«Так, на самый крайний случай, пусть пока пистолет побудет со мной. Понятно, что маной проще и тише вопросы решать. Но могут получиться ситуации, когда демонстрация именно пистолета поможет избежать лишних разборок, — решил я. — С мелким криминалом или еще какими ухарями».

За спинами мешки с едой и артефактами, такого добра мы с собой взяли в большом количестве, по элитному скошу у каждого, один артефакт для определения ядов я тоже прихватил. Расставаться с Клеей мы вообще не планируем, поэтому одного точно должно хватить.

— Ты должна быстро выучить мой родной язык. Купим тебе букварь, за один день научишься читать и писать, — говорю я Клее на ходу.

— Нужно мне такое вообще, Ольг? — спрашивает запыхавшаяся Клея.

— А как ты будешь информацию получать? Только таким образом, так что реально нужно. Очень много всего для тебя будет интересного в книгах, журналах и на компьютере. И не Ольг я теперь, а Олег! Ты тоже не Клея, а Клара! — напоминаю в который раз подруге.

— Хорошо, Олег! — весело отвечает Клея, которой все нравится пока.

Перелет в новый мир прошел без проблем, теперь впереди настоящее, захватывающее путешествие по родному миру Ольга.

«Да уж, был бы родной, все вышло бы попроще, те же рубли и евро с лари имели бы хождение», — вздыхаю я.

Через три часа быстро спустились до знакомого мне косогора, на котором все так же ничего нет. Дальше оказались на асфальтированной дороге, она проходит совсем новый мост, минует пару почти нежилых деревень, в которых нас с Клеей облаяли всегда бдительные собаки. Естественно, идем через населенные пункты под невидимостью, но псины нас чувствуют и лают остервенело. Одна даже решилась напасть на подозрительных невидимок, но получила удар по башке, завизжала от ужаса и бросилась наутек.

Ладно, хоть немногочисленные жители не слишком бегут смотреть, на кого так активно собаки надрываются.

Клея покруглевшими глазами смотрит на новый ровный асфальт с свежей разметкой и красивый мост, первые признаки земной цивилизации. Домишки в деревнях тоже выглядят гораздо богаче черноземельских, но вот асфальт и ажурный мост из металла выглядят для нее совсем невероятно.

Зато движение кое-какое есть, чего я уже совсем не ожидал, учитывая почти полное безлюдье в горных селах.

— Да, разъехались все по городам, но машины все равно катаются, — говорю Клее, когда мы в очередной раз накидываем невидимость и запрыгиваем в кусты. — Наверно, граница с Осетией открыта, вот откуда теперь постоянно туристы едут!

Говорю так, потому что номера именно российские на машинах в основном, значит, осетино-грузинская граница не на сплошном замке. Как было в мои времена и в последний раз, когда побывал здесь, в семьдесят восьмом году.

Много электрических машин незнакомого мне вида пролетают мимо почти бесшумно, но и квадратных японских кей-каров тоже хватает.

— Похоже, отношения более-менее наладились между странами, — говорю Клее, но она, смешно открыв рот, рассматривает современные автомобили, стремительно пролетающие мимо нас на хорошей дороге.

— Ольг, это что за чудесные повозки? Как они едут без лошадей? Да еще так быстро? — подлинный восторг не слезает с лица Клеи.

— Не Ольг, Клара наша умненькая, никакой не Ольг! — напоминаю я ей. — На двигателе едут, бензиновом или электрическом. Видела лампочки чудные от хамама до Ратушной площади? Которые я в Асторе устроил?

Клея кивает головой, что виновата, но все равно хочет знать ответ.

— Теперь на такой силе много повозок ездит, называют их — машины или автомобили. Но ты сама на них покатаешься, дай только до границы добраться.

— А почему мы прячемся от людей на этих повозках и от жителей тех деревень? — все интересно Клее.

— Ну, от людей на машинах не особо прячемся, им вообще не до нас. Но могут поехать здесь граничные воины или стражники, или им сообщат про нас местные жители. Вот они нами заинтересуются точно. Мы ведь на местных жителей совсем не похожи, еще одеты довольно странно. Так что могут в Караулку до выяснения отправить. Ведь бумажных документов или тех же местных жетонов у нас никаких нет, — объясняю я подруге по магическому ремеслу пока только асторскими понятиями наши проблемы.

— И у тебя нет жетона? — тут же переспрашивает Клея.

— Есть, но только старый и вообще не из этой страны. Он нам здесь не поможет. Только с тобой все такое без шансов, ты же говорить не умеешь и ничего здесь не знаешь. Поэтому идем по краю гладкой дороги и помалкиваем. Еще от автомобилей прячемся в кусты поглубже, чтобы не сбили случайно, — говорю я Клее.

Идти пришлось нам не так уж и близко, часа три топаем по дороге к КПП, но сама дорога теперь проходит не напрямую, дает несколько кругов по окрестным селам. Я подумал было прихватить кого-то из местных с машиной и заставить себя везти к границе, но все же не стал поднимать шум, ведь тогда обратная дорога гораздо труднее станет.

«Как говорится, уже такое проходил, знаю, чем все закончится. Раскинутым поиском, погоней и облавой».

Так что к полудню мы уже разглядели КПП с грузинской стороны, довольно современное, где на въезд и выезд стоят по паре машин. Даже заправка-автомат есть перед ним, полная теперь здесь имеется цивилизация, в бывшей местной глуши.

Вот с осетинской стороны КПП не видно, наверно, до него тоже шагать придется с пару километров.

— Давай присядем, я поизучаю, как нам тут пройти! И отдохнуть пора, ноги все-таки не казенные! — командую я Клее и достают свой верный бинокль.

Уже почти восемь часов шагаем, мана помогает конечно, но общая усталость все равно накапливается.

— И тебе такой купим, чтобы все видела далеко, когда будешь свои армии вперед вести! — обещаю Клее, которая с радостью снимает со спины мешок и присаживается на травку.

Я с пять минут рассматриваю, как работает КПП и быстро принимаю решение:

— Диспозиция вообще понятна. Идем под невидимостью вон в тот проезд, стараясь не шуметь. Там есть собака, которая наркотики ищет. Если к нам привяжется, дам ей ментального пинка. Проходим КПП, оказываемся на нейтральной полосе, но там тоже шуметь нельзя, везде камеры развешены наверняка. Доходим до осетинского поста, его так же проходим с артефактом в невидимости. Дальше заходим в большое село, там я найду нам водителя. И мы поедем в большой город, где поселимся у хороших людей. Там посмотрим, останемся только во Владикавказе, или все же сделаем документы и прокатимся по моей стране. Ты пока побудешь немой служительницей нашего религиозного культа, Клара, а я твой помощник, — даю сейчас такие расклады.

Так что отдохнули четверть земного часа и отправились на КПП. Сами прошли без проблем, но чертов пес все же до нас докопался. Принюхался, подскочил и молча сел рядом с важным видом, как обучен по службе. Типа, я вам кого-то нашел.

Но его хозяйка ничего не поняла, сдернула с места умную собачку и отправила следующую машину проверять, а мы оказались уже на нейтральной полосе между двумя странами.

Там пришлось целых три километра прошагать до уже российского КПП, даже не осетинского. Его прошли так же просто, тем более здесь никакой собаки не оказалось.

Квайса расположена еще в километре от поста, хвост из десятка машин хочет попасть в Грузию, а мы шагаем мимо них в поселок, стараясь не сталкиваться с народом на обочинах. В Квайсе все теперь незнакомо, поэтому просто бредем по пустынным улицам. Около небольшого частного магазинчика я поджидаю местного жителя с покупками, скидываю невидимость, беру его под ментальный контроль и вместе с ним, посадив Клею, оказываюсь в машине, обычной такой местного производства, похожей на нашу «гранту».

— Брат, отвезешь во Владик? — и я показываю местному осетину сотенную бумажку долларов.

— Это старые, что ли? Нет, у меня здесь дела! — пытается отказаться джигит, но все такое зря.

Ментальное воздействие сказывается сразу же, поэтому вскоре мы с Клеей несемся по горному серпантину. Я присматриваю за водителем, чтобы очень быстро не гнал, Клея с непередаваемым восторгом смотрит в приоткрытое окно на мелькающие вокруг горные виды.