Всё идёт своим чередом.

Нед Старк начнёт задавать вопросы. Мизинец начнёт ему врать. Серсея начнёт паниковать.

У меня есть от силы пара месяцев до того, как Роберта распорет кабан, а Нед окажется в подземелье.

Могу ли я его спасти? Теоретически — да. Я мог бы подойти к нему сегодня же, вывалить правду про инцест Серсеи и яд Лизы Аррен. Но поверит ли он торговцу вином? Вряд ли.

А даже если чудо произойдёт и он поверит… что это изменит?

Нед Старк — это устаревший, захардкоженный скрипт. У него намертво прописаны переменные «Честь», «Долг» и «Милосердие», но абсолютно отсутствует обработчик ошибок для предательства. Он фундаментально непригоден для экосистемы Королевской Гавани.

Если я предупрежу его, он не соберёт людей и не уедет на Север, чтобы спасти семью. Его алгоритм заставит его пойти к королю. Или, что ещё хуже, он пойдёт к самой Серсее, чтобы благородно дать ей шанс сбежать с детьми. И она убьёт его.

Спасать Неда Старка — это как пытаться заставить древнюю программу работать на новой операционной системе. Как ни ставь костыли, она всё равно выдаст фатальную ошибку. Если я чудом вытащу его из петли сегодня, он найдёт способ положить голову на плаху завтра. Он сам себя приговорил в тот момент, когда согласился надеть значок Десницы.

Я смирился с этим фактом ещё в Дорне. Неда не спасти, потому что он сам откажется спасаться.

Но его дети? Арья, которая ещё гибка как глина? Робб Старк, который пока не совершил своих фатальных ошибок, и чей код ещё можно откорректировать? Сирио Форель? Те, кто способны адаптироваться, чтобы выжить?

Вот их можно и нужно вытаскивать из-под обломков рушащегося сюжета.

Я оттолкнулся от перил и вернулся в комнату. Плотно закрыл дверь на балкон, отсекая шум улицы…

Спустился в подвал. Зажёг свечу в серверной.

Открыл ноутбук. Батарея — 68 %.

Я открыл файл westeros_logs.md. И набрал новую строку:

Entity: "Eddard Stark". Status: Tracked.

Entity: "Arya Stark". Status: Priority Rescue.

Я нажал Enter. Курсор моргнул, подтверждая ввод, но никаких системных сообщений не выдал. Система приняла к сведению.

Игра Престолов началась. И я больше не зритель на галёрке..

Через три дня, после того, как Нэд Старк оказался в Королевской Гавани, мне было доставлено приглашение.

Это была дорогая бумага, запечатанная тёмно-зелёным воском с оттиском пересмешника. Посыльный — щуплый мальчишка с бегающими глазами — не сказал ни слова, просто сунул письмо мне в руки и растворился в толпе на Улице Сестёр.

Текст был кратким и до тошноты вежливым. Меня приглашали обсудить «взаимовыгодное сотрудничество» в одно из заведений на шёлковой улице. Подпись: лорд Петир Бейлиш.

Я сжёг письмо в камине. Идти к Мизинцу на его территорию было сродни визиту в логово к ядовитому пауку, но отказать Мастеру над Монетой означало закрыть свой бизнес в тот же день. Налоговые инспекторы Вестероса, может, и не имели компьютеров, но кровь пили исправно.

Вечером того же дня я стоял перед неприметной, но массивной дубовой дверью дорогого борделя.

Внутри пахло розовым маслом и дорогим воском. Повсюду шёлк, мягкие ковры, приглушённый свет. Идеально настроенный пользовательский интерфейс для выкачивания денег из столичной элиты.

Охранник молча проводил меня на второй этаж, в роскошную приватную комнату.

Петир Бейлиш сидел в глубоком кресле, закинув ногу на ногу. На нём был тёмный бархатный дуплет с серебряной вышивкой. Он потягивал вино из изящного кубка и улыбался. Улыбка у него была дружелюбной, располагающей, но его серо-зелёные глаза оставались абсолютно холодными. Глаза калькулятора.

— Лорд Таргон, — Петир не стал вставать, лишь чуть приподнял кубок. — Или мне называть вас мастером? До меня доходят противоречивые слухи о вашем статусе. Впрочем, в Королевской Гавани титулы — это лишь пыль на ветру. Золото — вот истинный фундамент. Присаживайтесь.

Я сел в кресло напротив. На столике между нами стоял кувшин. Я узнал его. Это была моя медовуха из последней партии.

— Выпьете своего же нектара? — предложил Мизинец. — Должен признать, ваши цены кусаются, но качество… Мои девочки жалуются, что некоторые лорды теперь приходят сюда не за их ласками, а чтобы лишний раз приложиться к вашему кувшину. Это бьёт по моему бизнесу, Таргон.

— Побочный эффект, лорд Бейлиш, — я спокойно посмотрел на него. — Хороший алкоголь сначала расслабляет, а потом, если знать меру, лишь разжигает аппетит.

Петир тихо рассмеялся, поставив кубок на стол.

— Вы умеете говорить красиво. Это полезный навык для торговца. Но давайте перейдём к делу. Я человек занятой, казна короны сама себя не наполнит, тем более скоро турнир Десницы.

Он подался вперёд, сцепив пальцы домиком.

— Мне нравится ваш товар. И я не люблю конкуренцию. Я хочу, чтобы «Дорнийский нектар» подавали только в моих заведениях. Я выкуплю всю вашу партию. И все последующие. Разумеется, по оптовой цене. Скажем… в половину от того, что вы просите в своей лавке. Взамен вы получите стабильный сбыт и покровительство.

Классика. Он хотел монополизировать продукт, сбить цену на закупе и продавать его втридорога, привязав меня к себе как бесправного поставщика.

— Это щедрое предложение, лорд Бейлиш, — медленно произнёс я. — Но экономически неэффективное. Для вас.

Петир приподнял бровь. Улыбка стала чуть тоньше.

— Вот как? И в чём же моя неэффективность, мастер Таргон? Просветите меня.

— Вы предлагаете выкупить весь мой товар, — я откинулся на спинку кресла, принимая расслабленную позу. — Значит, вам придётся тратить деньги на его закупку. Вам придётся выделить место на складах. Нанять охрану, чтобы грузчики не выпили его по дороге. Вы берёте на себя издержки на логистику и хранение.

— Это мелочи. Зато я получаю эксклюзив.

— Вы получаете эксклюзив, который ограничивает рынок, — я включил своего внутреннего бизнес-аналитика. — Лорды пьют в борделях, да. Но они также пьют в своих замках. На турнирах. На охоте. Выкупая всё, вы отсекаете огромный пласт клиентов, которые никогда не придут на улицу Шёлка, потому что, скажем, их жёны слишком ревнивы, или они считают это ниже своего достоинства. Зачем вам ограничивать рынок, лорд Бейлиш, если можно получать прибыль с каждой выпитой бутылки во всём городе?

Мизинец замер.

— Продолжайте, — коротко велел он.

— Мы сделаем партнёрство, — я положил руки на подлокотники. — Вы не покупаете у меня всё. Вы покупаете для своих заведений ровно столько, сколько нужно, со скидкой в двадцать процентов. А остальное я продолжаю продавать в своей лавке всем желающим.

— Мне кажется, вы меня не поняли. Я Мастер над Монетой, Таргон. Если я захочу, ваша лавка завтра закроется за неуплату пошлин.

— Закрытая лавка не приносит золота. Ни в казну, ни в ваш личный карман, — парировал я. — А вот открытая… Слушайте внимательно, лорд Бейлиш. Вы, как Мастер над Монетой, выдаёте мне официальную бумагу. Патент. С печатью короны. Статус «Официального поставщика двора». Это уберёт от меня ваших сборщиков податей и таможню. Мои издержки падают. Мой статус в глазах лордов взлетает до небес. Я смогу поднять цену на розницу.

Я сделал паузу, чтобы он проглотил наживку.

— А взамен… с каждой бутылки, проданной мной в розницу, я выплачиваю вам ровно тридцать процентов. Не в казну. Лично вам.

Петир Бейлиш молчал.

Его мозг работал с пугающей скоростью. Я только что предложил ему концепцию роялти и отката. Для средневекового Вестероса, где экономика строилась на банальном "купил дёшево — продал дорого" или прямом рэкете, это была элегантная схема.

Его лицо преобразилось. Дежурная улыбка исчезла, уступив место искреннему, почти уважительному восхищению.

— Тридцать процентов с каждой розничной продажи, — задумчиво повторил он. — Вы предлагаете мне долю в вашем деле, при этом всю грязную работу оставляя себе.