1600 / 2000

Удачи, игрок!]

О, и Система ещё раз решила напомнить, почему убивать неживых ублюдков не только полезно и правильно, по ещё и очень выгодно.

И, тут же:

[Опыт +50

1650 / 2000

Удачи, игрок!]

Жаль, опыта всё-таки маловато, хотелось бы побольше. Хотя бы по соточке за тварь, чтобы фармилось быстрее… Система будто услышала мои мысли. Едва перед глазами погасло последнее сообщение, она выдала ещё одно:

[Внимание, игрок!

Вы уничтожили пять некроконструктов!

Получено секретное задание:

Живое — живым, мёртвое — мёртвым

Повторяемое:

Уничтожьте ещё пять некроконструктов.

Основное:

Найдите и убейте некроманта. Нельзя позволить некровирусу эволюционировать и перейти в заразную стадию. Классы Хаоса — угроза Системе, но этот элемент необходим на пути возвышения.

Сражайтесь или падите!

Награда:

Вариативно

Удачи, игрок!]

М-да… Удача будет не лишней, кто бы спорил. Но мы и сами сделаем всё, чтобы не оплошать. Простой поход с разведкой портала как-то очень незаметно превратился в нечто большее, и от нашего успеха уже зависит ещё и противостояние с некромантом.

А Система в своём стиле. Вроде бы, вкидывает новую инфу, а на деле — лишь порождает миллион новых вопросов.

Некровирус, например. Я думал, природа зомби скорее паразитическая — имею в виду, что мёртвые тела меняет и поддерживает червь в позвоночнике. Как оказалось, не совсем. Есть некий вирус, и он может перейти в заразную стадию. Скорее всего, когда Доброслав достаточно прокачается.

Ещё и классы Хаоса. При том — «Хаос» с большой буквы.

Ладно, чего без толку башку ломать? Позже попробую обсудить это с Мурзиком. Пока же для меня в глобальном смысле ничего не изменилось.

Нельзя позволять тварям Доброслава зачистить портал. Нельзя позволить умереть последним подданным Милы. Нельзя просрать квест с закрытием портала и упустить секретик, запрятанный в озере. Пусть последнее и опционально.

Перехватив поудобнее топор, я двинул наружу.

Справа по коридору в самом деле обнаружилась лестница. Правда, Мила тихо поделилась, что спуск на первый этаж есть и в другом месте.

На ступеньках лежали два мёртвых мийю — воин в плаще, но без брони, и кошка в грубом платье. Сильно проще, чем у матроны наверху, похожее на одежды спартанских женщин: кусок ткани, что надевается через голову, а потом подпоясывается, оставляя голыми бока и бёдра.

Звуки боя отсюда слышались гораздо лучше.

Спустившись, мы оказались в залитом кровью коридоре. По левую руку от нас были дверные проёмы. Правда — без дверей, просто занавешенные циновками. И, надо сказать, проходить мимо них было стрёмно, я каждую секунду ожидал атаки.

Понятно, что зомби вряд ли будут сидеть в засаде, когда совсем рядом кто-то шумно сражается. Тут, скорее, мои старые воспоминания о городских боях всплыли. Любое неисследованное помещение — опасно. Любой непроверенный проём потенциально несёт смерть. И эти инстинкты из меня, наверное, уже никогда не вытравить.

Впрочем, и не надо. Жизнь у нас теперь такая, что быть параноиком полезно для здоровья.

Освещён коридор был, как и на втором этаже, лишайником. А вот из-за поворота направо в конце коридора лился тёплый и живой свет от пляшущего пламени. Шум с каждым шагом нарастал, а в конце коридора, практически у дверного проёма, лежали ещё два тела: воин мийю и порубленный на части вяло трепыхающийся зомбак.

Их мы аккуратно обошли — благо, ширина коридора позволила. Всё, звуки сражения уже совсем рядом. Впрочем, сначала я осторожно выглянул. Переть напролом не было ни малейшего желания.

Я обнаружил что-то типа тронного или, скорее, пиршественного зала. Куча охотничьих трофеев на стенах, выложенный камнем пол и даже гобелены с примитивным шитьём.

Зал занимал всю центральную часть дома как эдакий внутренний дворик — только накрытый крышей. Из своего положения я мог увидеть и второй, и третий этаж, огороженные перилами. И даже дыру в крыше на третьем ярусе — через неё открывшее путь зомбям бревно и прилетело.

Собственно, вся крыша третьего яруса была, по сути, потолком этого огромного зала.

Слева, в дальнем конце, было что-то типа алтаря с деревянными столбами-идолами на возвышенности. Справа обнаружились большие двустворчатые двери, запертые на два внушительных запора — выход наружу.

Бревно свалилось на огромный стол со столешницей из каменной плиты. На ней и догорало вместе с дранкой с крыши. Ту, что попадала на пол, кто-то успел оттащить от огня, чтобы избежать пожара. Не зря — местами на каменный пол свалились яркие оранжевые угли. Если бы все обломки крыши полыхнули, пламя могло бы дойти и до стен, охватив всё здание.

Неподалёку лежал мийю с проломленной головой. Судя по отсутствию плаща — кто-то из мирняка. Бедолаге, похоже, просто не повезло, и при падении бревна в него прилетел обломок крыши.

Размер зала сослужил мийю добрую службу — дым поднимался вверх, никак не затрудняя дыхание. О чём речь — мы на втором этаже даже запаха не почувствовали.

Зомби были по другую сторону стола от нас. Трое. И их напор неплохо так сдерживали два щитовика, занявшие дверной проём. Один орудовал копьём, держа тварей на расстоянии, второй работал по прорвавшимся поближе топориком.

Тандем у них сложился удачный — они обезглавили одного из зомби, ему же и ещё одному отрубили по одной руке. Проблема в том, что зомбям это особо не мешало, а перебить позвоночник хоть кому-то из них обороняющиеся пока не смогли. Зато, оба были ранены — и, в отличии от тварей, истекали кровью и медленно теряли силы.

Остаётся надеяться, что за спинами щитовиков прячутся мирные мийю. Если других выживших нет, дела совсем паршивы.

— Держитесь за мной, — бросил я Миле и Мурзику. Мало того, что с ними дети — у меня теперь ещё и квест на убийство зомбей. И нужно набить хотя бы ещё одну пятёрку. — В бой не вмешивайтесь, просто рубите руки и ноги.

Твари меня не видели, и это преимущество я решил использовать по полной. Выскользнул из-за стены, набрал короткий разгон — благо, шум боя и треск огня перекрывали звуки моих шагов — и запрыгнул на стол. Прыжок!

Зомби до последнего ни о чём не подозревали. Даже мийю, поглощённые боем, заметили меня в последний момент.

На ближнего ко мне мертвеца я обрушил колоссальной силы вертикальный удар. Тяжёлое лезвие из острейшего системного металла вонзилось в затылок твари и прошло сквозь всё тело, как раскалённый нож сквозь плавленный сырок.

Секира ударилась о камень пола, вышибив искры и осколки. Я торопливо вскинул её на высоту пояса и ударил горизонтально. Без замаха, но вложившись в движение всем корпусом и ногами.

Располовиненный зомбак ещё стоял на ногах, когда я перечеркнул его пополам в другой плоскости. На пол полетели отрубленные руки и две верхних четвертинки, я ударом берца подсёк ноги. Когти на деформированных ступнях — на зависть любому велоцираптору, но Мила и Мурзик их обязательно подровняют.

Я вскинул взгляд, позволив себе одно мгновение на оценку ситуации. Твари пока ещё не успели обернуться, а вот кошак с топором от шока вытаращил глаза. И смотрел он не на меня, а куда-то мне за спину.

Кто его так удивил? Вернувшаяся из похода Мила? Мурзик с огромной железякой в руках? Ещё узнаем, чего уж.

Я ринулся к следующему зомбаку.

У ублюдка не было головы, но это ему не помешало. Он успел меня заметить — чёрт его знает, как — и рванул назад. Но — напоролся боком на наконечник копья.