Я сказал Тому: "Мы получаем невероятные похвалы от творческого сообщества за то, что пошли на такой риск. Мы должны выпустить это в эфир". К чести Тома, именно это его и покорило. Он был моим боссом и мог сказать: "Извини, я тебя отменяю". Но он понимал, как важно нам завоевать расположение творческих людей в Голливуде, и принял мои доводы о том, что это риск, на который стоит пойти.
Мы рекламировали шоу на церемонии вручения наград Академии в конце марта и показали двухчасовой пилотный выпуск в воскресенье, 8 апреля. Почти тридцать пять миллионов человек — около трети телезрителей в то время — посмотрели его. Затем мы поставили его в эфир по четвергам в 9:00 вечера, и в течение нескольких недель "Твин Пикс" стал самой успешной программой, которую мы поставили в этот временной интервал за последние четыре года. Она была на обложке Time. Newsweek описал его как "ничего подобного вы не видели в прайм-тайм — или на Божьей земле". В мае того года я поехал в Нью-Йорк на Up-Fronts, большое весеннее собрание, где сети предварительно показывают предстоящие сериалы рекламодателям и прессе, и мне пришлось выйти на сцену, чтобы рассказать об ABC. "Время от времени руководитель сети идет на большой риск", — сказал я, и толпа тут же разразилась бурными аплодисментами. Это было самое волнующее событие в моей карьере.
Волна эйфории почти сразу же схлынула. В течение шести месяцев "Твин Пикс" превратился из культурного феномена в разочарование. Мы предоставили Дэвиду творческую свободу, но ближе к концу первого сезона мы с ним вступили в постоянный спор об ожиданиях зрителей. Все шоу зависело от вопроса, кто убил Лору Палмер, и я чувствовал, что Дэвид теряет это из виду, подбрасывая хлебные крошки, которые казались случайными и неудовлетворительными.
Дэвид был и остается блестящим режиссером, но он не был телевизионным продюсером. Для ведения шоу требуется организационная дисциплина (своевременная сдача сценариев, управление съемочной группой, контроль за тем, чтобы все шло по графику), которой у Дэвида просто не было. Есть еще и дисциплина повествования. Если речь идет о фильме, вам нужно привлечь людей на два часа, дать им хорошие впечатления и надеяться, что они покинут кинотеатр вовлеченными и восхищенными. В телевизионном сериале вы должны заставить их возвращаться, неделя за неделей, сезон за сезоном. По сей день я люблю и уважаю Дэвида и всегда буду восхищаться его работой, но тот факт, что у него не было чувства телевизионного продюсера, привел к тому, что повествование было слишком открытым.
"Вам нужно разрешить загадку или хотя бы дать людям надежду, что она будет разрешена", — сказал я. "Это начинает разочаровывать зрителей, включая меня!" Дэвид считал, что тайна не является самым важным элементом шоу; в его идеальной версии мы никогда не узнаем, кто убийца, но зато появятся другие аспекты города и его персонажей. Мы ходили вокруг да около, пока, наконец, он не согласился раскрыть убийцу в середине второго сезона.
После этого повествование стало беспорядочным. Не было двигателя, который бы двигал сюжет после того, как тайна была раскрыта. Что еще хуже, в производственном процессе не было достаточной дисциплины, что приводило к путанице и задержкам. Мне стало очевидно, что Дэвид, каким бы гениальным он ни был, не должен вести шоу, и я обсуждал возможность его увольнения и привлечения группы опытных телевизионных шоураннеров. Я пришел к выводу, что это беспроигрышная ситуация, и нас бы оклеветали, если бы мы уволили Дэвида Линча. Вместо этого мы перенесли "Твин Пикс" на субботний вечер, отчасти для того, чтобы снять с него необходимость выступать, а когда его рейтинги стремительно упали, Дэвид публично обвинил меня. Я вынес ему смертный приговор, сказал он, сначала настаивая на разрешении загадки, а затем поставив сериал на ночь, когда его никто не будет смотреть.
Сейчас, оглядываясь назад, я не уверен, что был прав. Я применял более традиционный телевизионный подход к повествованию, а Дэвид, возможно, опередил свое время. В глубине души я чувствовал, что Дэвид разочаровывает зрителей, но вполне возможно, что мои требования дать ответ на вопрос о том, кто убил Лору Палмер, ввергли сериал в еще один вид повествовательного беспорядка. Возможно, Дэвид был прав с самого начала.
Управление творческими процессами начинается с понимания того, что это не наука — все субъективно; часто не существует правильного или неправильного. Страсть, которая требуется для создания чего-либо, очень сильна, и большинство творцов по понятным причинам чувствительны, когда их видение или исполнение ставится под сомнение. Я стараюсь помнить об этом всякий раз, когда общаюсь с кем-то из творческой стороны нашего бизнеса. Когда меня просят высказать свое мнение и предложить критику, я не забываю о том, как много создатели вложили в проект и как много для них поставлено на карту.
Я никогда не начинаю негативно, и если мы не находимся на поздних стадиях производства, я никогда не начинаю с малого. Я обнаружил, что часто люди сосредотачиваются на мелких деталях, чтобы скрыть отсутствие ясных, последовательных, больших мыслей. Если вы начинаете с мелочей, вы кажетесь мелочным. А если общая картина беспорядочна, то мелочи все равно не имеют значения, и не стоит тратить на них время.
Конечно, нет двух одинаковых ситуаций. Есть большая разница между тем, как давать замечания опытному режиссеру, такому как Джей Джей Абрамс или Стивен Спилберг, и тем, у кого гораздо меньше опыта и уверенности. Когда я впервые сел за стол с Райаном Куглером, чтобы сделать ему замечания по "Черной пантере", я увидел, как он заметно волнуется. Он никогда не снимал такой масштабный фильм, как "Черная пантера", с огромным бюджетом и таким большим давлением, чтобы он прошел хорошо. Я постарался очень четко сказать: "Вы создали очень особенный фильм. У меня есть несколько конкретных замечаний, но прежде, чем я передам их вам, я хочу, чтобы вы знали, что мы очень верим в вас".
Все это говорит о том, что может показаться очевидным, но часто игнорируется: необходим тонкий баланс между ответственностью руководства за финансовые показатели любой творческой работы и, при выполнении этой ответственности, осторожностью, чтобы не вторгаться в творческие процессы вредными и контрпродуктивными способами. Сочувствие является предпосылкой для разумного управления творчеством, а уважение имеет решающее значение.
ПРИМЕЧАТЕЛЬНО, что гибель "Твин Пикса" не была нашей самой большой неудачей в том сезоне. Весной 1990 года я дал зеленый свет "Коп Року", шоу, которое стало предметом шуток поздним вечером и заняло постоянное место в списках худших телешоу всех времен. Но я остаюсь верен своему решению и по сей день.
В одну из наших первых встреч Стивен Бочко сказал мне, что помимо "Дуги Хаузера" у него есть еще одна идея: полицейская драма, положенная на музыку. К нему обратился бродвейский продюсер, заинтересованный в превращении "Блюза Хилл-стрит" в мюзикл, но по разным причинам он не смог этого сделать. Но идея осталась с ним — не делать полицейский мюзикл для Бродвея, а сделать полицейский мюзикл для телевидения. Он периодически поднимал эту тему, а я отмахивался от этой идеи. Я хотел полицейское шоу от Стивена, но не хотел мюзикл. Но той весной, все еще находясь в сиянии первого сезона "Твин Пикс", я, наконец, пришел в себя. "Знаешь что?" сказала я ему. "Почему бы и нет? Давай попробуем".
Действие сериала происходило в полиции Лос-Анджелеса, и во всех отношениях он действовал как обычный, хорошо поставленный полицейский сериал — за исключением того, что в моменты драматизма герои врывались в песню: блюзовые песни, госпел-песни, большие ансамблевые номера. С того момента, как я увидел пилот, я чувствовал, что он не сработает и, возможно, будет легендарно плохим, но я также думал, что есть шанс, что я могу ошибаться. Я очень восхищался талантом Стивена, и в любом случае я решил, что если я собираюсь участвовать, то должен быть полностью в деле.
