Задача заключалась в том, чтобы не позволить моему эго взять верх над собой. Вместо того чтобы изо всех сил стараться произвести впечатление на того, кто сидел за столом, мне нужно было не поддаваться желанию делать вид, что я знаю, что делаю, и задавать много вопросов. Невозможно было обойти стороной тот факт, что я там был квадратной головкой. Я не пробился в Голливуде. У меня не было ни яркой индивидуальности, ни явной развязности. Я почти никого не знал в городе. Я мог быть неуверенным в себе из-за этого, или я мог позволить своей относительной безвкусице — моей не-голливудскости — быть своего рода загадкой, которая работала на мое преимущество, пока я впитывал все, что мог.

Я прибыл в Лос-Анджелес, когда оставалось шесть недель, чтобы определиться с составом программы для прайм-тайм сезона 1989-90 годов. В первый же день работы в офисе мне вручили стопку из сорока сценариев для чтения. Каждый вечер я брал их домой и послушно просматривал, делая пометки на полях, но с трудом представляя, как сценарий, лежащий передо мной, перенесется на экран, и сомневаясь в своей способности оценить, что хорошо, а что нет. Обращал ли я внимание на то, что нужно? Были ли вещи, которые другие люди могли видеть, но которые я упустил? Поначалу ответ был положительным. Я приходил и на следующий день встречался со Стю и другими, чтобы просмотреть всю эту кучу. Стю так быстро разбирал сценарий — "Его мотивы не ясны в начале второго акта…" — и я просматривал страницы на своих коленях, думая: "Подождите, второй акт? Когда закончился первый акт? (Стю стал одним из моих самых близких друзей. Иногда я изматывал его своими вопросами и неопытностью, но он упорствовал и преподал мне жизненно важные уроки, не только о том, как читать сценарии, но и о том, как взаимодействовать с творческими людьми).

Однако со временем я начал понимать, что многое усвоил, наблюдая за тем, как Рун рассказывал истории все эти годы. Спорт — это не то же самое, что прайм-тайм телевидение, но там были важные уроки о структуре, темпе и ясности, которые я усвоил, даже не подозревая об этом. В первую неделю моего пребывания в Лос-Анджелесе я обедал с продюсером и сценаристом Стивеном Бочко, который снял два грандиозных хита для NBC, "Блюз Хилл-стрит" и "Закон Лос-Анджелеса", но недавно подписал выгодное десятисерийное соглашение с ABC. Я сказал Стивену, что мне не терпится почитать сценарии. Я даже не знал этого жаргона, и все же приходилось принимать решения быстро, по такому количеству шоу. Он отмахнулся от меня таким образом, что я нашел утешение в словах такого человека, как он. "Это не ракетостроение, Боб", — сказал он. "Доверься себе".

В то время в прайм-тайм линейке ABC было несколько успешных шоу — "Кто босс?", "Growing Pains", "Roseanne", "The Wonder Years" и "Thirtysomething". Но мы были далеко на втором месте после NBC, сетевого джаггернаута. Моей задачей было найти способ сократить этот разрыв. В первый сезон мы добавили более дюжины новых шоу, среди которых были "Семейные вопросы" и "Жизнь продолжается" (первое шоу на телевидении с главным героем с синдромом Дауна), а также "Самое смешное домашнее видео Америки", которое сразу же стало гигантским хитом и сейчас идет уже тридцать первый сезон.

Мы также показали первый большой успех Стивена на телеканале. Он только что сдал сценарий, когда я приехал: Doogie Howser, M.D., о четырнадцатилетнем враче, который жонглирует своей жизнью и как врач, и как мальчик-подросток. Стивен показал мне видео с актером-подростком Нилом Патриком Харрисом, которого он хотел видеть в главной роли. Я сказал ему, что не уверен. Я не думал, что Нил сможет вести шоу. Очень вежливо и прямолинейно Стивен отвесил мне пощечину, мягко намекнув, что я ничего не знаю. Он сообщил мне, что это, по сути, его решение — не только кого взять на роль, но и стоит ли продолжать проект или нет. Согласно его договору, если мы говорили "да" проекту, он получал обязательство на тринадцать эпизодов. Если мы говорили "нет", мы должны были заплатить ему гонорар за убийство в размере 1,5 миллиона долларов. Сказать "да" этому шоу было одним из моих первых программных решений, и, к счастью, Стивен оказался прав насчет Нила". Doogie Howser, M.D." выдержал четыре сильных сезона на ABC и положил начало долгому сотрудничеству и дружбе со Стивеном.

В том первом сезоне был еще один, гораздо больший риск. На основании буквально набросанного на бумаге предложения в голливудском ресторане глава отдела драматургии ABC дал добро на пилотный проект Дэвида Линча, к тому времени известного своими культовыми фильмами "Ластик" и "Синий бархат", и сценариста и писателя Марка Фроста. Это была сюрреалистическая, меандрирующая драма об убийстве королевы выпускного бала Лоры Палмер в вымышленном городке Твин Пикс на Тихоокеанском Северо-Западе. Дэвид снял двухчасовой пилот, который, как я помню, я посмотрел впервые и подумал: "Это не похоже ни на что, что я когда-либо видел, и мы должны это сделать".

Как и каждый год, Том и Дэн и еще несколько руководителей приехали той весной на пилотный сезон. Мы показали им "Твин Пикс", и когда зажегся свет, первое, что сделал Дэн, это повернулся, посмотрел на меня и сказал: "Я не знаю, что это было, но я думаю, что это было очень хорошо". Тому понравилось гораздо меньше, чем Дэну, и другие руководители из Нью-Йорка, находившиеся в комнате, согласились с ним. Это было слишком странно, слишком мрачно для сетевого телевидения.

Я очень уважала Тома, но я также знала, что это шоу достаточно важно, чтобы за него бороться. Происходили изменения, которым мы должны были противостоять. Теперь мы конкурировали с более современными программами, доступными на кабельном телевидении, и с новым новатором Fox Network, не говоря уже о росте видеоигр и появлении видеомагнитофонов. Я чувствовал, что сетевое телевидение стало скучным и производным, и у нас был шанс с помощью "Твин Пикс" показать на телевидении нечто совершенно оригинальное. Мы не могли просто вернуться на прежние позиции, в то время как все вокруг менялось. Это был урок Руна заново: Инновации или смерть. В конце концов, я убедил их позволить мне показать пилот более молодой и разнообразной аудитории, чем группа пожилых парней из ABC в Нью-Йорке. Тестовая аудитория не совсем поддержала идею выпуска шоу на сетевое телевидение, особенно потому, что оно было настолько другим; но именно это — его отличие — побудило нас дать ему зеленый свет и сделать семь серий.

Я решил поставить его в середине сезона, весной 1990 года, а не осенью 89-го. Каждый сезон мы придерживаем шоу в качестве замены в середине сезона на случай неизбежности нескольких неудачных шоу. На эти запасные шоу оказывается немного меньше давления, чем на те, которые запускаются осенью, и это показалось нам лучшей стратегией для "Твин Пикс". Итак, мы запустили сериал в производство, чтобы он вышел в эфир весной, а в промежуточные месяцы начали поступать черновые нарезки первых нескольких эпизодов. Хотя он дал мне разрешение на работу несколькими месяцами ранее, Том посмотрел пару из них и написал мне письмо, в котором говорилось: "Вы не можете пустить это в эфир. Если мы покажем это по телевидению, это погубит репутацию нашей компании".

Я позвонил Тому и сказал, что мы должны показать "Твин Пикс". К тому моменту в Голливуде и за его пределами уже был огромный шум по поводу того, что мы это делаем. На первой странице The Wall Street Journal даже появилась статья об этом застегнутом на все пуговицы парне из ABC, который идет на огромный творческий риск. Внезапно мне стали звонить Стивен Спилберг и Джордж Лукас. Я посетил Стивена на съемках фильма "Крюк", который он в то время снимал, и Джорджа на его ранчо "Скайуокер". Они оба были заинтересованы в том, чтобы поговорить о том, что они могут сделать для ABC. О том, что режиссеры такого уровня могут быть заинтересованы в создании телевизионных шоу, мы не слышали до тех пор, пока не начали снимать "Твин Пикс". (Два года спустя, в 1991 году, Джордж поставил "Хроники молодого Индианы Джонса", которые длились два сезона).