Я бежал поперёк аэродрома, а забрало услужливо показывало мне наличие бегущих впереди вражеских солдат и только одного – нашего… причём, его шлем оказался закрыт от сканирования, и кто он такой – было непонятно. Но, ясное дело, что этот удирающий боец спасал свою шкуру.

Я, получивший на Станции отличную спортивную подготовку, легко оторвался от своих преследователей и получил шанс помочь вояке из нашей команды.

- Хлоп, хлоп, хлоп,- закашлял мой пистолет.- Хлоп!

Враги, потеряв троих, сразу охладели к преследованию и шарахнулись от меня кто куда. Двое из них хотя бы присели на колено, закрывшись щитами, а остальные и вовсе кинулись удирать сломя голову; кто-то даже меч бросил. Мда, а ведь здесь в охране – гвардия, а не абы кто! Видать, совсем они расслабились от спокойной жизни, а тут - мы…

Я, обогнав преследователей, развернулся назад, тщательно прицелился…

- Хлоп!

Один из тех упорных, кто не хотел драпать, получил в своём щите дырку размером с кулак и рухнул навзничь, раскинув ноги в стороны. Второго всё-таки проняло: он забросил свой щит за спину и тоже засверкал пятками, петляя, как заяц. Сообразительный, зараза!

Я догнал своего товарища уже в глубине леса: это оказался Юродивый, тащивший Ведит на плече. Вот почему его маячок на шлеме оказался закрытым…

- Что с ней?!!

Я сорвал с Ведит шлем и отшвырнул его в сторону, совершенно забыв про то, как меня обучали распознавать состояние солдата с помощью его же стандартной экипировки, и принялся дедовскими методами искать пульс на шее и улавливать дыхание. ЖИВА!

- Рассказывай!!!

- Наткнулись мы на целую толпу,- начал Юродивый.- И все – вояки, а не вшивые городовые. Твоя жёнка сгоряча успела пальнуть пару раз, а потом ей в грудь арбалетным болтом прилетело – и сразу с ног! А я вижу, что нам кранты,- ну, и шмальнул сразу плазмой…

- Вас же зажарить могло, придурок!- злиться сил уже не было.

- Меня тоже наземь сбило,- кивнул тот.- Если бы у нас не было глухой защиты – или зажарились бы, или контузию словили. А так – только в глазах потемнело, да дыхание слегка перехватило…

- Да, были бы мозги – было бы сотрясение,- согласился я.- Помоги поднять: дальше я понесу… А ты бери свою винтовку. Ещё раз её бросишь – башку оторву, ты меня знаешь. А зачем – потом объясню: сейчас некогда.

- В её подствольнике заряд плазмы есть,- предупредил Юродивый.- Если что…

После выстрела плазмой подствольник начинает перезаряжаться, но на это уходит несколько часов. Можно, конечно, нацепить и другой, заряженный, но только нам запасных не выдали: наша задача не предполагала, что нам придётся вовсю палить из ТАКОГО оружия. Винтовка, брошенная Юродивым, попала бы в руки божегорцев, восстановила свой плазменный заряд, а они, конечно же, попытались бы её разобрать по косточкам из чистого любопытства: как там что устроено? Быть может, они зажарились бы, а, быть может, догадались бы, что у них в руках – оружие самого Нечистого, от которого надо держаться подальше – об этом лучше не гадать. Нельзя, никак нельзя оставлять дуракам современное оружие!

Я отобрал плазменную винтовку у Юродивого, а взамен вернул ему пистолет и обоймы к нему:

- Давай, иди в точку сбора! А у меня ещё дела есть…

Я побежал вдоль проволочного заграждения, пока не добрался до нужного места. Фабрика по сборке аэропланов, до которой так и не добрались мои товарищи, примыкала к аэродрому и сейчас располагалась аккурат напротив меня. Далеко, конечно, но…

Я забрался на удобное дерево, прицелился, нажал на спуск. Нужное мне здание подсвечивалось огнём недалёкого пожара, возникшего, судя по всему, из-за баловства Юродивого с плазменным оружием, поэтому промахнуться было невозможно, даже если целиться на глазок.

От подствольника с тихим треском отделилась ярко-белая капля, окружённая защитным магнитным коконом, и помчалась в сторону фабрики, к сборочному цеху. Это было красиво: в кромешной тьме жидкая капля солнца движется по абсолютно прямой линии, почти не меняя скорость,- как длань Господня. Она могла бы лететь очень долго – пока её не остановила бы инерция сопротивления воздуха,- практически нулевая из-за ничтожно малой массы капли, и его электромагнитные поля – тоже ничтожные. Ещё на защитный кокон очень влияет влажность, поэтому во время буйного ливня стрельбу плазмой категорически запрещают.

Смертоносная капля ещё летела, а я уже слез и оказался на земле, и, закинув оружие за плечо, поспешил назад, догонять своих, время от времени оглядываясь. Вот, наконец, «кусочек солнца» долетел до высокого строения и мягко ткнулся в его стену, превратившись на миг в ослепительную вспышку (в тонированном шлеме это практически незаметно), а потом – в сгусток фиолетовых молний, юркими змейками расползшихся по поверхности, искря. Миг – и в стене появляется дыра: это не пробой, не прожёг – это кусок каменной стены просто испарился от невероятного жара! Очень скоро в окнах фабрики загорелся мерцающий свет – пожар пошёл по всему помещению, что и неудивительно, если учесть, КАКАЯ температура влилась вовнутрь...

Потом, в точке сбора, Юродивый доложил мне подробности своей неудачной миссии. Да, врагов, выскочивших сбоку из проулка, они заприметили издалека, и расстояние до них было вполне приличным – иначе бы они с Ведит точно зажарились бы до румяной корочки. Ну, как издалека – явно ближе, чем было мне от того дерева до сборочного цеха! Юродивый сумел удержать сознание, и, видя, что боевая подруга лежит без чувств, взвалил её на спину и потащил назад – им никто не пытался помешать… охладели враги к драке!

Боевой шлем подсказал ему, что на обратной дороге тоже кто-то маячит: засветились сигнатуры невидимых во мраке людей, причём имеющие красный контур – значит, вооружены. Юродивый уложил сомлевшую Ведит на дорогу, а сам начал вытаскивать из разгрузки бруски мин, ставить на них время 20-30-40 секунд и швырять во тьму, по сигнатурам. Там точно шныряли безнадёжные лопухи: ведь знали же, должны были знать, что в армии появились ручные бомбы, и, вместо того, чтобы проявить осторожность,- с торжествующим гвалтом, гурьбой кинулись на звуки падения, словно уличные собаки на заманчивый шум падающих мясных костей.

Неудивительно, что я шёл по следам Юродивого как по заброшенному кладбищу, на котором всё тихо, и где никому ничего уже не надо… Этот отморозок и во время бега по аэродрому незаметно уронил себе под ноги две мины, взрывавшиеся аккурат тогда, когда к ним подбегали догонявшие их преследователи. Опасный тип!

Ведит очнулась, слава Пресветлому! Значит, всё будет хорошо… Надо же: только что я методично убивал беззащитных обывателей, в т.ч. стариков, женщин и детей, и вдруг на моё сердце упало резкое облегчение, почти счастье, что жена пришла в себя. Оказывается, во мне ещё не всё человеческое умерло!

Я тогда вдруг почувствовал себя полным идиотом: КИНО, войны, «драконы» - всё это приходит и уходит. А на самом деле мне всегда нужна лишь моя вторая половина. Без неё я – лишь половина меня. И мне по-настоящему нужно лишь то, чтобы она всегда была рядом. А я втянул её в смертельно-опасное дело, словно мне весь ум отшибло... Да я всю эту планету готов обменять на её жизнь, а кинулся гоняться за какими-то дурацкими игрушками, которые у нас уважительно называют "драконами", а на Станции над ними просто посмеялись бы!

- А теперь – вторая задача!- провозгласил я, едва лишь командиры остальных трёх групп подтвердили, что все их бойцы вернулись.

Эта вторая задача, с точки зрения моих уважаемых читателей, выглядела и вовсе откровенным бандитизмом. Недалеко от божегорского научного городка приютилось древнее село, где жили ещё не горцы, но люди, уже очень мало похожие на жителей долин. Думаю, когда-то, давным-давно, их предки бежали в эти места, чтобы укрыться от королевских налогов и податей, но беспощадная цивилизация нашла их и тут. Пришлось этим дикарям свыкнуться с мыслью, что некоторые их бойкие бабёнки начнут получать доходы с плотских утех охранного гарнизона, а остальные – от продажи свежего молока, сыра и мяса для остальных обывателей.