— Мы готовы к прыжку, мой князь, — сообщил Марк, сверяясь с данными на планшете. Его голос прозвучал довольно громко, нарушив тишину зала для совещаний.
Мы всё ещё сидели в зале, периодически перебрасываясь короткими фразами. Я чувствовал нарастающее напряжение — смесь предвкушения и тревоги перед грядущим боем.
— Яр, я хочу посмотреть, как работают твои автоматические стелс‑бомбардировщики в бою. Как раз есть возможность испытать, — я посмотрел на Яра, и в глазах моих читался неподдельный интерес.
В зале все притихли. Никто из присутствующих так и не видел демонстрации нового корабля — только слышал рассказы Яра. Все невольно подались вперёд, стараясь не пропустить ни слова.
— Их всего три корабля, — напомнил Яр, слегка нахмурившись. — Но испытать можно. Мне самому интересно. Возможно, потребуются доработки после первого боя.
— И можно сразу протестировать новую тактику для использования этих кораблей, — добавил Марк, оживившись. — Я подготовил несколько вариантов манёвров — они учитывают их стелс‑режим и высокую манёвренность.
— Отлично, тем более мы так и не поговорили подробно об этом. Значит, посмотрим, — я улыбнулся, чувствуя, как напряжение понемногу сменяется азартом. — Идём в штаб и прыгаем. Лететь нам пятнадцать минут.
Все встали и направились в штаб, тихо переговариваясь между собой за моей спиной. Разговор мгновенно оживился — люди обсуждали новые корабли, гадали об их возможностях, спорили о тактике применения.
Я шёл впереди, слушая эти разговоры. В груди нарастало знакомое чувство — предвкушение битвы. Пять минут до варп‑прыжка. Ещё пятнадцать минут до того момента, когда мы проверим в деле новое оружие — и узнаем, станет ли оно нашим козырем в этой игре сил и интриг.
— Внимание: до варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один, — известила система корабля голосом Яра.
На хронометре высветился таймер длительности прыжка: пятнадцать минут.
Я улыбнулся. С каждым разом мне всё больше нравились новые варп‑двигатели, сделанные Яром. Плавный гул, едва ощутимая вибрация корпуса. Если он сможет придумать, как установить такие варп‑двигатели на остальные корабли, мы в кратчайшие сроки сможем восстановить Империю.
В голове появились разнообразные мысли о том, что я буду делать, когда наконец объединю все эти Дома и кланы под своим правлением. Картины будущего сами собой возникали перед глазами: дипломатические приёмы в тронном зале, торговые пути, связывающие отдалённые системы, военные академии, где будут обучать новым тактикам, строительство новых кораблей‑колонизаторов и расширение заселённой части галактики. Я устрою третью волну колонизации… Я почти ощутил вес императорской короны — не как символ власти, а как ответственность за судьбы миллионов.
Мой взгляд утонул в варп‑туннеле. Теперь он был совершенно иным, нежели раньше. Сине‑фиолетовые цвета преобладали, переливаясь, словно гигантская шёлковая ткань. Мелкие молнии мельтешили повсюду, вспыхивая и гаснув в доли секунды. А сам туннель стал более насыщенным и плотным — он словно обволакивал корабль, защищая его в этом странном пространстве между мирами.
— Внимание: до выхода из варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один.
Голос Яра вырвал меня из раздумий и созерцания варп‑туннеля. «Стальная Берлога» прибыла в звёздную систему «Вершина Монблана».
По кораблю зазвучала пронзительная сирена, уведомляя о включении боевого режима. В штабе все офицеры моментально заняли свои места и занялись работой: пальцы замелькали над сенсорными панелями, голографические экраны вспыхнули множеством данных, замигали предупреждающие индикаторы.
— Тысяча километров до цели. Крупное соединение кораблей противника, — оповестил Яр. Его голос звучал предельно сосредоточенно.
Я посмотрел на тактический шар — там вспыхнуло множество красных точек, образующих боевую формацию в точке контроля выхода из варп‑прыжка по стандартным координатам варп‑маяка.
— Начинаем разворачивать нашу эскадру, — отдал приказ Марк. Его пальцы быстро забегали по панели управления флотом.
Офицеры штаба начали передавать приказы. Послышался характерный гул — пошла отстыковка крупных кораблей. Снова раздался ритмичный звук работающих стыковочных механизмов, сопровождаемый лёгкими вибрациями корпуса.
Наша эскадра вставала в боевую формацию. На тактическом шаре стали появляться зелёные метки наших кораблей — система автоматически обновляла данные по дистанции и векторам движения.
В этот момент на тактическом шаре появились три синих точки, двигавшиеся отдельно от основного строя.
— Синие точки — это наши стелс‑бомбардировщики, — оповестил всех Яр. Он слегка повысил голос, чтобы его услышали сквозь общий гул штаба. — Сейчас они в стелс‑режиме, и вы их не видите на голографическом экране. Поэтому я подсветил их на тактическом шаре, чтобы вы могли следить за передвижением кораблей.
Марк, изучив данные, добавил:
— Отлично, пусть идут в центр боевой формации противника — к линкорам и крейсерам.
Я внимательно следил за манёвром. Три маленькие синие точки на тактическом шаре приближались к боевой формации вражеских кораблей. Сердце забилось чаще — сейчас всё зависело от точности расчётов и надёжности стелс‑систем.
Как‑то незаметно в штабе управления флотом стало тихо. Абсолютно все следили за передвижением стелс‑бомбардировщиков.
— Бомбардировщики выйдут на позицию через девяносто секунд, — объявил Яр, нарушив своим голосом тишину.
Я вздрогнул от неожиданности и сжал подлокотники кресла. Всё шло по плану. Теперь оставалось только дождаться первого удара — и посмотреть, насколько хороша новая разработка Яра в реальном бою.
Стелс‑бомбардировщики вошли внутрь вражеской формации.
— До нанесения удара — три… два… один… Пошёл сброс протонных бомб, — сообщил Яр.
Я сразу перевёл взгляд на голографический экран, на котором Яр приблизил корабли противника. Спустя пару секунд начались взрывы.
Первый взрыв озарил космос ослепительной вспышкой — ярко‑алый шар мгновенно расширился, поглотив ближайший линкор. Корпус корабля треснул, словно тонкая скорлупа, и разлетелся на тысячи раскалённых осколков, которые разметало ударной волной во все стороны. За ним последовали новые взрывы — один за другим, словно чудовищный огненный ритм, сотрясающий само пространство. Протонные бомбы срабатывали в самом сердце вражеской формации, и космос превратился в адскую симфонию разрушения.
Очередной линкор исчез в гигантском шаре плазмы: его броня не выдержала чудовищного давления, корпус лопнул, обнажая внутренние отсеки, которые мгновенно вспыхнули, рассыпаясь снопами искр. Рядом содрогнулся крейсер — взрывная волна сорвала с него внешние модули, антенны и орудийные башни разлетелись, как щепки, а следом сдетонировали внутренние системы, превратив корабль в клубок огня. Фрегаты и эсминцы, оказавшиеся поблизости, затряслись от ударных волн: их корпуса покрылись трещинами, броню срывало, системы отказали, и корабли начали беспомощно вращаться в пространстве, теряя форму и целостность. Тяжёлые истребители, находившиеся рядом с крупными кораблями, вспыхивали, как спички — каждый взрыв поблизости вызывал цепную реакцию: топливные баки и реактивные ускорители детонировали, превращая машины в миниатюрные солнца, которые тут же гасли в холодной пустоте космоса.
Обломки всех размеров — от гигантских секций корпусов до мельчайших фрагментов обшивки — разлетались во все стороны, сверкая в свете новых взрывов. Некоторые фрагменты, подхваченные ударными волнами, на огромной скорости врезались в соседние корабли, нанося дополнительные повреждения. На тактическом шаре красные метки начали гаснуть одна за другой — быстро, почти мгновенно. Вражеская формация рассыпалась за считанные секунды: уцелевшие корабли хаотично метались, теряя строй, пытаясь уклониться от новых ударов, но многие из них уже были повреждены и двигались рывками, оставляя за собой шлейфы газа и обломков.
Яр сухо произнёс:
