…Чёрные глаза блеснули в полумраке. Он приблизился. Не говоря ни слова, притянул Кассандру к себе. Она задышала чаще, чувствуя, как жар приливает к щекам, а его руки уже скользнули под футболку, легко касались спины, живота, бёдер. От этих прикосновений по телу растекалось сладкое покалывание. Хотелось большего. Кассандра привстала на носочки и потянулась за поцелуем. Его лицо было совсем близко. Не разрывая зрительного контакта, он лизнул её в нос. Язык оказался шершавым.

– …Винсенс. – Нос снова лизнули, а из темноты послышался хрипловатый смех, запахло омлетом.

Кассандра резко открыла глаза и села, спихнув с себя одеяло. Кот, недовольный её шевелениями, спрыгнул на пол и, распушив хвост, затрусил в сторону хозяина, который загибался от хохота у кухонного стола.

– Чего ржёте?! – спросила Моррен, чувствуя, как опять полыхают щёки.

– Пытаюсь представить, что вам снилось, – кое-как выдавил алхимик и снова согнулся в приступе смеха.

– Даже не пробуйте! – насупилась Кассандра. – Подробности этого сна столь мучительны, что могут травмировать вашу истощённую алхимическими порошками психику!

– Это вряд ли, – хмыкнул Винсенс. – Моя психика резистентна к любым мучительным подробностям. Я же читаю студенческие эссе.

Он отвернулся в сторону кухонного гарнитура и чем-то загромыхал.

– Кофе без всего… вас устроит?

– Более чем. – Кассандра скрестила ноги, натянула футболку почти до колен. – Винсенс…

– Это вы мне или коту?

– Вам… Вам не кажется странным: вчера мы пили вино и болтали про детство, сегодня я проснулась на вашем диване и в вашей футболке, а мы до сих пор «выкаем» друг другу, будто на заседании кафедры?

Алхимик запустил пятерню в растрёпанные волосы.

– Вы ещё забыли, что я оттоптал вам все ноги во время вальса… Но в целом, согласен, давайте «тыкать»… Давай. – Он повернулся к ней лицом и поставил на барный стол две щербатые кружки. – Иди сюда, коллега, завтрак готов.

Кассандра заулыбалась и вскочила, как вдруг из её серебристого клатча, лежавшего на кофейном столике, раздался взволнованный баритон Ариаса. Винсенс от неожиданности уронил вилку.

– Я отвечу. – Кассандра плюхнулась обратно и потянулась к сумочке. – А то он отправит на мои поиски всю королевскую гвардию.

– Только после того, как выберет один из сорока тысяч галстуков, – пробурчал Винсенс.

Кассандра открыла карманное зеркало, из которого на неё тревожно взирал старший брат.

– Сандра! Слава богам, ты цела! И почему, позволь узнать, ты до сих пор не дома?

– А ты думал, я буду сидеть за стенкой и слушать, как ты ломаешь кровать вместе со всей каракской делегацией?! Сомнительное удовольствие, знаешь ли! – Кассандра вздёрнула подбородок. Краем глаза она уловила одобрительный кивок Винсенса, раскладывающего по тарелкам омлет.

Ариас провёл ладонью по лицу и скорбно свёл брови.

– Не со всей делегацией, родная. Лишь с двумя чертовски талантливыми коллегами… Ладно, прости, это и твой дом тоже. Я должен был посоветоваться.

– Ты хоть знаешь, сколько девичьих сердечек ты разбил своим вероломным поступком?

– О, пожалуйста, только не нотации! Я очень раскаиваюсь. – Он страдальчески закатил глаза, выдержал драматическую паузу и продолжил: – Санди, где бы ты ни была, возвращайся домой. Я посадил каракскую делегацию на корабль, утилизировал все последствия сегодняшней ночи, и теперь ты снова единственная женщина в моей жизни!

– Аккуратнее с формулировками, Ариас! Тебя могут неправильно понять. – Она помолчала. Было приятно наблюдать, как на лице кузена появляются настоящие эмоции. – Так и быть, я вернусь, но сначала выпью кофе и позавтракаю.

С этими словами Кассандра захлопнула зеркало и с триумфальным видом повернулась к Винсенсу.

– Здорово ты его, – похвалил тот, уплетая омлет.

– Мне есть у кого поучиться. – Моррен встала, снова поправила футболку и двинулась к столу.

Винсенс закашлялся, вскочил и бросился в спальню, из которой сразу вернулся, неся перед собой домашние штаны и глядя куда-то в сторону.

– Одевай, холодно.

– Не холодно вроде, – удивилась Кассандра.

– Холодно, я сказал.

Пришлось повиноваться. После этого лаборантка была допущена до завтрака. Какое-то время они ели и пили кофе, болтали и смеялись, обсуждали вчерашние наряды коллег и перемывали всем кости – в общем, делали то, что пообещали себе на балу, но здесь, за кухонным столом, это было как-то приятнее.

– Как ты смотришь на то, чтобы покататься на коньках завтра вечером? – спросил Винсенс, глядя на Кассандру поверх кружки.

Моррен замешкалась. Винсенс выжидающе смотрел на растерянное выражение её лица и мысленно проклинал себя за то, что решился задать вопрос. Наконец, глядя в тарелку, Кассандра сказала:

– Я бы очень хотела, Винсенс, правда… Но завтра утром мы с Ариасом и Криспом уедем в горы. У нас есть традиция проводить каникулы в семейном кругу, они не поймут, если я…

– Всё в порядке.

– А-а... ты чем будешь заниматься в свободное время?

– Неважно. В любом случае я проведу его лучше, чем ты.

– Почему это?

– Сама подумай: две недели в горах бок о бок с двумя Веласско. Звучит как мотив убийства.

– Я постараюсь сдержаться, – улыбнулась Кассандра. – А потом вернусь, и мы продолжим твоё обучение основам конькобежного спорта.

– Параллельно расписываясь в зачётках напротив «неудов», – ухмыльнулся Винсенс.

– Отличный план, шеф!

Ариас спускался по лестнице, насвистывая игривый мотивчик, когда посреди гостиной материализовалась Кассандра. Блудная кузина озиралась по сторонам и выглядела… диковато. Футболка до середины бедра, штаны, собравшиеся гармошкой в районе щиколоток, на плече серебристый клатч, в руке туфли, а подмышкой – скомканное бальное платье.

– Ну и вид! – рассмеялся Ариас. – Кто это тебя так облагодетельствовал?

– Догадайся.

– «Хуже моего характера только моё поведение». – Веласско прочитал надпись на футболке и усмехнулся. – Понятно. Ты знаешь, что он обязан на тебе жениться после такого?

– Какого? Ты считаешь, после того как человек поддержал меня, предложил ночлег, накормил и в целости доставил домой, он ещё что-то мне должен?! По-моему, это я теперь обязана Винсенсу до конца жизни!

– А-а-а, то есть ничего не было? – Ариас ехидно смотрел на сестру, покручивая кольцо на пальце.

– Да как у тебя только хватает совести со мной об этом говорить!

– Эй, Санди! Я же просто…

– Ты просто чурбан! Ты самый близкий мой человек, и ты единственный знаешь, что после той истории у меня просто не может быть ничего в этом плане! – рассерженно притопнула Кассандра.

– Санди, прости! Я забыл! Я осёл! Но он… Он-то об этом не знает! Скажи честно, Кассандра, если он пытался к тебе приставать…

– Отвянь, Ариас! Я ему неинтересна! – Кассандра обняла себя за плечи. – Винсенса больше увлекают всякие заковыристые головоломки. И кстати, я рассказала ему правду про маму, а он мне – в отличие от некоторых – про ваши скрамторские приключения…

– Слава богам! Наконец-то я смогу обсудить это с кем-то кроме подземного заморыша! Кассандра, ты не поверишь: однажды я чудом спасся…

– У этого чуда есть имя. Уже пора бы его выучить.

– И ты уверена, что ему можно доверять?..

– Можно.

– Что ж… надеюсь, он мудро распорядится полученной информацией, – Ариас с силой сжал и разжал кулаки.

– Как тебе изнаночный путь? – тут же переключилась Санди. – Сперва ты в одном месте, затем – темнота, как будто в синемотрии механик замешкался и несколько секунд искал нужную плёнку, а потом раз – и ты уже в другом. Здорово, правда?

– Нет ничего здорового в том, что тебя со всей силы пинают под зад и ты летишь, вращаясь в небытии! – желчно ответил Ариас.

– Странно… Меня он просто обнял, и мы переместились.

– Хм. Видимо я не в его вкусе… Беги собираться. Крисп уже на чемоданах сидит.

– Но… завтра же.