Всё же добрались. Я подвязал их к деревьям.

— Маргл, запомни место, довезёшь до поезда, вернёшься.

Я разбросал морковь и яблоки из сумки, и конь заржал, призывая меня быстрее выполнить задание. Больно уж хотел на свободу.

Мы снова пустились вскачь. Я догнал хвост поезда. Прыгнул на ступеньку и ухватился. Меня не заметили. Маргл тут же развернулся и дал дёру обратно.

Я сдержал слово.

Слияние 74%.

О как! Что ж, учтём.

До ушей донёсся спор команды. Видимо, динамит неплохо так сыграл. Охранники тушили пожар в салоне, и пока не выбрались наружу, чтобы навалять группе братца. Они стояли у перил возле сцепки.

— Берём ящик из вагона и уходим, — быстро увещевал кто-то. Наверняка, Майк. — Там каньон. Даже если будет погоня, мы уйдём. Мы и так перевыполнили задание. С нас взятки гладки. Никто и не рассчитывал, что мы запрыгнем на поезд. Нас просили только оттянуть внимание. Заставить охранников потратить боезапас.

Грохнул револьвер.

— Что ты… — растерянно протянул тот же голос. Я выглянул. Майк с дырой в груди неверяще смотрел на Пашку.

— В этот раз не прокатит, Тони. Или лучше звать тебя, Майк? — ухмыльнулся брат и пустил ещё одну пулю в голову. Успел подскочить и вырвать пистолет из кобуры падающего с поезда врага.

— Какого чёрта ты творишь? — капитан команды наставил на него револьвер. Остальные растерялись.

Мой выход.

— Эй, ребят, — окликнул я их, наставив два пистолета к двум затылкам. — Не дёргайтесь.

Шесть человек. Брат, капитан, азиат, здоровяк и две девчонки.

— Я всё объясню, — сказал Паша. — Я так же попался, — посмотрел он на главного и начал торопливо рассказывать. Остальные переглядывались и на словах «подговаривал команду» стыдливо отводили глаза.

— Чем докажешь? — неуверенно протянул главный.

— А ты глаза его не видел, когда я назвал его имя? — усмехнулся Пашка.

— Хорош трепаться, — заявил я. — Мы в заднице, господа и дамы. И сможем вырулить из неё только вместе. Дым угас. У охраны наверняка был с собой динамит, и они до жути перепугались, что всё рванёт, занимались тушением, только потому ещё не полезли к нам. Майк не врал, вы выполнили перчаточную задачу?

— В полном объёме, — тут же подобрался капитан. — Я Ворон.

— Ральф.

— И какой план? — спросил азиат с луком и двумя метательными ножами на поясе.

Ворон растерянно оглядел команду.

— Есть несколько вариантов, — подхватил Пашка. — Либо действуем все вместе, либо мы с Ральфом уходим, а вы сами по себе. И не забывайте, помимо охраны впереди ещё засада Майка. Да и клан будет не в восторге, если мы просрём позицию, и им придётся заново захватывать поезд.

— Есть реальный шанс всем доказать, что вы не просто расходники, а ребята с яйцами, — добавил я. Девчонки на этом моменте вопросительно подняли брови. Ну да, красноречие не мой конёк, чего уж.

Я услышал, как открывается люк на крышу.

У всех, кроме азиата, были дешёвые ржавые винтовки и такие же ужасные пистолеты.

— Захватим поезд! — сказал Ворон.

— Я с вами! — кивнул лучник.

— Я пас, — покачал головой здоровяк с огромной башкой. — Если есть шанс сохранить персонажа, я им воспользуюсь. Думаю, тут никто их из воздуха не берёт.

— Мы с вами, — переглянулись две девчонки, одетые как сёстры.

По крыше уже топались, и когда над нами показался силуэт, шесть стволов дали дружный выстрел, и тело рухнуло на сцепку, заливая кровью рельсы.

— Ружьё! — схватился за голову я. Оно выпало из рук черномундирного охранника и было изувечено колёсами поезда.

— Все наверх! — скомандовал Ворон.

Все, исключая большеголового, полезли на крышу. Он же примерялся, чтобы спрыгнуть, всё же поймал момент, покатился по песку. Поднялся, сверкая улыбкой, а потом по нему начали стрелять из окон. Фонтанчики земли вспухли у ног, а затем тело задёргалось. Улыбка обернулась маской ужаса. Он упал, заливая голодную до крови сухую землю.

— Идиот, — хором выдали девчонки за спиной.

— Вы сёстры, что ли? — спросил я.

— Персонажи сёстры. Мы — нет. Если не сестрить, то слияние падает.

Гхм. Сестрить. Интересный термин.

Очередной охранник попробовал высунуться, но тут же нырнул обратно с дыркой в башке. Сколько их там ещё? И как нам взять штурмом вагон?

— Долго будем тут их караулить? — спросили девчонки.

— Долго нельзя, — нахмурился Ворон, скоро активируется вторая фаза обороны поезда и против нас обычные пассажиры из других вагонов ополчатся. А уж если там есть игроки…

— Тогда поторопимся. Двое свешиваются с крыши и стреляют с разных сторон в окна, — сказал Пашка. — Остальные запрыгивают в люк.

— Погоди, — остановил его я. — Огненные стрелы есть? — уставился на лучника.

— Нет. Зачем? Самые простые взял.

— Скидываемся по три патрона, раскручиваем, высыпаем сюда, — я сорвал платок, который был повязан у брата на шее.

Все сразу догадались и начали быстро выполнять требуемое. Мешочек с порохом и пулями завернули и подвязали к стреле. Воткнули в него на всякий случай два запасных фитиля и подожгли. Лучник закинул стрелу в люк.

Я в этот момент перегнулся через борт, Пашка держал за ремень. Я вытянул обе руки и принялся палить вслепую с двух револьверов. То же самое должны делать близняшки с другого края. Внутри громыхнуло. Снова занялся пожар.

И в этот момент капитан с лучником запрыгнули в люк. Братец выдернул меня, и я заскочил следом. Стояла дымина. Ничего толком не было видно. Кто-то стрелял. Дышать было нечем. Под ногами хрустели осколки. Нож скользнул в руку.

Я столкнулся с чёрным кителем. Охранник! Он начал разворачиваться. Два быстрых удара в спину, прямо под лопатку. Окрик слева. Развернуться, придерживая, оседающее тело за ворот. Грохнули четыре выстрела, живой щит содрогается в руках. Сухие щелчки в револьвере второго охранника.

Его оружие блестело. Дорогая рукоятка. Гравировка. Но всё это было сейчас бесполезным. Я отпустил ворот, погибший скатился к ногам. Я переступил тело. Противник даже сквозь дым увидел сверкнувшее лезвие. Замахнулся револьвером, но я выставил левое предплечье и ударил правой, всаживая нож в живот, провернул и выдернул, отталкивая охранника.

Он пьяно развернулся на слабеющих ногах и ударился лицом о стену, начал скатываться, оставляя размазанный багровый след.

Плечо обожгло. Короткий взгляд. Царапина. Пуля вспорола плоть по касательной, только и всего.

Я упал на пол, и новый выстрел чёрного кителя не достиг цели. А в следующий миг в его груди нашли покой два ножа. Лучник подбежал и вырвал своё оружие. Я благодарно кивнул. Дым постепенно вытягивало, я огляделся.

Раненые охранники ещё ползали по полу, но Ворон ходил и добивал их выстрелами в затылок.

Пашка сидел у стены, зажав рукой пулевое ранение на плече. Кровь сочилась из-под пальцев. Сёстры помогали друг другу. Азиат подошёл, лицо было разбито, из ноги торчал нож. Подтянулся закончивший грязную работу Ворон.

Он распахнул плащ и достал из-под рубахи испещрённую кратерами от пуль деформированную стальную пластину и бросил её на пол. Сквозь пошедшую лохмотьями рубаху видно, что по груди и животу расплывались гематомы.

— Налегке, да? — болезненно усмехнулся Пашка.

Я подсел и начал оказывать ему первую помощь. Как и в прошлый раз, Ральф был впечатлён, и слияние подскочило до семидесяти шести.

— Здесь одного только оружия на несколько тысяч, — сказал азиат.

— А ещё добро в ящиках, — заметил Пашка.

— Но остаётся вопрос репутации, — добавил я гирю на весы рассуждений.

Тут по корпусу вагона ударил выстрел. Все сразу пригнулись. Кто-то бил из дальнобойной винтовки, а потом мы увидели свору всадников. Ещё парочка была на мотоциклах и даже на одной машине.

— Твою мать, кто это? — заорал я.

— Перцовки. Клан-конкурент того, чей заказ мы тянем, — сразу пояснил Ворон.

— Репутация или деньги? — спросил я, оглядывая всех. Пятёрка новичков против боевой группы клана. Это будоражило. Меня захватывал лихой азарт. — Репутация или деньги⁈ — заорал я, требовательно глядя в лицо каждого, кроме Пашки. Его мнение я знал. Мы ведь братья.