Когда я вошла в свой магазин, я заметила две вещи. Во-первых, здесь было действительно чисто. Чище, чем я когда-либо его содержала. Во-вторых, мой отец стоял ко мне спиной, опершись предплечьями на стойку и, очевидно, разговаривая с кем-то, кого я не могла разглядеть за его большой фигурой. Однако он не потрудился поздороваться со мной, просто продолжал заниматься своими делами. Отличные навыки обслуживания клиентов.

Я скользнула вправо и встала за книжным шкафом, чтобы подсмотреть, чем он занимается. Его глубокий голос коснулся моих ушей.

«Ты хочешь немного осветлить тон здесь, легкими штрихами. Легко переборщить, но терпение окупается. Вот, так гораздо лучше. Посмотри на себя, ты такой талантливый», — похвалил он того, с кем разговаривал, и звучал так гордо. Мое сердце сжалось, когда я снова подумала о том, каким бы он был со мной, когда я была ребенком. Все указывало на то, что он был чертовски хорош.

«Спасибо, Бородач. Иногда я просто так волнуюсь, потому что картинки в моей голове мелькают так быстро, что я не хочу ничего упустить. Я пыталась делать эти глубокие вдохи, как ты сказал, и считать до десяти. Сначала это звучало глупо, но сработало!» — взвизгнула Энни от счастья, и у меня отвисла челюсть, когда он отодвинулся, открывая Энни и Миранду, сидящих рядом на паре барных стульев, с художественными принадлежностями, разбросанными по стойке.

Хол заливисто рассмеялся, а Миранда отчитала Энни за то, что она слишком прямолинейна. Он отмахнулся от нее с улыбкой, и мои глаза чуть не вылезли из орбит, когда я увидела, что моя лучшая подруга покраснела и отвела взгляд. Так вот почему он так стремился брать смены здесь. Я солгу, если скажу, что не испытывала прилив смешанных эмоций, и, как женщина двадцати восьми лет, признать, что ревность была одной из них, было нелегкой пилюлей. Но, думаю, я немного ревновала.

Это, наверное, делало меня полной мудачкой. Черт. Я имею в виду, Хол заслуживал иметь жизнь. По большей части, я была постоянно занята шестью парнями, и было трудно выкроить время, чтобы побыть наедине. Нет, я не буду эгоистичной по поводу его друзей.

Я намеренно наступила на скрипучую половицу, чтобы не напугать их, когда покажусь, но Миранда все равно побледнела и выронила карандаш из рук.

«Сейдж, привет. Я не видела, как ты вошла», — сказала она, улыбаясь мне, но не совсем встречаясь глазами. Она знала, что я знаю, что здесь происходит.

«Ура! Сейдж!» — Энни спрыгнула со стула и бросилась в мои объятия.

«Привет, Энни, я скучала по тебе», — сказала я ей, крепко обнимая, пока она не захихикала.

«Мэйвен здесь?» — взволнованно спросила она, заглядывая мне за спину в поисках ворчливого лиса.

«Нет, не сегодня. Он дома, набирается красоты». Я подмигнула ей, и она серьезно кивнула.

«Мама говорит, что красота — одна из самых важных вещей в жизни. Поэтому я даю ей поспать по субботам. Теперь, когда мне восемь, я могу сама готовить себе хлопья по утрам», — сказала она мне, хвастаясь этим новым достижением.

«Твоей маме повезло иметь такую умную и заботливую дочь», — сказала я, взглянув на Миранду, которая наблюдала за нашим взаимодействием с мягкой улыбкой. Я рискнула взглянуть на Хола, и он смотрел на Миранду с тем же выражением. О, Господи.

«Итак, чем вы занимаетесь?» — я запрыгнула на пустой стул, и Хол принес мне холодную диетическую докторскую пепси. Черт, он был хорош.

«Ну, твоя подруга заходила в магазин несколько дней назад. Мы разговорились о мисс Энни и ее навыках рисования. Я тоже немного художник, я, кажется, не говорил тебе этого...» — его глаза немного расширились от паники, вероятно, гадая, не обижусь ли я. Я не обиделась, это просто подтвердило тот факт, что мне и моему отцу нужно больше времени вместе. Я хотела узнать его.

«Жаль, что это не передалось мне, я не умею рисовать, чтобы спасти свою жизнь», — усмехнулась я, и плечи Хола опустились, напряжение покинуло его, когда он понял, что я не расстроена.

«Я предложил помочь ей отточить навыки. Оказывается, Энни рисует то, что видит в своем сознании», — объяснил Хол.

«Это правда! Разве это не круто, Сейдж? Помнишь, я нарисовала тебе картинку у озера? Я тоже это видела». Энни подпрыгивала на стуле, продолжая рисовать в своем блокноте.

«Я помню. Это был отличный рисунок, дорогая. Спасибо», — сказала я, и эмоции сделали мой голос более густым, чем обычно. Она нарисовала горящую пентаграмму. Ночь, когда Фишер был убит, а моих мужчин похитили.

«Эй, Энни, как насчет того, чтобы посидеть с Холом несколько минут, пока я поговорю с Сейдж?» — Миранда встала, и Хол кивнул, давая понять, что он справится. Они оба смеялись, когда мы пошли в комнату для таро.

Она буквально плюхнулась в кресло и глубоко выдохнула.

«В чем дело?» — спросила я, и слова Кая закружились в моей голове о том, что он обнаружил во время своего пребывания у Азраэля. Мне нужно было сначала рассказать Холу и посмотреть, что он думает. Казалось жестоким взваливать больше на плечи Миранды, когда еще не было угрозы. К тому же, Хол знал больше об этом, поэтому я действительно хотела поговорить с ним первым. Возможно, мы могли бы попросить еще несколько агентов "Радикал" наблюдать за их домом...

«Я не планировала этого. Ты должна мне верить. Он бесит меня большую часть времени. Но он чертовски мил с Энни. Ты видела их? Он мог бы вырвать мое сердце из груди голыми руками, Сейдж!» — прошептала-закричала Миранда, и я улыбнулась. Я видела. Это было... драгоценно.

«Я знаю. Я видела...» — я замолчала, и Миранда прочитала меня идеально.

«Боги, детка. Мне жаль. Наверное, тебе было трудно это видеть. Черт, я худшая подруга». Она тараторила быстро, и я подняла руку.

«Нет, я имею в виду... Да, это вызвало некоторые эмоции, но он отличный мужчина, и он должен иметь жизнь. Хотя странно... Ты и мой отец?» — я поморщилась, и она рассмеялась.

«Ничего такого не было. Видеть его с Энни переключило что-то в моем мозгу, и мне кажется, что я смотрю на него с влюбленными глазами. Он, вероятно, даже не заинтересован... Такова была бы моя удача». Она откинулась назад и застонала. У моей подруги действительно была плохая полоса с мужчинами.

«Ну, я должна быть честной. Ты смотришь на него с влюбленными глазами», — рассмеялась я, и она показала мне средний палец. «Но я заметила, что он тоже так смотрит на тебя».

«Правда?» — просияла она, и я кивнула. «О боги, он твой отец. Это так странно. Да? Это совершенно странно...»

«Было бы страннее, если бы он меня воспитал, я могу гарантировать это», — заверила я ее, и мы обе вздохнули. «Я рада, что ты рассказала мне», — призналась я. Я не думала, что Хол рассказал бы, или, по крайней мере... не раньше, чем ему пришлось бы. Я видела, что он ходит на цыпочках, когда дело касалось наших отношений. Он так старался. Мне нужно было снять с него эту ношу, о которой он даже не подозревал.

«Нам с Энни нужно идти, мы идем к моим родителям на ужин. Но напиши мне позже, хорошо? Ты уверена, что у нас все в порядке?» — Миранда встала и обняла меня.

«Да. У нас все в порядке, девочка. Я рада за тебя. Должно быть, облегчение иметь кого-то с магическими способностями, кто может помочь Энни разобраться с ее силами. Она действительно особенная».

Черт, нам нужно немедленно организовать для них охрану.

Я проводила Миранду до входа, и Энни уже убирала свои художественные принадлежности. Хол обслуживал покупателя на противоположном конце барной стойки.

«Давай, мисс. Нам нужно ехать к бабушке и дедушке. Сегодня вечер спагетти», — сказала Миранда, помогая Энни убрать все в рюкзак.

«Боги, я люблю спагетти. Извини, Сейдж. Нам нужно идти», — воскликнула она, быстро обняв меня и направившись к двери. Я усмехнулась и проводила Миранду до двери. Покупатель ушел, и Хол сосредоточился на нас троих.

«Куда вы, красивые девушки, направляетесь?» — спросил он, поднимая бровь.

«Мы с мамой идем на ужин со спагетти к бабушке и дедушке. Может быть, ты сможешь прийти в следующий раз, Бородач!» — улыбнулась Энни, и я рассмеялась, когда он побелел, как призрак. Его рот комично открывался и закрывался.