Я вздохнул и выдохнул, унимая дрожь в руках, которая появилась незаметно для меня, и направился к выходу из зала, решив сходить на тренировку.

Следуя в каюту, переодеваясь и направляясь в тренировочный зал, я всё время думал. Линкоры однозначно были приготовлены для «Стальной Берлоги», но что заставило их резко сорваться с места и уйти от границ бунтующего барона? Вряд ли они обнаружили стелс‑разведчик — тут что‑то сильно другое. И чем больше я думал, тем сильнее приходил к мысли: Валуа узнали о нашем с Аурелией плане.

В голове крутились возможные источники утечки: кто‑то из моего ближайшего окружения мог передать информацию; агенты Валуа перехватили наш разговор с Аурелией; Фердинанд не послушал Аурелию и связался с Валуа, всё им рассказав.

Я вошёл в тренировочный зал. Помещение было почти пустым — только двое младших офицеров отрабатывали приёмы ближнего боя у дальней стены. Я подошёл к стойке с тренировочным оружием и выбрал облегчённую копию штурмового меча.

Включив режим средней сложности на симуляторе, я занял позицию. Голографический противник замер в боевой стойке.

«Если они узнали о нашем плане, — думал я, отражая первый выпад, — значит, сейчас они готовят ловушку, из которой мы точно не выберемся». Лезвие штурмового меча свистнуло в воздухе, встречая атаку.

Удары сыпались один за другим. Я парировал, уходил в сторону, контратаковал, чувствуя, как мышцы разогреваются с каждым движением. Мысли не отпускали:

«Если там будет ловушка, то надо предупредить Оболенских. Мстислав должен знать, что его эскадра может оказаться под ударом».

Симулятор повысил сложность. Противник стал быстрее, комбинации ударов — сложнее и непредсказуемее. Я сосредоточился на движениях, синхронизируя дыхание с ритмом боя, но мозг продолжал анализировать ситуацию:

«Нужно проверить каналы связи. Яр должен провести аудит всех коммуникаций за последние трое суток. И надо ускорить разведку: Каэль и Георгий должны дать точные данные как можно скорее. Каждая минута на счету».

Завершив тренировку, я отключил симулятор. Дыхание было тяжёлым, мышцы слегка дрожали от напряжения, но разум прояснился — хаос мыслей сложился в чёткую схему действий. Я вытер пот со лба и направился к выходу из тренировочного зала.

По дороге в каюту я мысленно обратился к Яру:

— Яр, срочно проведи полный аудит всех наших коммуникаций за последние трое суток. Я хочу точно знать, что никто из моего окружения нас не предал.

— Ратибор, вся связь на этом корабле под моим контролем. Я тебя уверяю, никто не передавал информацию на сторону, — отозвался Яр. Его голос звучал уверенно, почти успокаивающе.

— Спасибо, Яр, — я облегчённо вздохнул. Напряжение, сковывавшее плечи, немного отпустило. Хотя бы тут факт предательства исключён — я могу спокойно доверять своим людям. — И ещё, — добавил я, ускоряя шаг, — свяжись с Каэлем и Георгием, как только они выйдут из варп‑прыжка. Нам срочно нужно понять, куда движется эскадра линкоров и что сейчас происходит в системе «Звёздный Перекрёсток».

— Будет сделано, — коротко ответил Яр.

Я кивнул, хотя Яр этого не видел — а может, и видел через свои сенсоры, установленные по всему кораблю.

Вернувшись в каюту, я снял тренировочный костюм и направился в ванную. Уже собрался встать под душ, но потом передумал. Налил воду в джакузи, добавил ароматическую соль с запахом морского бриза и включил гидромассаж.

Пульсирующие струи воды мягко массировали уставшие мышцы спины и плеч. Тёплая вода обволакивала тело, снимая напряжение после тренировки. Дыхание постепенно выравнивалось, а хаотичные мысли, крутившиеся в голове, начали утихать. Я откинул голову на мягкий подголовник, закрыл глаза… и не заметил, как уснул.

Проснулся я от нежного прикосновения — чьи‑то пальцы легко коснулись моего плеча. Резко распахнув глаза, я увидел склонившуюся надо мной Аврору. Её волосы рассыпались по плечам, а в глазах читалась тревога, смешанная с заботой.

— Ты спал так крепко, — тихо сказала она, слегка улыбнувшись. — Я несколько минут не решалась тебя разбудить.

Я приподнялся, опираясь на бортик джакузи:

— Сколько я проспал?

— Почти два часа, — Аврора присела на край ванны.

«Яр, есть новая информация?» — мысленно обратился я к своему другу.

«Нет, самое раннее — через два часа. Стелс‑разведчики ещё в варп‑прыжке», — ответил Яр.

Я улыбнулся и протянул руку к Авроре:

— Не хочешь присоединиться? У меня в запасе есть пара часов.

Аврора улыбнулась и стала раздеваться.

Спустя два часа я вместе с Авророй шёл по коридору в сторону зала для совещаний, намереваясь пообедать, а потом дожидаться там новой информации. Мягкий свет потолочных панелей мягко освещал путь, а приглушённый гул корабельных систем создавал едва заметный фоновый ритм.

Перед самым входом в зал мы встретили Женевьеву. Она стояла, прислонившись к стене, с планшетом в руках — пальцы нервно постукивали по экрану.

— Она не отвечает, — выпалила Женевьева, едва завидев нас. — Я начинаю переживать. Аурелия всегда отвечала на мои сообщения.

Я обменялся взглядом с Авророй. В груди шевельнулось недоброе предчувствие.

— Может, она занята и не может ответить? — спросил я, хотя сам понимал глупость этого вопроса.

— Нет, — Женевьева сжала планшет так, что побелели костяшки пальцев. — За почти шесть часов она могла найти время написать короткий ответ. С ней что‑то случилось, — на глазах Женевьевы появились слёзы.

Аврора тут же подошла к ней и приобняла за плечи:

— Мы что‑нибудь придумаем, — тихо сказала она. — Нельзя опускать руки.

Я открыл дверь в зал для совещаний, пропуская их внутрь. Мы прошли в нашу мини‑столовую. Там уже сидели Эления, Рэттен и Яр, обсуждая поставки для ремонта корабля‑колонизатора. На столе стояли накрытые блюда с едой, рядом — графины с освежающими напитками.

— Мы обязательно выясним, что случилось, Женевьева, — мягким голосом произнесла Аврора, усаживая подругу в кресло. — Расскажи подробно: когда ты отправила последнее сообщение?

Женевьева вытерла слёзы и вздохнула:

— Последнее сообщение отправила шесть часов и двадцать три минуты назад. Ответа нет ни по основному каналу, ни по резервному.

Я сел напротив, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

— Если в течение следующего часа не будет ответа, значит… — я принял непростое решение, — значит, ты свяжешься с Фердинандом и выяснишь у него, где Аурелия, — сказал я, глядя на Женевьеву.

Она подняла на меня глаза:

— Если я свяжусь с Фердинандом, он может задавать вопросы, на которые я не смогу ответить, мой император.

— Посмотрим, — я встал и прошёл во главу стола, сев на своё место.

В столовую уже стали заходить остальные члены нашего коллектива. Марк, Игнат, Буба, Кассиан вошли почти одновременно, обменялись короткими приветствиями и заняли свои места. Последним вошёл Себастьен.

Разговор за столом не задался. Все обратили внимание, что мы чем‑то обеспокоены, но расспрашивать причину никто не спешил. Поели молча и быстро. Атмосфера была напряжённой — даже привычные шутки Бубы повисли в воздухе, не найдя отклика.

Мы отправились в зал, чтобы связаться с нашими разведчиками.

Первыми на связь вышли Каэль и Милослава. Голографический экран ожил, показав их лица.

— Мой князь, эскадра не стала задерживаться и прыгнула в следующую звёздную систему, — доложил Каэль. — Там они должны встать на зарядку батарей для следующих варп‑прыжков. Но могу сказать: судя по направлению, они уходят в сторону системы «Звёздный Перекрёсток». Мы тоже сейчас отправимся за ними. Следующая связь — через восемь часов, мы как раз выйдем из варпа.

— Спасибо, Каэль. Не упустите их, — поблагодарил я.

— Не упустим. Нам‑то зарядка не нужна, — довольным голосом произнёс Каэль. — Я до сих пор поражаюсь, как Яр смог создать такой корабль! Как только мы выходим из варпа, наши батареи начинают заряжаться от света звезды. А с учётом того, что запас нашего хода — трое суток варпа, то это просто шикарный корабль!