Волконский остановился.

Это политика. Остальное — мелочи.

— Я полагаю союзный договор действующим, — просто ответил Павел.

Иннокентий Степанович виду не подал. Слишком уж хорошо держал себя в руках. Однако по мельчайшим изменениям моторики молодой человек понял, что собеседник чуть расслабился.

— Что ж, господин Волконский, — подытожил Салтыков. — В таком случае нам остается лишь официально зафиксировать, кто именно победил в нашей «войне», и определить пропорции возмещения ущерба.

Парень кивнул. На фоне прошлого вопроса такие мелочи действительно казались несущественными. Но необходимыми.

— Полагаю, для конфиденциальности уже нет причин, — спокойно ответил Павел.

Иннокентий Степанович солидно кивнул.

— Тогда позвольте пригласить вас на обед. Полагаю, что остальные вопросы можно решить и за столом.

Стола не было.

Вообще.

Зато имелся мангал, шампуры и заготовленное заранее мясо и овощи с «зеленушкой» на салат. А также целых три добровольных помощника: Настя, Валентина и Сергей.

— Нет-нет, сидите, гости дорогие, — поднял руку Павел, едва Иннокентий Степанович подался к жарящемуся на углях мясу.

Салтыков-старший, у которого на неудобном туристическом табурете просто затекла нога, застыл на месте. В голове у мужчины взорвалась вакуумная бомба. В рамках одной черепной коробки просто не умещалось дикое предположение, что ГЛАВА КЛАНА может изъявить желание пожарить на всех ароматные куски говядины.

Однако в руки он себя взял быстро.

— Как скажешь, Павел Анатольевич, — кивнул владыка как можно естественнее.

Краем глаза Волконский наблюдал за «связником». Тот смотрел только на своего сюзерена. «Ну что я говорил⁈» — буквально кричали его глаза.

— Девочка, налей мне, — потребовал мужчина, чтобы дать себе паузу на адаптацию к новой реальности.

Мышь, широко улыбнувшись, подхватила один из термосов и мягко шагнула к покосившегося на главу Ветви Волконских. Молодой человек, казалось, никакого внимания на небрежно перехваченные резинкой яркие волосы не обращал. Зато не без удовольствия бросил пару раз взгляд на открывающийся из расстегнутой фактически до пупа легкой обтягивающей кофточки.

— Прошу вас, — протянула нимфеточка стальной стакан с ханьским взваром Салтыкову.

Тот прислушался к напитку. Ощущения были… потрясающими. Тонкий сложный аромат с оттенками летних садовых фруктов и легкой медовой ноткой. Содержимое стаканчика явно сильно контрастировало с «упаковкой». В лучшую сторону.

Иннокентий Степанович вдохнул еще раз и убрал так контрастирующий с элитным чаем стакан от лица.

— Не стесняйтесь, — улыбнулся Павел, прекрасно понимая затруднения союзника.

Принять мысль, что можно что-то съесть или выпить без многокомпонентной проверки службы безопасности, было нелегко. Он-то как-то сразу «вкатился». А вот Светлана признавалась, что некоторое время было непросто. Выходом оказался портативный детектор, собранный артефакторами «РитРос». Однако же через месяц она отказалась от использования амулета. Но вложенные в его разработку усилия окупились. Сторицей. Изделие ушло в серийное производство.

И да, на переговорах обязательно готовят богатый стол. Чтобы выразить символическое уважение собеседнику. Но никогда не едят. Чтобы вопрос не решился посредством ухода одной из сторон диалога. Из жизни.

Салтыков глянул на молодого собеседника. Во взоре его мелькало даже не подозрение, а, скорее, непонимание.

— Обратимся к логике, — предложил Павел, принимая стаканчик из рук Мыши. — Спасибо, Насть… Так вот, если бы я действительно имел намерение навредить вам, то делать это на территории СИБ в присутствии майора имперской безопасности…

Валентина на миг оторвалась от мангала и махнула рукой. Иннокентий Степанович бросил взгляд на «связника». Тот обреченно кивнул.

— … И представителя государевой канцелярии…

Теперь улыбку Салтыкову подарила и та самая разбитная деваха, разведя руками. От этого простого движения края кофточки едва не разошлись в стороны, обнажая все природные богатства сотрудницы одного из самых мрачных и закрытых подразделений империи.

— … Было бы просто глупо, — завершил свою мысль Павел, и тут же добавил. — Здесь и сейчас самое безопасное место. Так подставиться перед СИБ не рискнет никто. А если «местные» готовы позволить этому случиться, то тебя не спасет уже ничто.

Иннокентий Степанович задумался. Мыслей было много. Но навык брать разум под контроль мгновенно был отточен десятилетиями.

— Ты прав, — наконец признал он. — Звучит логично.

Волконский только руками развел с видом самым простецким. В который, правда, все равно никто из присутствующих не поверил.

Глоток чая стал подтверждением слов Салтыкова.

Он аккуратно поднес к губам стальной стаканчик и сделал небольшой глоток.

— Прекрасно, — оценил Глава через несколько секунд, уже почти без удивления наблюдая за тем, как Сергей Волконский, член правящей Семьи Великого клана собственноручно и довольно ловко нарезает салат.

— Старый Лис знает толк в хорошем чае, — кивнул Павел.

Иннокентий Степанович едва не поперхнулся. Благородный напиток вдруг устремился «не в то горло». Но он все же справился с ситуацией.

— Речь о главе КПГК, полагаю? — уточнил владыка.

— Да. Вы знакомы лично?

— Не имел чести, — ровно ответил Салтыков.

— Полагаю, скоро у вас появится возможность, — решил Павел. — Судя по выводам моих аналитиков, инициаторы удара по нашим кланам имеют ханьское происхождение.

Иннокентий Степанович задумался.

— Не думаю, что господин И-и будет готов выступить на нашей стороне. Он практически не идет на контакт с кланами и аристократией.

Волконский пожал плечами. Переубеждать собеседника он смысла не видел. А потому сделал самое логичное: стащил с методично наполняемой Сергеем тарелки полоску болгарского перца и с удовольствием «хрустнул» им.

Отчего-то этот звук заставил Салтыковых натурально вздрогнуть. От неожиданности.

— Вернемся к этому вопросу позже, — предложил Павел, тщательно прожевав «добычу».

Хмурый взгляд Сергея он предпочел игнорировать.

— Вернемся к нынешней ситуации, — предложил молодой человек. — Подведем итоги нашего «противостояния». Полагаю, будет уместно оформить ничью. В мою пользу.

Иннокентий Степанович задумался. Ненадолго. Он ожидал заявления худших стартовых позиций для дальнейшего сближения к общему решению.

— Это не элемент торга, — мягко сообщил Павел и, сделав еще глоток из своего стаканчика, продолжил. — Это моя позиция. Кроме того, Салтыковы возмещают все затраты, возникшие в ходе имитации боевых действий и сопутствующий ущерб. Война заканчивается по примирению сторон.

Ефим Борисович стремительно подался вперед. Возможно, «представитель» даже хотел нечто резкое. Однако он тут же осекся под кинжальным взглядом Главы. Убедившись, что родич «остыл», Иннокентий Степанович по примеру Павла подхватил с тарелки под тяжкий вздох Сергея такой же кусочек перца и тщательно его прожевал.

— Так не делается, Павел Анатольевич, — спокойно заявил он.

И не сразу понятно было, имеет ли владыка в виду порядок ведения переговоров или в целом союзнические отношения.

Волконский кивнул. Замечание было справедливо. В обоих случаях.

— Пока я говорил лишь о своей позиции, — вкрадчиво сообщил он. — Несоблюдение этих пунктов для меня станет исключающим дальнейшие переговоры условием.

Да, в будущем Салтыковы могут стать союзниками. И они стали жертвами провокации «хунхузов», если верить Ли Вэйминю. Однако пока стоило помнить, что началу нынешнего противостояния, а затем и совместной работы по выявлению угрозы, стала попытка убийства его женщины. И забывать об этом не следует.

— Пока условия выглядят как требование принять весь ущерб на себя, — прокомментировал Ефим Борисович.

Он старался сдерживаться. И даже вполне успешно. Но скопившееся напряжение из-за «бросившего родича» Волконского нет-нет да и пробивалось наружу.