Проплешина раскинулась перед нами огромной чашей с неровными краями. В некоторых местах склоны были почти отвесными — там спуститься было невозможно. В других — более пологими, но покрытыми россыпями острых камней и трещинами, из которых поднимался пар. Да уж.

— Вон там, — указал Грэм на противоположную сторону, — тоже можно спуститься. Но там, похоже, горячее. Видишь, как воздух дрожит?

Я присмотрелся. Действительно, над тем участком воздух плыл маревом, искажая очертания камней.

— Ты можешь не выдержать, — задумчиво сказал старик, — Так что спускаемся там же, где и в прошлый раз — там уже тропа протоптана.

Мы обошли Проплешину по кругу и вернулись к знакомому месту — к тому самому склону, под которым мы приняли бой с ржавозубом, а потом медленно и с трудом тащили его наверх.

Грэм долго всматривался вниз, принюхивался и прислушивался. Потом удовлетворенно кивнул.

— Чисто. Пошли!

Спуск начался.

Я решил снова использовать это место для небольшой тренировки, ведь Укоренение требовало постоянной практики. В тот день, когда мы тащили ржавозуба, я неплохо поднял его, так что сегодня навык давался проще, но мне всё равно было далеко до Грэма и настоящего владения укоренением.

Спустились мы довольно быстро и встали на краю проплешины. Я сразу ощутил жар в воздухе.

— Забыл… — вдруг сказал я, — Забыл взять тряпку.

— Хорошо, что у тебя есть я, — хмыкнул Грэм, полез в корзину и кинул мне сухую тряпку и бурдюк с водой, — Думать надо.

— Знаю, — ответил я, быстро намочил тряпку и дал воды своим мутантам и сделал пару глотков сам.

Сразу стало полегче. Седой с опаской выглянул наружу. Помнит видимо, что тут его неплохо так покусали. Правда и сам он дал неплохой бой.

Несколько минут я стоял и привыкал к жару, Грэм же успел сделать небольшой обход вдоль обрыва к чему-то присматриваясь. Я еще раз взглянул на скитальца, который почти целиком спрятался в землю и задумался. Голова немного отпустила, почему бы все-таки не провести анализ?

Анализ.

Я осторожно прикоснулся к скитальцу. В голове возникло неприятное ощущение давления, в глазах на пару секунд потемнело, но… никакой крови! Кажется, я начал восстанавливаться. Это хорошо, впрочем, с момента, приручения, скитальца прошло уже прилично времени.

[Объект: Семя-Скиталец

Тип: Симбиотическое растение (подвижное)

Редкость: Невероятная

Описание: Уникальная форма жизни, сочетающая свойства растения и животного. Семя-Скиталец способно перемещаться под землей на значительные расстояния, следуя за потоками концентрированной живы. В дикой природе выполняет роль «разведчика» и «переносчика»: находит богатые энергией участки и может транспортировать собранную живу к месту своего «гнездования».

Особенности: Способен обнаруживать подземные источники живы на расстоянии до 200 шагов. Уникальное свойство «Перетягивание»: растение не генерирует живу, а перераспределяет её. Зона вокруг него (10–12 шагов) буквально расцветает, но более широкая зона (до 50 шагов) обедняется. Накапливает живу в центральном клубне и может отдавать её по команде владельца; может регулировать интенсивность забора: от мягкого (почти незаметного для окружения) до максимального (выжигает всё живое в радиусе 50 шагов, но даёт колоссальную концентрацию энергии в центре).

Предупреждение: Требует постоянного ментального контроля. При ослаблении связи попытается вернуться к свободному существованию.]

Я мысленно перечитал всё это дважды. Значит, на расстоянии двухсот шагов он может ощущать различные источники живы? А вот это уже суперполезно.

Хотя предупреждение «Требует постоянного ментального контроля» не сильно радовало. Вот почему он занимает столько места в моем сознании: это не временное явление — это его природа. Но оно того стоило.

Возможно на следующем уровне Дара, я все-таки смогу его подчинить полностью и контроль уже не потребуется.

Я сделал несколько шагов вперед, да и Грэм, видимо, уже всё осмотрел и был готов двигаться дальше. Кстати наши следы были заметны и борозды на склоне, где мы тащили ржавозуба никуда не делись. Затем мы с Грэмом дошли до места, где убили ящера, и там были засохшие пятна на каменистой почве.

При виде этого места на меня нахлынули воспоминания: рев ящера, свист его хвоста и боль в перенапряженных мышцах, когда я швырял камни с усилением. Виа, душащая тварь, и Грэм, вгоняющий кинжалы в разинутую пасть. Чудом справились.

Грэм тоже смотрел на это место. На его лице появилось странное выражение: не совсем улыбка, но что-то близкое.

— Хорошая была встреча, — сказал он наконец. — Решила много проблем. Повезло нам тогда.

Я кивнул. Действительно решила. Яйца ржавозуба и его кожа позволили окончательно собрать денег для возврата долга.

— Пошли, — Грэм двинулся дальше и снова шел впереди.

На моем лице была мокрая тряпка, а на руках перчатки из кожи саламандры. И как бы мне не было жарко, я понимал, что это место потенциально опасное.

Глубины Проплешины встретили нас знакомой картиной: потрескавшаяся земля, из трещин поднимался пар, а кое-где булькала кипящая вода. Жар обволакивал меня со всех сторон. Думаю, скоро в моих доспехах станет совсем невыносимо.

— Даже не думай снимать доспехи, — не оборачиваясь сказал Грэм, — Мы тут ненадолго, так что потерпишь.

— Понял-понял, — вздохнул я.

Сам Грэм, впрочем, шёл без всякой защиты: что без мокрой тряпки на лице, что без плотной кожаной куртки.

Первым делом мы направились к зарослям огненной крапивы, и мне как раз пригодились перчатки. Сразу стало намного легче срезать стебли: я мог без опаски придерживать рукой любые места, не опасаясь жара или уколов. Крапива была хороша: сочная, с ярко-красными прожилками и полная огненной живы. Было даже ощущение, что она с прошлого раза стала гораздо насыщеннее. Интересно…может ли быть, что затухающий источник вновь разгорелся?

Я бросил взгляд на крапиву и, скривившись, вспомнил те жалкие экземпляры, которые были у меня дома. Растения, конечно, выжили, но остались хилыми, бледными и явно страдающими от недостатка огненной живы.

Грэм, тем временем, работал рядом, помогая.

— Элиас, — позвал он негромко. — Иди сюда, покажу кое-что.

Я подошёл, стараясь ступать тихо.

Грэм указал на россыпь камней справа. Там, среди трещин, копошилось что-то странное.

— Трескуны, — сказал он. — Раньше их тут не было. Из Глубин пришли.

Я присмотрелся к крупным насекомым, размером в несколько пальцев и похожих на кузнечиков, на которых указывал Грэм. Интересно, что панцирь у них был не зелёный, а тёмно-бордовый, почти чёрный, и покрыт сетью светящихся оранжевых трещин. Словно раскаленные угли, подернутые пеплом. Я насчитал не меньше тридцати штук.

Словно ощутив наши взгляды, они сразу затрещали, громко и неприятно. Грэм быстрым движением поймал одного трескуна и протянул мне. Остальные тут же перепрыгнули на соседние камни.

— На, посмотри. Вообще они кусаются, но у тебя перчатки, не прокусят.

Насекомое билось в моих пальцах, щелкая челюстями, а оранжевые трещины на панцире пульсировали, словно маленькие вены.

— Алхимики их используют. Было дело, наловил несколько полных корзин, так они одну чуть не спалили. Пришлось немного их намочить, чтоб не буянили. — поделился воспоминанием Грэм.

Я кивнул. Интересно в чем именно используют? В каких-то зельях, или просто как что-то вспомогательное? Знать бы свойства этих насекомых, сразу стало бы понянее.

Прислушавшись к самочувствию я понял, что силы на еще один Анализ, а может и два есть.

Вот и хорошо, как раз проверю на этом трескуне.

Анализ.

[Объект: Трескун Огненный

Тип: Насекомое (глубинное)

Редкость: Необычная

Описание: Колониальное насекомое, обитающее в зонах высокой концентрации красной (огненной) живы. Собирается в стаи по 20–50 особей.