Грэм, как-то незаметно для меня обогнавший нас и теперь шедший чуть впереди Рыхлого, внезапно остановился и поднял руку.

— Стоп.

Мы замерли.

Впереди, шагах в пятидесяти, мелькнули фигуры — группа сборщиков с корзинами за спиной. Рядом с ними маячил силуэт охотника с копьем. Нас они если и заметили, то виду не подали и пошли дальше.

Рыхлый тут же отступил назад.

— Рыхлый? — вопросительно спросил Грэм.

— Да я и сам хотел предложить, — вздохнул он, — Пойду чуть сзади.

— Это если сам хочешь, — ответил Грэм, — У меня проблем от этого уже не будет.

— Пойду-пойду, — отмахнулся Рыхлый. — Я знаю, что тебе всё равно, но лишних проблем на пустом месте делать не стоит. Я же знаю «ваших».

Он сморщился на слове «ваших» и я понял, что он имеет в виду всех в поселке.

Я же присмотрелся к подлеску и понял, что мы делаем петлю и сейчас находимся довольно близко к Янтарному.

В общем, мы шли впереди, а Рыхлый шагах в двухстах сзади. Нам с Грэмом встречалось еще пять групп сборщиков, идущих вглубь, и у всех было по одному сопровождающему охотнику или приручителю.

Лишь когда мы отошли довольно далеко от Янтарного и нам перестали встречаться люди, Рыхлый нас нагнал.

Дальше шли уже втроем.

Мы стояли у поляны и выглядела она…печально. Особенно если знать, как она выглядела в самом начале — цветущая, с сотнями жужжальщиков и других насекомых. Тогда тут кипела жизнь, а теперь был…мрак. Жуки-хваталы частично ушли, но оставили после себя опустошенную зону. Осталось всего лишь несколько уцелевших кусков с цветущими растениями, в остальных местах земля была изрыта, многие растения вырваны с корнем, а от ценных растений остались жалкие клочки. Но даже так, я видел, что новая жизнь уже пробивается из земли: новая, ярко-зеленая трава и небольшие цветочки — ростки живосборников. Слишком насыщенной была тут земля, чтобы оставаться бесплодной. Думаю еще пару недель — и тут всё снова зацветет. При условии, что подземный сгусток живы не покинул поляну.

— Тут? — спросил Рыхлый.

Я кивнул.

— Думаешь, источник всё еще здесь? — уточнил Грэм.

— Думаю да, раз растения снова начали расти.

Над уцелевшими участками кружились редкие жужжальщики. Совсем не то количество, что было раньше. Я проводил их взглядом. Все-таки хорошо, что мы застали лучшие времена этой полянки и успели как наловить жуков, так и пересадить достаточное количество живосборников и живицы-травы.

Рыхлый присел на корточки, положив ладонь на землю. Его лицо сосредоточилось.

— Объясни ещё раз, — попросил он. — Что именно ты чувствовал?

— Подвижный источник живы под землей. Он перемещался: я ощущал, как энергия смещается с места на место.

Рыхлый закрыл глаза. Черви начали выползать из-под земли — десятки, сотни мелких созданий расползались по поляне, ныряя обратно в почву.

— Мои мелкие уже ищут, — сказал он, не открывая глаз. — Если это существо всё еще здесь, то мы его найдем.

Я кивнул и отошел чуть в сторону, чтобы не мешать. Хотя не знаю, чем я тут мешаю?..

Грэм встал рядом, опустив топор и молча наблюдая за работой гнилодарца.

Я тоже смотрел как в некоторых местах земля вспучивается, а затем опускается обратно.

Время текло медленно. Минута…другая…третья…

Потом Рыхлый открыл глаза, и на его лице появилась хищная улыбка.

— Нашли.

Он встал и указал на участок земли шагах в двадцати от нас, ближе к центру поляны.

— Там. Глубоко, но мои его чуют. Он… странный, пульсирующий. Мои мелкие говорят — вкусный.

— Вкусный? — переспросил Грэм.

— Для червей всё, что связано с живой — вкусное. — Рыхлый хрустнул пальцами. — Ладно, начинаем.

Он развёл руки в стороны, и земля вокруг поляны ожила. По всему периметру, образуя неровное кольцо, земля вздыбилась горбами. Сквозь нее прорывались крупные черви — не те мелкие разведчики, которых Рыхлый послал искать, а настоящие гиганты. Те самые, которыми он убил кабана, когда мы шли в деревню гнилодарцев.

— Эта тварь внизу начала паниковать. Она начнет искать выход, но мои черви везде. — пояснил Рыхлый. — Нужно убедить ее, что черви близко к поверхности, и по глубине можно удрать.

Через секунду двадцать Рыхлый сказал:

— Удирает.

В тот же миг земля на поляне задрожала от бесконечного движения червей, а на лице Рыхлого появилось удивленное выражение:

— Быстрая… проскользнула!

Однако, похоже, это наоборот его подстегнуло.

По тому, где особенно вспучивалась земля стало понятно, где идет погоня.

На лице Рыхлого появился азарт.

— Шустрая, зараза, — пробормотал Рыхлый сквозь зубы. — Уходит вниз… Нет, не уйдешь!

Кольцо начало сужаться. Черви двигались синхронно, как пальцы сжимающейся руки. Земля между ними ходила ходуном.

Вскоре оно сжалось до метра в диаметре. Охота заканчивалась.

— Элиас, быстро туда, будешь хватать! — крикнул Рыхлый.

В тот же миг земля в небольшом бурлящем кольце взорвалась фонтаном.

— Хватай! — заорал мне Рыхлый. — Быстро!

Из разрытой земли торчало нечто… странное. Живой корень-клубень размером с кулак, покрытый тонкими волосками-отростками. Сквозь грязь просвечивало золотистое сияние, пульсирующее как сердцебиение.

Он извивался, пытаясь зарыться обратно, но десятки червей держали его со всех сторон.

— Хватай! — снова крикнул Рыхлый. — Долго не удержу!

Я упал на колени и схватил существо обеими руками в перчатках из кожи саламандры.

И сразу же ощутил мощь. Чистую, концентрированную энергию, бьющую из этого комка земли и света. Словно схватил кусок солнца. Хорошо, что схватил в перчатках!

Так, похоже нужно сразу прикоснуться Даром — это, очевидно, растение по типу корнечервя.

Едва я потянулся к нему, как существо ударило, но не физически, а ментально.

Волна яростного сопротивления обрушилась на мой разум, пытаясь оттолкнуть, сбросить, уничтожить чужое присутствие. Чем-то это напомнило нашу схватку с Виа, только я тогда был вообще не подготовлен, не знал, что делать и выпутался лишь чудом.

От ментальной атаки существа голова взорвалась болью, а она и так болела!

Я стиснул зубы и потянулся к связям. Все одиннадцать нитей зазвенели от напряжения.

Я сразу понял, что моих ментальных сил не хватит и я не удержу все связи. А если я не подчиню это растение, то просто потеряю его. Оно с такой силой рвалось из рук, что я боялся его выпустить.

Однако рядом приземлился в прыжке Грэм. Он обхватил перчатки своими огромными руками, надежно фиксируя существо, рвущееся на свободу.

— Давай-давай, — тихо сказал он.

Я кивнул, мысленно благодаря старика за своевременную помощь. Борьба шла и внутри, и снаружи.

Через секунду существо отбросило мою попытку наладить связь Даром.

Решение пришло мгновенно, потому что оно было всего лишь одно — я оборвал связи со всеми семенами. Семь связей лопнули как слишком туго натянутые струны.

На меня нахлынуло громадное облегчение. Тиски боли отпустили голову и я еще раз прикоснулся Даром к существу. Теперь у меня были силы и запас для создания новой связи.

Это было как пытаться оседлать бурю: воля существа оказалась сильнее, чем у Виа и Душильника вместе взятых. Оно не хотело подчиняться, оно вообще не понимало, что такое «подчинение» — только свободу, движение и бесконечное странствие под землей. Всё это я почувствовал в одно мгновение. Более того, я не мог «уловить» его Волю.

Я вцепился в существо Даром не так как обычно, а сильнее — потому что оно снова пыталось меня вытолкнуть. Я не хотел бить его «ментально», но пришлось.

ТИХО!

Клубень в руках дернулся.

ТИХО!

Ага, куда там! Существо, осознав каким-то образом, что его хотят подчинить, начало еще яростнее сопротивляться и бить меня прямо по мозгам. Даже Виа так не могла!

Я почувствовал, как из носа хлынула кровь после этого удара, и я едва не потерял связь с Виа.