Куда они убрались — это вопрос больше философский, нежели практический, потому что они могли смыться куда угодно.

Думаю, они рванули в аэропорт, чтобы сесть на свои охуительные частные джеты (1) и улететь на Мальдивы или на Канары, чтобы подальше от всех этих вот, ну, этих самых…

«Как там это называется?» — задался я вопросом. — «Быдло? Нет. Холопы? Тоже нет. Смерды? Сиволапые? Челядь? Не, не то… А! Вспомнил! Народ! Да-да, народ!»

Наверное, эти несчастные долбоёбы, улетевшие на своих джетах навстречу благодатному пёрфект лайфу на тропических островах, потом очень сильно пожалели.

Я не хочу даже представлять, какие твари полезли из глубин океана…

— Акулы с четырьмя лапами, сухопутные дельфины, гигантские морские черепахи, выжирающие по поселению за вечер — страшно даже предполагать, блин, — произнёс я.

Если местная «нищета», действительно, подалась на изолированные тропические острова, то я им даже, в какой-то степени, сочувствую.

Солнце взошло, света стало много, особенно поляризованного, а это значит, что пробил час — пора идти в порт, чтобы примерно оценить запасы топливных цистерн.

«Особое внимание уделять дизелю», — припомнил я инструкции Ронина. — «Бенза — это хорошо, но не в приоритете».

Вообще, мне нравится этот город — даже несмотря на заброшенность и постепенное ветшание, он всё ещё сохраняет свою красоту. Наверное, будет разумным решением основать тут опорную базу, чтобы вывезти отсюда максимум ценностей.

А уже потом, когда опорник расширится и окрепнет, можно будет подумать о постоянной базе, с многочисленным населением…

Покидаю «долину нищих» и двигаюсь строго на юг, по проспекту Азадлыг.

На пересечении с улицей Аббаса Саххата обнаружилась автомобильная баррикада, которую кто-то пробил с помощью инкассаторского броневика.

Броневик въехал в витрину магазина одежды, расположенного на первом этаже многоэтажки, а затем там что-то загорелось, но пожар никто не стал тушить, в результате чего первый этаж выгорел полностью.

«Так, мне нужно добраться до местного Хилтона, а там свернуть налево, на проспекте Нефтяников», — скоординировал я себя, сверившись с картой. — «Это примерно три километра».

На улицах абсолютно пусто, но зато я вижу некоторое количество следов. УФ-спектр показывает маршруты движения каких-то мелких существ, чьи отпечатки напоминают крысиные.

Один из маршрутов оборвался прямо посреди улицы и по сторонам от последних крысиных следов я сумел рассмотреть странный отпечаток.

Ну, тут всё понятно — крыса-мутант бежала по своим делам, но была замечена ночной птицей и сразу же уничтожена. В напоминание остался только кусочек кала в паре метров впереди и отпечаток крыльев.

«Совы ебучие», — с уверенностью подумал я. — «Эти твари живут везде, даже у нас, но у нас их мало и они не лезут в город».

А тут, явно, произошло что-то неправильное, некий сдвиг «баланса», из-за которого сухопутных зверей практически нет, а заправляют всем пернатые уёбки всех мастей.

«Значит, я правильно сделал, что не пошёл ночью — предыдущих филинов мне хватило по горло», — пришёл я к выводу. — «Если филины и прочие совы орудуют ночью, то кто-то должен занять дневную смену. Орлы? Беркуты? Неважно кто. Если плотность популяции орлов или беркутов тут такая же, как у границы, то здесь живут, максимум, две-три особи».

Повсюду высотки и плотная застройка, поэтому мне не составит труда разобраться с местным властелином воздуха — так я захвачу этот город. Ну, на светлое время суток.

«А с филинами и прочими пернатыми скотами нужно будет что-то делать», — задумался я. — «Возможно, есть смысл привезти сюда Щеку, чтобы он пострелял. Он такое любит».

Один из немаловажных факторов, почему небо над Волгоградом относительно безопасное — это он, мой припизднутый друг. Щека любит систематически постреливать по птичкам, лёжа на шезлонге или сидя на краю крыши. Но обязательно, чтобы с сигарой в зубах и алкашкой в стакане.

Для Щеки это развлечение, а для Фронтира — усиленная общественная безопасность.

— Да ну нахрен… — прошептал я, увидев машину, стоящую припаркованной у кафе.

Это Rolls-Royce Cullinan, покрытый пылью, но прекрасно узнаваемый — машина из класса тяжелейшего люкса, стоившая в прекрасные дозоошизные времена в пределах 25–30 миллионов рублей. То была абсолютно неподъёмная для новокузнецкого курьера сумма, но мечтать-то мне никто не запрещал?

Иногда, в процессе доставки еды, я мечтал о том, что куплю, если разбогатею. Квартира в центре Москвы — куда можно было бы приводить моих шлюх, Роллс-Ройс Куллинан — чтобы было на чём возить моих шлюх, яхта метров 100 длиной — чтобы в неё точно влезли все мои шлюхи, а также частный остров где-нибудь в тёплых морях — чтобы устраивать затяжные вечеринки с моими шлюхами.

Как почти все, я был подвержен влиянию, оказываемому социальными сетями — успешный успех, завышенные стандарты, всё и сразу, здесь и сейчас, но, до знакомства с Фурой, я даже как-то не задумывался о том, на что именно нас программировали все эти гнусные и алчные пидарасы.

Фура жила той жизнью, которую старались выставить напоказ все эти проповедники успеха — вернее, она тоже выставляла напоказ, будто живёт именно так, типа сказочноебали, хэштег, лобстеры, сверхэффективный лайфстайл, с йогой и пилатесом, курсы личностного роста и так далее.

А реально она жила пусть и не бедно, но и не с таким размахом, который старалась показать своим подписчикам.

Казалось бы, а зачем?

А затем, что ей нужно было обосновывать неприлично большой чек на свои услуги спиритуалистически-наебательского характера…

Сейчас-то что греха таить? Она выложила всё: как раскручивалась, в какую целевую аудиторию била, как выпутывалась из ситуаций с осознавшими наёб клиентами и клиентками, где арендовала непомерно дорогие тачки и помещения для демонстрации «своего дома» и всё прочее.

Короче, как и очень многие вещи из нашей прошлой жизни, эта телега об успешноуспешном пёрфект лайфе оказалась бесстыдным и циничным скамом.

Из всех этих ебанатов, гоняющих на ламбах и загорающих на тропических пляжах, такой жизнью реально жили считаные единицы, а все остальные лишь очень правдоподобного изображали её.

Подхожу к моей наивной детской мечте, провожу ладонью по крыше, прислушиваясь к ощущениям. Технически, это уже моя машина, потому что я легко могу забрать её, и мне никто ничего не скажет, ведь некому предъявить на неё права.

Что я чувствую от осознания обладания этой машиной?

Да ничего — она нихрена мне не стоила и не значит вообще ничего.

Берусь за ручку и открываю заднюю дверь, которая тут открывается нетрадиционно, совсем не так, как нам наши деды заповедовали…

Внутри относительно чисто, потому что машина стояла закрытой.

Снимаю рюкзак и сажусь на водительское сиденье.

«Роллс-Ройс — управляй мечтой…» — подумал я, берясь руками за руль.

Смотрю, что тут и где лежит — поднимаю подлокотник, и это открывает мне вид на пространство между подлокотником и передним пассажирским сиденьем. И там я вижу ключи от машины.

«А мечты ведь, блин, сбываются», — промелькнула мысль и я вытащил ключи с помощью сапёрного щупа. — «Раз появилась такая возможность, почему бы не воспользоваться? Такие тачки встречаются далеко не каждый день».

Автомобильный аккумулятор, естественно, наглухо разряжен, но против бустера не попрёшь…

Разблокирую капот, вылезаю из машины и воспроизвожу заученный порядок действий по реанимации автомобиля.

Возвращаюсь в салон и нажимаю на запуск.

Стартер срабатывает и двигатель заводится — британское качество, ёптыть!

Дух экстаза выехал из своей ниши.

— Хе-хе! — хохотнул я.

Настроение резко улучшилось, я снял коробку с нейтралки и выехал на улицу.

Регулирую боковые зеркала под свой рост, а затем стучу ногтем по лобовому стеклу.

— Уау, блядь… — изрёк я, испытав позитивное удивление. — Так это же броня!