*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 20 декабря 2027 года*

Сижу в коридоре возле медблока и рассматриваю выбор способностей.

Надо либо усиливать имеющуюся способность, либо выбирать что-то из трёх. Решение предопределит, надо ли мне подвергаться всем тем унижениям и оскорблениям человеческого достоинства, которые заготовлены для меня у наших медиков…

У меня не было выбора, поэтому я влил 3 очка характеристик в «Объём» — все остальные характеристики достигли капа, а «Энергетический уровень» я повысить не мог, так как нужно было 10 очков характеристик.

— «Терморецепторное дермальное картирование»

Описание: мутация специализированных терморецепторов в коже и под кожей формирует примитивную тепловую карту окружающей среды.

Эффект: на 18 минут позволяет ощущать тепловые сигнатуры живых существ и нагретых объектов на расстоянии до 45 метров.

Расход: 415 килокалорий за активацию.

Примечание: эффективность определения сигнатур достигается только при разнице температур не менее 3°C. Яркое солнце или сильный ветер сильно снижают точность.

Это классический пример охренительной способности, которая мне в хер не упёрлась. Нетрудно предположить, что по мере прокачки это позволит определять наличие тепла на большом расстоянии на 360°, но у меня есть апексное зрение, дающее не только ИК, но и другие спектры.

«Будто бы оверкилл», (1) — подумал я. — «Хотелось бы чего-нибудь поинтереснее и полезнее».

— «Протеазная экзосекреция»

Описание: модифицированные апокриновые железы в ладонях и предплечьях синтезируют концентрированный протеолитический фермент.

Эффект: при касании или коротком плевке до 2,5 метров секрет вызывает локальное разъедание органических тканей и лёгких синтетических материалов в течение 35–46 секунд.

Расход: 335 килокалорий за активацию.

Примечание: неэффективно против металла, керамики и толстой брони. При попадании на собственную кожу вызывает слабое раздражение.

Это неплохо, но не очень убедительно. Если выбирать между анлимитэд пауэром и этим — ну, анлимитэд пауэр делает по всем показателям.

— «Миофасциальная ударная амортизация»

Описание: временная гиперплазия и перестройка коллагеновых и эластиновых волокон в фасциальной системе создаёт упругую амортизирующую матрицу между мышцами и кожей.

Эффект: на 19 минут повышает сопротивление тупым ударам, ушибам и кинетическому воздействию, распределяя и гася энергию удара по большей площади тела и снижая вероятность внутренних кровоизлияний на 52–63%.

Расход: 688 килокалорий за активацию.

Примечание: снижает общую подвижность на 12–15% из-за повышенной жёсткости фасций.

— А вот это уже интересно… — произнёс я.

Причина, по которой я вынужден тащить на себе десятки килограммов брони — это потому что внутри я до сих пор очень мягкий и ранимый. И судя по тому, сколько раз меня пытались уронить с высоты всякие птицы, это видно невооружённым глазом.

Атакующая способность — это, конечно, хорошо, но у меня уже есть одна, причём очень хорошая, а вот повышение прочности организма — это прямо мощный буст моей боеспособности.

Это очень похоже на первую способность Профа — у него тоже это как-то связано с фасциями, но я не помню подробностей.

В любом случае, если эта способность поможет мне не разбиваться, как Шалтай-Болтай, падая с высоты, то надо брать.

Мне остро не хватало защитной способности, чтобы получить то, что Щека любит называть «Золотой триадой»: сенсорная, атакующая и защитная способности.

Вообще, раньше мне попадались рандомные защитные способности, но историческая необходимость вынуждала меня усиливаться.

Сейчас, та же самая историческая необходимость, подталкивает меня к усилению рывка до апекса, но теперь это не горит, поэтому я склонен выбрать что-то новое, чтобы не рисковать.

«Готов поставить всё своё состояние на то, что если я усилю рывок до апекса, следующий выбор предоставит мне отборное говно», — подумал я. — «А так, у меня есть иллюзия контроля… В любом случае, до апекса можно усилить и в следующий раз».

Поднимаюсь со скамейки и захожу в медблок.

— Здравствуйте, Анна Робертовна, — приветствовал я старшую медсестру. — Я хочу выбрать новую способность — анализы какие-то будете проводить?

— Здравствуй, Костя, — ответила она. — Разумеется, будем. Но придётся немного подождать — я позвоню в НИИ и тебе, скорее всего, нужно будет сходить туда.

— А чего не здесь? — нахмурившись, спросил я.

— Учёных особенно интересуют новые способности, — объяснила Анна Робертовна. — Они проводят всесторонние исследования и очень ценят высокоуровневых КДшников, выбирающих новые способности.

— Всё, понял, — сказал я. — Тогда ждём…

Она связалась с НИИ, поговорила с ними о чём-то несколько минут.

НИИ расположился в Волгоградской областной клинической больнице № 3, которую переделали под их особые нужды — большую часть палат превратили в кабинеты для специалистов, а в подходящие помещения установили диагностическую аппаратуру.

Но до НИИ придётся идти около четырёх километров с лишним…

— Можешь отправляться, — сообщила мне старшая медсестра. — Тебя уже ждут.

— Ага, отлично, блин… — ответил я. — Рад был увидеться.

Аркадий Львович, который доктор медицинских наук и специалист со стажем, почти вдвое превышающим мой возраст, крайне недоволен тем, что ради КДшников оставили пункт в «Хилтоне» — по его мнению, это всё нихрена не шутки и исследовательский процесс должен полностью проходить на территории НИИ когнитивных девиаций.

Мне нет дела до всех этих внутренних пертурбаций, но я считаю, что надо было реализовать всё в областной детской инфекционной больнице, которая тут рядом, через дорогу от «Хилтона»…

Только вот эта идея не понравилась Аркадию Львовичу, но ещё больше она не понравилась Профу, который видит в ВОДКБ место под расширение медицинской помощи для нормального населения.

«И в связи с этим, ебанутому населению приходится пилить по четыре километра, блин», — подумал я с негодованием.

Мы, конечно, практически не устаём, но неприятно — организовали бы хоть транспорт, чтобы я мог помять жопой сиденье и предаться грустным мыслям о великом, пока еду…

Одно хорошо — уровень опасности в черте города понижен до минимального, поэтому больше не нужно ждать, пока перед тобой откроют ворота.

А вот этот момент, с тем, что жить в Волгограде стало безопаснее — это очень приятно.

Чувствуешь невольно, что это дом. Тут безопасно, тепло, есть свет и вода, а самое главное, что тут живут люди, которые принимают тебя.

Мало кто в этом мире имеет такое — сейчас даже наличие света и воды дома считается невероятной роскошью. А уж об отоплении я вообще молчу.

Где-то там, за железобетонными стенами и линиями колючей проволоки, выживают люди, которые уже давно не пользовались электричеством и не имеют доступа к водопроводной воде. А греются они от костров или в многослойной тёплой одежде.

«Интересно, а как быстро наше население начнёт охуевать?» — задался я вопросом. — «Всё это же у нас даётся бесплатно, коммуналку никто не платит, а ещё у нас кормят абсолютно бесплатно, а деньги люди тратят на всякие ништяки. Да, ништяки за оверпрайс, конечно, но минимальные потребности закрыты надёжно».

Я думаю, у некоторых сейчас жизнь лучше, чем была до зоошизы. Например, я знаю пару человек, которые до зоошизы выживали в малонаселённых сёлах — там условия были сильно хуже, чем у нас сейчас.