Михаил стал припоминать её вчерашние россказни про больную бабушку, ключи и слесаря.

— Слушай, у тебя был целый день, чтобы решить эту проблему, — удивился он. — Так в чём дело? Неужели не нашлось ни одного мужика, который бы вскрыл этот чёртов замок? Парень есть у тебя?

Аня неопределённо покачала головой. Ей почему-то стыдно было признаваться этому самоуверенному красавцу в отсутствии парня.

— Сосед?

Соседа она действительно просила. Они были ровесниками. Парень согласился помочь, но домушник из него оказался никакой — дверь не поддалась.

«Так… ладно… Надо кончать с этим», — подумал Михаил.

Он посмотрел на часы. Поздно вызывать кого-то из персонала. Охранник не оставит свой пост. Придётся или ломать дверь, или опять везти её к себе домой.

Выбрал первое.

— Дверь-то у вас из чего?

— Чего? — Анна вынырнула из оцепенения.

— Дверь из какого материала у вас в квартире? — по буквам повторил он, как для дурочки.

— А… деревянная. А зачем вам?..

— Деревянная — это хорошо. Поехали, Анна Сергеевна.

Он как-то прытко соскочил с места, распахнул перед ней дверь и бодро зашагал на выход. В величайшем смятении Анна семенила за ним.

— Всё, с девушкой я разобрался. Произошло незначительное недоразумение, — кинул он охраннику на проходной.

Затем они вышли на стоянку и сели в машину.

Неожиданно Михаила охватил мальчишеский азарт — как в детстве, когда они с друзьями затевали что-нибудь необычное. Он сделал музыку громче и прибавил скорость. Девчонка сидела молча и отстранённо смотрела в окно.

Затормозив у круглосуточного супермаркета, Михаил велел пассажирке подождать в машине.

— Я скоро, — пообещал он.

Пройдясь по магазину, он нашёл отдел с инструментами и выбрал приличный ломик и ещё несколько приспособлений, которые, на его взгляд, могли решить проблему.

Затем остановился у прилавка с выпечкой — запахи стояли такие, что в животе заурчало.

«А ведь малявка, наверное, тоже голодная», — подумал он.

Набрал булок, колбасы, сыра. Получился полный пакет.

Вернулся довольный, сгрузил всё в машину.

Анна продолжала сидеть тихонько, ни о чём не спрашивала.

Наконец подкатили к типовой многоэтажке. Серый панельный человейник встретил их множеством светящихся окон. Хлопнула подъездная дверь — кто-то вышел погулять с мелкой злобной псиной.

Михаил припарковался у подъезда. Анна вышла из машины, аккуратно прикрыв дверь.

— На, держи, — он сунул ей в руки пакет с едой, а сам подхватил сумку с инструментами. — Показывай, куда идти.

В подъезде их встретили обшарпанные стены, из какой-то квартиры пахло жареной рыбой.

«Добро пожаловать в параллельный мир», — подумал мужчина.

Он не помнил, когда в последний раз был в таком подъезде… Разве что в старших классах, когда тайком от родителей собирались «на хате» у друга одного из одноклассников. Мир Михаила с рождения не предполагал таких мест: коттеджный посёлок, где он рос, был окружён забором, частная школа тоже намекала на высокий уровень жизни. Потом Сорбонна, стажировка во Франции, должность в корпорации.

Сегодняшний вечер всё больше напоминал ему квест.

А вот и та самая дверь.

С дверью пришлось повозиться. Михаил скинул дорогущий пиджак и повесил его на лестничные перила, закатал рукава брендовой рубашки и взялся за лом. Долго напирал, кряхтел, тихо матерился. Долбил.

Анна стояла в сторонке, прижав пакет к груди, и, кажется, старалась не дышать.

Наконец дверь скрипнула и поддалась.

Мужчина обернулся с победным видом:

— Всё, входи!

— Ой, спасибо вам огромное… Вы… вы такое для меня сделали! — Анна смотрела на него со смесью облегчения, благодарности и восторга.

И это было неожиданно приятно. Девушки его круга не умели так смотреть. Они скорее принимали всё как должное.

— Надеюсь, я заслужил чашку чая? — неожиданно для себя спросил Михаил.

— Конечно, проходите!

Анна переступила порог квартиры, включила свет. На своей территории она почувствовала себя увереннее — даже плечи распрямились.

— Вот тут раздевайтесь. Обувь не снимайте, — оживлённо говорила она, проходя по комнатам и включая свет. — Я сейчас поставлю чайник.

Михаил огляделся: комнат было две. На стенах дешёвые обои, на полу линолеум, вдоль стен — допотопная мебель.

«Бедненько, но чистенько», — пробормотал он себе под нос.

— Проходите пока в мою комнату! Она левая! — крикнула Анна с кухни.

Михаил прошёл.

— Как тут… интересно…

Мебель здесь тоже была старой, но сама комната казалась очень девичьей и уютной из-за мелочей: гирлянда на стене, какие-то постеры, вдохновляющие надписи. Всё копеечное, но подобрано со вкусом.

На диване, который, очевидно, служил и спальным местом, сидела самодельная кукла. Михаил взял её в руки.

Кукла сильно напоминала хозяйку — те же карие глаза и огненные волосы.

— Надо же…

— Анна Сергеевна, — позвал он, — а кукла у вас откуда?

— Сама смастерила, — отозвалась хозяйка, звеня чашками.

Посадив куклу на место, Михаил продолжил осматриваться. На письменном столе лежали книги — художественная литература и учебники.

«Она что, учится?» — удивился он. Почему-то раньше это не приходило ему в голову.

На столе лежал набросок комнаты: прорисована мебель, линии чёткие, уверенные.

С рисунком он пришёл на кухню.

— Ты где учишься? — спросил он.

— Я в проектном, на дизайнера.

— А почему чертишь от руки? Сейчас же это всё делается в программе…

— Знаю, — спокойно ответила девушка, забирая у него рисунок. — Только на компьютер пока не накопили. Слабый мне не нужен, а мощный стоит… очень дорого. Не хватает зарплаты уборщицы.

Она говорила спокойно, рассудительно, не пытаясь его разжалобить. Просто факт.

— Вы вот тут садитесь, — Анна показала на стул у стены. — Тут уютнее. Наливайте чай, какой любите. Сахар на столе. Я сейчас…

Скоро она вернулась — в джинсах и белой футболке. И всё это ей удивительно шло. Тонкая, гибкая, изящная — и при этом дерзкая. Дерзость придавали алые пряди, торчащие во все стороны.

Пока он осматривался, девушка наделала бутербродов, красиво разложила по тарелкам.

И чашки у них были красивые — синие, с золотой каёмкой, наверное, от старого советского сервиза. И чай оказался крепким, как он любит.

— Ты на каком сейчас курсе? — продолжал расспросы Михаил, с удовольствием жуя бутерброд и запивая сладким чаем.

— На третьем.

Анна тоже с аппетитом ела булку. Даже это у неё получалось красиво.

— Как же ты совмещаешь работу с учёбой?

— Как и многие, — пожала плечами Аня. — Бабушка болеет, сердце. На лекарства уходит вся пенсия. А надо жить.

И снова — тот же спокойный тон, без жалоб.

— А можно и я спрошу? — неожиданно сказала Анна.

— Спрашивай.

— А как вы достигли всего этого?

— Чего «всего»? — сделал вид, что не понял Михаил.

— Материального благополучия, должности…

Он на миг задумался, потом ответил:

— Учился. Потом много работал. Как-то так…

Про отца — крупного бизнесмена, почти олигарха, который оплачивал и школу, и репетиторов, и учёбу в Сорбонне, — он упоминать не стал. Но работал он действительно много и с азартом — это была чистая правда.

И вновь он поймал на себе тот самый взгляд — восхищённый, открытый.

Огромных, красивых глаз…

«Ну что ж, путь к успеху раскрыт, замок сломан. Пора и честь знать…»

Он поднялся.

— Спасибо за гостеприимство, — сказал искренне.

Затем притормозил в прихожей и вдруг добавил:

— Я вот тут подумал… А не купить ли мне у вас ту куклу?

Анна удивилась.

— Да что вы, Михаил Владимирович! — воскликнула она. — Я вам её и так отдам. Даром!

— Нет, даром мне не надо, — твёрдо сказал он. — Назови цену.

Анна задумалась.

— Ну… может, рублей сто? — сказала она смущённо.

— Хорошо. Сто так сто. Давай так: куклу я сейчас заберу, а деньги переведу из дома. Ты же мне доверяешь? — уточнил он лукаво.