Майи волосы другого цвета?

— Она на маму похожа. У неё мама тоже медведица, только белая.

Я просто кивнула и пошла за велосипедом. Нас провели домой большой компанией. Дома я сразу

кинулась греть маме обед, потому что её уже сильно шатало. Плотно её накормила и отвела

спать. А я вернулась на кухню и поела то, что осталось. Достала заготовки на ужин и

запихнула их в духовку.

Вечером пришли задания от куратора. Я сразу начала разбираться с ними. Он писал, чтобы я

выполняла их в отдельной тетради. Сразу села за учебу. Когда пришли наши жильцы, убрала

домашку и пошла проверить маму. Она крепко спала, и я решила её не будить.

— Как мама? — спросил Ким.

— Очень устала, уже спит. Оставим ей её порцию. Поможете мне овощи почистить?

— Запросто, малышка. Как школа?

Я поморщилась, не хотелось рассказывать. Но решила спросить про магическое видение.

— А как понять, на сколько слоёв магии я вижу?

— Я создам магическое... эм, нечто. Это будет не заклинание, а набор слоёв. Я буду знать,

сколько их, а ты просто посмотришь и посчитаешь. И можешь даже нарисовать. Это будет гораздо

лучше. Как ты поняла, что видишь?

— Я всё время видела, просто бабушке не говорила. А потом вы бабочек создавали. И в парке

нам кто-то создал. Я узнала, что мои друзья тоже видят. Вы тоже?

— Нет, — сказал Тинар. — Не так, как видящие. Если поднапрягусь или, точнее, сосредоточусь

и перейду на это самое магическое видение. А у тебя оно гораздо проще, ты просто видишь.

— А я вижу, но только первые пару слоёв. У мамы не спрашивала, она видит?

— Не спрашивала.

— Так что там в школе?

— Спросила, как перейти в класс постарше. Мне прислали задания, которые нужно сделать,

потом ещё пришлют.

— А одноклассники не обижают? — спросил Тинар, выжидающе глядя на меня.

— Обижают. Забрали персики и выкинули в туалете у мальчиков. Потом чуть не побили всем

классом. Но пришёл директор и стал их ругать. Не знаю, правда ли, всех их родителей вызвали.

— Почему побить хотели, не сказали? — тихо спросил Ким.

— Я им не нравлюсь. Придирки очень странные и глупые. На их фоне я заморыш или дистрофик.

— Хм, точно, ты же гораздо меньше и мельче остальных. Куратор заступается?

— Да. Они же это перерастут?

— Да, но долго ждать придётся. Возможно, поможет, если родители с ними поговорят. Так, я

сейчас создам магическую фигуру, а ты посчитаешь и порисуешь.

Я сбегала за планшетом, рисовать я училась на нём. Мне создали большой кубик, а внутри ещё

много разных фигур, вложенных друг в друга.

— А как ты это сделал, если не видишь?

— Воображение хорошее, — улыбнулся Тинар.

Я минут пятнадцать сидела, пыхтела над рисунком. Ребята молча переглядывались. В конце меня

погладили по голове и подхватили на руки.

— Ты сейчас уснёшь просто сидя за столом. Видишь ты очень много. Позже можно попросить

кого-то из взрослых видящих протестировать тебя.

Зайдя в мою комнату, мужчины повздыхали, но опустили меня на пол. Я выставила их за дверь,

переоделась в ночнушку и сразу легла спать. А утром едва не проспала, несмотря на будильник,

который орал на первом этаже и перебудил всех в доме. Первой встала мама. Она сбегала на

первый этаж, выключила будильник, поставила готовиться завтрак и пошла поднимать меня.

Благодаря ей я отскребла себя от матраса. Она поставила меня в ванной и помогла быстро

выкупаться и высушиться.

— Ты вчера чем занималась?

— Слои считала.

— Какие слои?!

— Магические. А ты тоже магию видишь?

— Пару слоёв, не больше, — она улыбнулась. — Но у меня просто предрасположенность к

целительству. Именно целитель, не врач.

Потом улыбка исчезла с её лица, и она тихо сказала:

— Эта больница вытягивает из меня все силы. Но ничего, уже большую часть отработала,

осталось немного, и я обязательно перейду в другую. Мне уже говорили, где меня с

удовольствием примут. Надеюсь, всё получится. Осталось дожить.

Мама сегодня даже провела меня до школы и поцеловала в макушку на прощание. А после школы

она меня встречала. Рядом с ней стояли дедушка с бабушкой, так Мик сказал.

— Ну точнее, они мои прабабушка и прадедушка! Правда круто?

— Да.

Я подбежала к маме, и она, присев, обняла меня.

— О, здравствуйте! — сказал подошедший Митчел родным Мика. — Вы сегодня тоже малышей

выгуливаете?

— Мы скорее себя выгуливаем, кости разминаем. Вас в парк проводим, и я ещё к внуку пойду,

помогу плохишей расколоть. А то Дин скоро задымится, — сказал прадед Мика.

— Мой папа коп, — важно сказал Микаэль, — он главный в участке.

Сегодня я была без велосипеда, и Микаэль крепко держал меня за руку. Он даже рассказывал,

как правильно переходить дорогу. Я только улыбалась. Он забавный мальчик. Мама сегодня так

вкусно пахла булочками. В парке она отломила мне небольшой кусочек от булочки и скормила.

— Я дома готовила, — тихо сказала она. — Взяла тебе одну.

— Спасибо.

Проглотив лакомство, я убежала гулять с детьми возле качелей. Прадедушка Мика расспросил

маму, где она работает, и кажется, вообще про всё.

— М-да, даже не помогу, прости. Они тебя по всем правилам отправили отрабатывать. Можно бы

попробовать, чтобы из другой больницы пришёл запрос именно на тебя. Но они его легко

отклонят. Да, тут только терпеть. И если будут твои права нарушать, то только тогда

жаловаться.

— О, они мастерски умеют всё делать по правилам, но так, что хочется выть, — пожаловалась

мама. — Уж не знаю, кому я так не угодила, что меня в такую дыру отправили.

— Может, во время учёбы?

Мама задумалась, что-то вспомнила. Митчел и родные Мика ощутили её мимолётный гнев и как

быстро она его погасила. Потому что я подбежала к ней. Она ласково меня обняла и дала ещё

булку куснуть. Я постояла рядом, поела и снова убежала.

— Что вспомнила? — спросил Митчел.

— Был один момент. Я кое-кому накостыляла за поползновения в мою сторону.

— Кому?

— Да, так, — мама передёрнула плечами, — сынку одного из врачей. Он решил, раз есть ребёнок

и нет мужа, то я гулящая. Чудом ушёл с целым хозяйством. Но он тогда обмолвился, что в дыре

буду работать. Ничего, отработаю.

Вскоре прадедушка с прабабушкой Мика ушли по своим делам, а мы ещё гуляли. Я после

очередного поедания булки, убегая, споткнулась и шлёпнулась на асфальте. Сама очень

удивилась, что лежу. Поднялась и побежала дальше. Старшие сестрички-близняшки Мика

посмотрели на мои ладошки и отвели к маме.

— Лили поранилась, — сказала Ася моей маме.

Мама обняла меня, погладила воздух над руками, и ранки мигом исчезли.

— Ой, здорово-то как! — сказали близняшки в один голос.