— А кто ненормальный? — спросила Вандалка.

— Мы, — усмехнувшись, ответил я. — КДшников ждёт немного другой порядок. Поначалу всё будет точно так же — фильтрация, оформление и распределение в жильё, а вот дальше начнётся боевая подготовка. Сначала теория и практика, а затем тренировочные рейды с сильными КДшниками, чтобы набить левелов и гармонично прокачаться. Взамен требуется лишь одно — беспрекословное подчинение командованию. Если будете играть по правилам и окажетесь полезными, всё у вас будет, а если начнёте ебать вола и заниматься хуйнёй, то не ждите поощрений и утешительных призов. Всё просто и понятно. Всё ведь просто и понятно?

— Да, — подтвердила Вандалка.

— Ну и всё, — заключил я, после чего подтянул лямки рюкзака. — Ауфидерзейн, херры и херрухи!

*Российская Федерация, Республика Дагестан, город Махачкала, 17 декабря 2027 года*

Я решил не тратить время зря и пробежал через весь город в полной тьме, в чём сильно помогло ИК-зрение.

Вопреки моим ожиданиям, тут нет никаких признаков разумной жизни, хотя они должны были быть, хоть какие-то.

Но факт — тут всё точно так же, как и в остальных безнадёжно мёртвых городах. Признаки мародёрки есть, но это старая мародёрка, бездумная и основанная на алчности — пытались вывозить всё, что можно.

А потом кто-то пытался наводить порядок, в меру своего разумения — на улицах обильно рассыпаны гильзы, а на некоторых человеческих костях есть следы пулевых переломов.

Только вот даже после самых масштабных зачисток всегда остаются выжившие, которые продолжают жить в городе, так как он — это богатый источник еды, воды, оружия, боеприпасов и медикаментов.

Но тут никто не живёт и всерьёз здесь ничего не разграблено, что очень и очень подозрительно.

«Даже такие, как я, КДшники-разведчики, должны были, рано или поздно, добраться досюда», — задумался я. — «Тут сразу понятно, что место благодатное — можно вывозить отсюда десятки тонн лута в течение месяцев… Почему, блин, никто этим ещё не занялся?»

Я не верю, что у всех вокруг ситуация, как в Кизляре — статистически невозможно, чтобы везде была такая же ситуация.

Среди людей довольно-таки часто встречаются смелые, везучие и умелые — кто-то должен был стать сильным КДшником и подмять под себя местные земли.

Внезапно, мне по башке что-то ударило с невероятной силой и я врезался лицом в асфальт, не успев выставить руки.

— Блядь! — выкрикнул я и совершил рывок из лежачего положения.

Пролетаю около семидесяти метров и врезаюсь в ржавеющий ПАЗик. Это было очень больно, но ПАЗик пострадал сильнее — его левый борт вмялся где-то на полметра.

Встряхиваю голову и выбираюсь из автобуса, чтобы поскорее обнаружить врага и уничтожить его.

Но рядом нет никого — шоссе абсолютно свободно от всего живого.

Это навело меня на мысль, что это какая-то летающая тварь.

«Да, это всё объясняет — она шарахнула по мне с пикирования, прямо по башке!» — осмыслил я случившееся.

Левой рукой щупаю шлем и обнаруживаю на нём глубокие и длинные бороздки от когтей. Всё верно понял — какая-то пернатая тварь решила ваншотнуть меня мощным ударом в череп.

Вскидываю «Печенег» и начинаю крутить головой на 360 градусов, чтобы обнаружить летающую тварь.

Но ИК-зрение не даёт практически ничего — небо монотонно холодно.

Переключаюсь в комбинированный режим, и красок становится чуть больше.

Наконец, я увидел эту тварь, благодаря очень слабому поляризованному свету.

В последние месяцы я стал сильно уходить по астрономии — не астрологии и прочей поеботе, а по астрономии. Мне стало важно знать, какая сейчас фаза Луны, потому что я установил, опытным путём, что в полнолуние отражённый от Луны свет практически не поляризуется, а в первую и последнюю четверть его поляризация достигает максимума.

У меня в голове накрепко засел лунный календарь, со всеми ебучими фазами и датами, поэтому я знаю, что сегодня фаза убывающей Луны — не шоколад, но уж получше, чем полнолуние.

Я ведь специально выкатил в рейд именно в эти даты, чтобы в Баку оказаться на пике — на последнюю четверть Луны. Тогда поляризованного света от Луны будет максимум, что повысит мою эффективность ночью.

«Ох, какой же ты урод…» — рассмотрел я парящую в ночном небе птицу.

Судя по сохранившимся «перьевым ушам» на башке, я идентифицирую эту птицу, как филина — это гигантская тварь, размером с обычную рысь, но с большими крыльями, длинными серпообразными когтями на лапах, и с мощным круто загнутым клювом.

Он потерпел неудачу со шлемом «Алтын», достойно выдержавшим сокрушительный удар, но теперь планирует, сука, вокруг, наблюдая за моими движениями.

О совах мне известно одно — они и до зоошизы летали бесшумно, потому что эволюционно развили особое оперение, гасящее всякие завихрения воздуха, способные дать звуковой эффект.

После зоошизы им было бы логично развивать это преимущество дальше и они это сделали: в ИК-спектре филин абсолютно невидим — поэтому я не смог зафиксировать его. Если бы не поляризационный режим в составе комбинированного режима…

Вскидываю «Печенег» и открываю огонь по филину.

А тот лишь отклоняется и улетает подальше — он будто бы знает, что у человеческого оружия есть ограничения по эффективному огню.

«Кажется, я сделал хуйню…» — осознал я. — «Теперь все окрестные филины знают, что я здесь…»

Разворачиваюсь и начинаю бег. Нужно убраться из города поскорее — если тут хотя бы десяток таких пташек, то мне крышка.

Да, я боюсь птиц, признаю, но этот страх очень даже обоснован — слишком уж ярки воспоминания о боли и унижении, о которых я не могу подобрать слов, чтобы описать их в своём дорогом дневнике…

А если смотреть прагматически, то у меня нет против птиц практически нихуя.

Пристрелить? Это даже не смешно, потому что они слишком хорошо владеют собой в воздухе и им нетрудно применять изощрённые манёвры, снижающие шансы на попадание до околонулевых значений.

Использовать способности? А какие, блядь, например?

Нет, у меня есть только один вариант — смыться подальше и побыстрее…

Кручу башкой, почти как филин, внимательно рассматривая небеса, и мне сразу же воздаётся — новая птица уже пошла в пикирование и только благодаря рывку в сторону я сумел разминуться с ней на десяток сантиметров.

Раздался звон, какой может звучать только при быстром и сильном контакте металла с асфальтом. Разворачиваюсь на полкорпуса и даю длинную очередь в замедлившегося филина.

Фиксирую, что минимум одна пуля попала в него, но это не помешало ему совершить резкий манёвр и отлететь на сотню метров.

Пытаюсь «догнать» его продолжением очереди, но он проявляет чудеса манёвренности и скрывается за двухэтажным кирпичным коттеджем. Похоже, что ранение оказалось серьёзным, раз он решил спрятаться, а не подняться повыше.

Первый филин, как и прежде, находится на господствующей высоте и всё ещё поджидает благоприятный момент.

«Я думал, что моей главной проблемой в будущем станут, всё-таки, не птицы, а дроны-камикадзе…» — подумал я.

Нарк делился информацией о том, что в Питере в моду вошли манёвренные микродроны-камикадзе, оснащённые 100–150 граммами взрывчатки. Это какая-то новая разработка, точно не гражданская — возможно, питерцы налутали это где-то на западе.

Вот и думал я, что если настанет тот день, когда мы закусимся с питерцами, а это более чем вероятно, рано или поздно, то против нас будут применять что-то такое.

Но вот, сука, неожиданность — филины!

Разгоняюсь до, примерно, 95–100 километров в час, из-за чего лобовое сопротивление резко возросло и начался перерасход килокалорий. Ничего с этим не поделать, потому что всякое тело имеет определённую степень парусности, но я частично компенсирую это наклоном туловища, как Наруто.

Это мой предел, на данный момент, но такой скорости слишком мало, чтобы оторваться от птиц — даже вороны, даром, что идейные падальщики, развивают сейчас скорость под 200–250 километров в час…