Соперник, чье имя она так и не смогла вспомнить, только довольно улыбнулся.

«Теперь твоя очередь!» — напомнила она себе, ударив несколько раз мячом по покрытию одного из трех расположенных на что сорок седьмом этаже кортов.

— Хай, — выкрикнула она, стараясь выжать из каждого удара максимум.

«Неплохо!» — выдохнула она через пару минут. Неважно, выиграет ли она. От сета девушка уже получила все, что хотела. Гнетущие ее мысли улетучились словно по волшебству.

Ошибка! Вторая!

Соперник на подаче «срезался дважды», доведя счет до «три-четыре».

Впрочем, уже через совсем скоро электронное табло вывело равный счет: пять-пять.

И снова размен, выбивающий всяческую дурь из головы. Мяч то почти касался сетки, то взмывал над кортом, как искусственный спутник.

«Все!» — решила Алена, рванувшись к задней линии и… в последний миг таки успела дотянуться и перебросить мяч по диагонали.

Ее визави оказался медленнее.

Шесть-пять.

«Моя подача!» — оценила девушка, чувствуя, что ей не хватает дыхания. Длительный перерыв давал о себе знать.

«Сейчас или никогда!».

Мяч взлетел вверх, а еще через миг «свистнувшая» сеткой о воздух ракетка ударила по нему с громким хлопком. Волконская действительно выжала из этого удара все.

Словно в замедленной съемке она наблюдала, как мяч стремительно перелетел через сетку и…

— Эйс! — не сдержав радости, звонко воскликнула она.

И ей ничуть не было стыдно за выплеснувшиеся эмоции. Чувства слились в адский коктейль. И сейчас ей было совершенно все равно, как она выглядит со стороны.

— Хорошая игра!

Пока она радовалась победе, недавний противник обошел корт и протянул руку.

— Спасибо, Николай! — все-таки вспомнила имя Алена.

И даже выдала улыбку. Едва заметную, но все же явную.

Парень лет двадцати удивился, хоть и старался сдержать возникшее чувство. Отпрыски правящей Семьи так эмоций не демонстрировали.

Однако Волконской было все равно. Она с удовольствием смаковала давно забытый вкус победы, собирая вещи в сумку.

Пусть пока и только на корте.

Настроение скакнуло к отметке «превосходно». Так что в раздевалке, перед тем как направиться в душ, она даже задержалась у ростового зеркала, несколько секунд рассматривая подтянутое тело.

— А ты еще ничего! — вдруг озорно улыбнулась она сама себе и отправилась под контрастные струи.

Однако к моменту выхода в общий коридор на ее лице не осталось и следа недавнего триумфа. Она вновь вступала на территорию хищников. Подтянутая и строгая, в белой рубашке и обтягивающих темных брюках. Разве что чуть влажные волосы и небольшая сумка на плече напоминала о недавней партии.

Перехватили ее уже на семейном этаже. В одном из боковых коридоров.

В прямом смысле.

— Стой!

Вместе с едва слышным окриком на ее руке сжались сильные пальцы.

Иван явно ждал ее. И, возможно, довольно давно.

Алена подчинилась.

— И что если я закричу? — без всяких эмоций спросила она, даже не оборачиваясь к родичу.

Взгляд ее был устремлен только вперед.

— Кричи, — глумливо выдохнул тот.

Он даже не стал делать вид, что собирается следовать хоть одной букве кланового этикета. И это пугало. Раньше Иван себе такого не позволял. А это значит, что он сделал ставку на «все или ничего».

«Еще успею!» — решила Алена.

Охрана среагирует быстро. И камеры повсюду. Этот ублюдок просто не успеет ничего сделать. Так что имеет смысл «поиграть» с ним немного и попытаться понять, что именно он задумал на этот раз.

Девушка чувствовала себя вполне уверенно. Стоит ей действительно крикнуть, как оба они, скорее всего, лягут лицами в пол очень быстро. А уж затем комитет по этике примет решение кто прав, а кто виноват.

И да, «нарушителю» придется очень несладко. Вплоть до лишения всех постов и полного перекрытия жизненных перспектив. В особых случаях все могло закончиться изгнанием или даже лишением Фамилии.

— Смотри, — сунул девушке в руки пакет Иван, едва убедился, что прямо сейчас Алена звать на помощь никого не собирается.

Волконская ответила нечитаемым взглядом. И приняла довольно пухлый конверт, тут же его и вскрыв.

Внутри оказались распечатанные по старинке фотографии. На первой же из них девушка с удивлением обнаружила Ивана и… себя! Они шли рядом в районе двадцать восьмого «учебного» этажа, что-то оживленно обсуждая.

Фотограф оказался профессионалом. Он сумел подловить момент, когда молодые люди позабыли на миг о клановом этикете и улыбались чему-то своему.

Алена вскинула взгляд, словно собиралась бросить что-то резкое, и… вновь опустила его, продолжая изучать фото. Практически на каждом из них оказались они. Вместе.

— Это было три года назад, — без эмоций констатировала Волконская, рассматривая изображение из столовой.

Тогда они только сдали очередной экзамен по производственному менеджменту, отчего позволили себе чуть расслабиться. И смотрелись если не друзьями, то очень близкими товарищами.

— Смотри дальше.

Алена вернулась к стопке. Очень скоро их совместные фото закончились. Она осталась одна. Как правило, неизвестный шпион ловил ее у Архива. Были и несколько кадров в ее логове.

— С**а, — спокойно произнесла она. — Сколько ты за мной следишь?

Иван лишь улыбнулся. Едва заметно, но с ощутимой толикой безумия человека, готового на все.

— Давно, — спокойно произнес мужчина. — Несколько лет. Мы здорово смотримся вместе, разве нет?

Девушка подняла взгляд. И самый опытный физиономист не прочитал бы в нем ничего, кроме равнодушия.

— Много лет на этажах ходят слухи, что мы очень близки, — шепнул Иван, подвигаясь ближе.

Алена не уступила.

— И что с того?

— Сейчас поймешь, — уже совершенно дико оскалился нынешний руководитель Малого Света. — Три… Два… Один.

И башня Волконских содрогнулась от мощного взрыва.

Глава 19

Здание дрогнуло.

Пол ощутимо ударил по ногам.

Через секунду взвыла первая сирена.

— Ну как тебе?.. — выдохнул Иван, еще крепче вдавливая сестру в стену.

Алена скорее прочитала вопрос по губам, чем действительно расслышала слова.

С трудом девушка повернула голову к одному информационному стенду в коридоре.

Первым зажегся тревожно-желтый сигнал. Следом вспыхнул рядом зеленый огонек.

«Угрозы обрушения нет!» — мысленно выдохнула Волконская, почувствовав, как вновь «запустилось» остановившееся на миг сердце.

Эвакуация… теоретически была возможна. Примерно как с высотного глайдера, в котором каким-то чудом оказались три парашюта на сто пассажиров. Ну, есть они… А толку?

В высотке Волконских обычно находились не менее десяти тысяч человек, включая резидентов, офисных сотрудников и посетителей. Плотность населения становилась все выше к первому этажу. На пятьдесят верхних уровней приходилось всего сто человек клана без учета слуг и охраны. Из них двадцать, правда, занимали административные и научные площади. Еще десять — сопутствующая инфраструктура, в том числе и те самые теннисные корты.

— Псих, — едва слышно выдохнула она.

— Я? — тут же в удивлении вскинул брови Иван, довольно глянув в окно.

Девушка проследила за его взглядом. За толстым бронированным стеклом поднимались клубы дыма. Судя по тому, что на такой высоте ветер не успевал сносить их в сторону, взрыв произошел уровнем или двумя ниже.

— Мы, сестренка, — вдруг жестко отрезал мужчина, вновь вдавливая Алену в стену. — Мы!

Глаза девушки широко распахнулись. Теперь ей стало ясно, к чему родич несколько лет собирался «совместные фото».

— У тебя не выйдет, — выдохнула она пересохшим ртом. — Это…

Волконская покосилась на рассыпавшиеся по полу яркие фотографии.

— … Вообще ничего не доказывает!

— Конечно, нет! — продемонстрировал безумную ухмылку Иван, присев на корточки и взяв в руки одно из фото. — Даже то, что ты проводила столько времени в Архиве, ничего не доказывает?