«Успокойся, извращенец», — усмехнулся Багира. Я бы попытался, но не давал обещаний.

Я сидел на кровати Сейдж с телефоном в руке. Черт, я нервничал. Фото профиля Хантера смотрело на меня, и я все еще был в полном неверии, что мой брат жив. Теперь мне просто нужно было набраться смелости, чтобы позвонить ему. Прошло так много времени. Что, если он ненавидит меня? Винит меня в смерти наших матерей так же, как я виню себя?

Парни все еще были снаружи, и Слоану пока удалось создать маленького дракона с помощью своей огненной магии. Он не был достаточно счастлив с этим, но это все равно было чертовски круто. Он и Фишер начали болтать в стороне от моего ливня и шторма, и я знал, что им нужно время вместе, чтобы разобраться в своих собственных проблемах. Это было идеальное время, чтобы исчезнуть на некоторое время и сделать то, что нужно было сделать.

Я затаил дыхание, и моя рука дрожала, когда я нажал на маленький значок телефона в правом верхнем углу. Просто сделай это. Он может даже не ответить. Я нажал вызов, и мой желудок затрепетал и закрутился. Звонок длился целую вечность, и я знал, что он не ответит. Вздохнув, я уже собирался завершить вызов, когда он соединился.

«Алло?» — раздался глубокий голос. Его голос был таким же глубоким, как и мой, но не было сомнений, что это был голос моего брата. Шок от того, что я услышал его, заставил меня сделать слишком долгую паузу. «Кто-нибудь там?»

«Хантер», — сказал я тихо, и, несмотря на это, мой голос все равно дрогнул.

Тишина, последовавшая за этим, была оглушительной. Слезы защипали мои глаза, и я закусил кулак, чтобы не дать рыданию вырваться наружу.

«Кам?» — Голос Хантера нарушил тишину, и вместе с ним моя сдержанность, чтобы сдерживать слезы.

«Луной, я не могу — я не могу поверить...» — я споткнулся на словах, находя все более трудным говорить связно, будучи бомбардируемым такими сильными эмоциями. Облегчение, которое я почувствовал, было ошеломляющим, когда я поднял глаза и молча поблагодарил звезды за такой дар.

«Это что, шутка какая-то?» — спросил Хантер.

«Что? Нет. Что — что ты имеешь в виду?»

«Мой брат, Кэмерон, умер десять лет назад. Так кто ты и почему ты звучишь как он?»

Они сказали ему, что я мертв. Конечно.

«Это не шутка, Хант. Это я. Клянусь. Вот, позвони по видео». Я нажал кнопку, чтобы переключить вызов на видео, и вытер глаза, как раз когда экран вспыхнул, и лицо моего брата появилось в кадре.

«Господи. Что. За. Херня? Что происходит? Как это...» — Хантер быстро моргнул, пока мы смотрели друг на друга через телефон. «Я думаю, меня сейчас вырвет».

Экран внезапно показал потолок, и я услышал характерные звуки того, как Хантер блюет, и бормотания «о боги».

«Ты в порядке? Хантер?»

«Секунду».

Видео наклонилось, и затем Хантер вернулся, выглядя намного бледнее, и сделал несколько глотков воды.

«Кам, как это возможно? Я думал, ты мертв. Десять лет, десять гребаных лет...» — боль наполнила его голос, и это заставило меня хотеть выследить Азраэля и свернуть ему шею.

«Я тоже думал, что ты мертв. Я только что узнал правду... Это долгая история. Слушай, мне нужно, чтобы ты знал, что я никогда, никогда не ушел бы от тебя, если бы знал, что ты жив. Черт, я оплакивал вас всех каждый гребаный день с той ночи. Ты всегда был со мной, здесь». Я постучал кулаком по груди над сердцем.

«Где ты? Я еду к тебе. Не двигайся». Видео снова переключилось на потолок, и я услышал шорох, открывающиеся и закрывающиеся ящики.

«Что ты делаешь?»

«Собираю сумку. Мне нужно увидеть тебя, Кам. Черт возьми. Ты жив. Жив. Ты жив», — повторял он, как в трансе или, скорее, в шоке.

«Я в Изумрудных Озерах. Это крошечный городок. Скажи мне, где ты, и я скажу, как добраться».

«Я в "Парусах". Здесь по работе, но только что закончил обучать новый класс, так что я свободен. Даже если бы нет, ничто не могло бы меня остановить».

«Это примерно в десяти часах от меня. Ты поедешь или полетишь?» — спросил я, желая увидеть его как можно скорее. Мне нужно было увидеть его своими глазами, почувствовать его руки в объятиях, чтобы действительно поверить, что это происходит. Я мог бы попросить Хола или Брама привезти его, но понятия не имел, в чем его промыли за эти годы, и не хотел рисковать. Много ведьм и магов были крайне предвзяты к демонам в целом. Я имею в виду, я знал, что мы сами были такими.

Телефон двинулся, и затем его лицо снова появилось. «Я еду к машине. Буду рано утром».

По моему лицу расползлась огромная улыбка, и Хантер отразил ее. «Черт. Я не могу дождаться, чтобы увидеть тебя, брат. Мой брат», — вздохнул я. «О, не говори никому, куда ты едешь. Как я сказал, эта история сложная, и просто поверь мне. Не говори ни душе».

Хантер кивнул. «Очевидно. Кто-то нас наколол. Я не дам им еще один шанс». Через несколько мгновений хлопнула дверь, и Хантер скользнул на водительское сиденье. «Я сообщу о времени прибытия, когда буду ближе. Я уже в пути, старший брат. Боги, я мечтал об этом миллион раз. Чтобы ты вернулся. И ты здесь... Я не могу дождаться, чтобы, блядь, увидеть тебя».

«Приезжай, чувак. Будь осторожен. Держи меня в курсе. Я люблю тебя».

«Я тоже тебя люблю, СиДжей». Затем вызов завершился, и я схватил подушку, крича в нее. Крича о всех потерянных годах, о всей жизни, которую мы прожили друг без друга. А затем я заплакал. Я плакал, потому что был так чертовски благодарен, что у нас были годы, чтобы потерять. Что у каждого из нас была жизнь, даже если она была отдельной. Это означало, что мы оба дышали. И это было все.

Наступила ночь, и я рассказал всем. Все были взвинчены от нервной энергии из-за прибытия Хантера. Парни были так же взволнованы, как и я. Они знали Ханта с тех пор, как он был младенцем, и его смерть тяжело ударила по всем нам. Ну, Брам тогда не был рядом, но он знал о моем прошлом. Я признался ему однажды ночью, когда он был «Джонни», нашим куратором — мы напились в пабе, и все вышло наружу. Несмотря на то, что он не знал Хантера, он был рад за меня.

Моя маленькая ведьма предложила устроить игровой вечер, и я думаю, мы все так устали от драм и кажущейся постоянной опасности в последнее время, что идея расслабиться и повеселиться была именно тем, что нам всем было нужно. Так мы все и оказались в гостиной, играла музыка, лилось пиво и алкоголь.

Бетти решила остаться у Рэнди Роджера на вечер, сказав, что ей просто нужно уйти на ночь, чтобы проветрить голову. Я не винил ее. Сейдж рассказала нам за ужином о своем разговоре с Холом, что дало мне еще больше стимула вырвать иссохшее сердце Азраэля из его тела. Хол также переезжал в квартиру над «Свинкой». Это имело смысл и давало ему пространство... и нам уединение.

Фарис развалился в огромном бобовом кресле, которое он уговорил Брама купить сегодня в городе. Оно было пушистым, в зебровую полоску и кричало о Фарисе. Может быть, мне следовало бы найти странным то, что я уже знал, что такое «Фарис», а что нет, но это было не так. Он был прав, когда говорил нам, что знает, кто мы такие. Фишер был тем, кто решил держать его в секрете от нас — и хотя я не винил его точно, я солгу, если скажу, что мне не было немного обидно, что он не доверился нам.

«Во что играем?» — спросил Слоан, сидя на полу рядом с журнальным столиком.

«У меня есть "Риск"? Боги, я люблю "Риск"». Сейдж прижала игру к груди и улыбнулась.

«Ты хочешь играть в "Риск", игру о мировом господстве, с шестью высококвалифицированными наемниками?» — рассмеялся Фиш.

«И не забудь Наполеона. Он всегда думает о мировом господстве», — добавил Кай, и мы все рассмеялись, когда мышь высунул голову из кармана рубашки Кая. Мэйвена не было во время ужина, и я был удивлен, что он не с нами.

«Эй, где Мэйв?» — спросил я Сейдж, и она пожала плечами.

«Иногда он так долго гуляет. Я думаю, он либо охотится, либо ему просто нужно побыть одному. Он вернется за едой». Она поставила игру и задумчиво посмотрела на нас.