Петр Алексеевич клятвенно пообещал, но вот веры у меня ни на грош — все равно в школах погонят всех и вопросы на бумажке напишут. Не умеют в нынешних школах по-другому. Педагоги свято уверены — они должны контролировать любой процесс. А в результате и пионерская организация и комсомольская в средней школе полностью выродились. Да и как иначе, когда любая инициатива детей немедленно подавлялась на корню, зато предлагались настолько «интересные» мероприятия, что от «длительного, продолжительного» зевания скулы выворачивает? Блин, в позднем Союзе даже пионерию и ту забюрократили дальше некуда.

Только фильмы и остались, в которых показывалось, какими должны быть настоящие пионерские отряды. Ну, да, все эти «Кортики» «Бронзовые птицы», или, если брать более современные времена, «Завтрак на траве». Прекрасный же фильм, но какой контраст с мертвящей душу действительностью. Ну, и есть еще единичные независимые отряды, вроде крапивинской «Каравеллы». Но сколько их, скорее всего, пальцев на одной руке хватит пересчитать.

На мой взгляд, три дракона разорвали Советский Союз: национализм, заботливо взращенный компартией, бюрократизм, убивший любую гражданскую инициативу, и полный развал экономики. Впрочем, не только они постарались.

Договорились, что пару встреч в неделю вполне хватит, а там видно будет. Если хорошо пойдет, то можно будет ускориться. В Магадане 22 школы, но есть еще и ПТУ и библиотеки, так что мне до лета хватит. Мероприятия проводятся по общественной инициативе, для меня это бесплатная дополнительная работа, тем не менее, филонить не буду, раз взялся.

После РОНО первым делом зашел на почту, заказал разговор с Анкориджем. Нужно срочно выяснить ситуацию с изданием моей книги в США на русском языке. Вот не хочу я неприятностей, если что, то с легкостью на меня всех собак навешают, никто не будет слушать моих оправданий, что я ни о чем не знал.

Вообще нужно бы первым делом в ВААП звонить, но из Магадана просто так с Москвой не свяжешься — когда у нас день, в столице ночь глухая. В Анкоридж дозвониться проще, пусть у них на день раньше, зато время суток практически не отличается. К счастью, смог дозвониться и узнать в чем дело из первых рук. Даже от сердца отлегло. Оказывается, книга вышла вполне легально, за границей тоже есть спрос на издания на русском языке. Вот из нью-йорка и обратились в ВААП, заплатив соответствующий гонорар в валюте. Вот только где мои авторские экземпляры? Я тоже хочу книжки элитного качества.

В середине апреля наконец-то появился хозяин обещанной квартиры, и Соломон Моисеевич лично заявился за мной в общежитие, завив, что нужно срочно идти знакомиться. Вот прямо немедленно, которое продлилось добрый час, потому что хитрый еврей заставил меня надеть лучший костюм и вообще предстать в максимально представительном виде.

— Может, мне еще награды надеть? — пошутил я.

Михельсон юмор не оценил, оценивающе глядя на меня, потом ответил:

— Все не надо, а вот значки оденьте.

Пришлось цеплять на пиджак знак лауреата литературной премии, а к нему и остальные. Ну, да, выдали мне в комитете комсомола недавно значки ЦК ВЛКСМ «Ленинский зачет», «За отличную учебу» для студентов высших учебных заведений и «За активную работу с пионерами». Последний за то, что таскаюсь по школам, вещая подрастающему поколению о литераторской доле и о том, как важно хорошо учиться, чтобы потом книжки писать. Вру, конечно, как сивый мерин, но кто же мне даст правду сказать, что хороший аттестат — отнюдь не главное, а оно как раз заключается в том, чтобы хорошую идею в будущем подсмотреть.

Хорошо хоть куртка мою «выставку комсомольской славы» прикрывает, а то по улице неудобно идти.

Хозяином оказался мужчина средних лет с удивительно острыми глазами, молодо и весело блестевшими на изрезанном глубокими морщинами дубленом лице бывалого таежника.

— Приветствую, приветствую, — радушно произнес он, — Снимайте куртки, шапки, проходите, чаю попьем. Чем богат.

Я отказываться не стал, тем более, Соломон меня с обеда сорвал. Прошли в кухню. Действительно, приличная по размеру, тут, я так понимаю, сразу и столовая.

— Меня Игнатий Валерьянович Драндар зовут, а вас?

Не исключено, что хозяин ждал от меня удивления, но, собственно, что такого, ну, Драндар, бывает. Я даже ухом не повел.

Порой такие фамилии попадаются, что даже сразу и не поверишь, и ничего, живут люди и с ними. Это как в старом, но здесь еще не появившимся эпизоде «Городка» про типа, который зашел в кафе господина Ктопопалло и даже не стал смеяться над его именем. А ему не смешно, потому как у самого двойная фамилия Козел-Хренов. А Драндар так даже солидно звучит, эдак по морскому, вроде как секстант, рында или даже дейдвуд. Разве что в детстве, почти уверен, злые одноклассники звали парня драндулетом.

Выслушав меня, хозяин чему-то покивал головой, потом продолжил разговор, разливая кипяток по кружкам.

— Так это вас Моисеевич хочет сюда поселить? — задал хозяин риторический вопрос, — С моими требованиями он вас ознакомил?

— Да, вполне, — ответил я, поняв, что маклер отдает инициативу в разговоре мне, — Меня устраивает.

— Сумма приличная, — напомнил Драндар.

— Для меня она посильная, я неплохо зарабатываю.

— А, простите, кем трудитесь?

— Я журналист и довольно успешный писатель, вхожу в профессиональный союз. За два года вполне смогу отложить полностью нужную сумму. Но у меня сразу вопрос — вы готовы сразу же прописать меня и мою будущую жену?

— Вас сразу и пропишу, а жену, как распишетесь, сможете это сделать самостоятельно. Соломон Моисеевич поручился за вас, я на всякий случай ему еще доверенность выдам. Съеду я в середине мая, и квартира будет в вашем распоряжении. Вещи уберу в маленькую комнату, часть мебели я оставлю, которую не планирую везти в Москву, — объяснил хозяин расклад.

— Только я попрошу, на всякий случай оставьте ключ от комнаты Соломону Моисеевичу, — предупредил я, — Мне совершенно не интересны чужие вещи, но мало ли — потолок протечет, батарея отопления лопнет.

— Да, я так и планировал. Еще мне нужно, чтобы вы зашли через неделю, познакомлю вас с соседями и нашим председателем кооператива.

Обсудили еще ряд вопросов, придя к полному консенсусу, и я отправился в общагу, оставив старых приятелей вместе.

Думается мне, что особого выбора у хозяина нет. Сейчас стоимость трехкомнатной квартиры в хорошем доме даже в Москве — это около десяти тысяч. И отдать целых пятнадцать, это мало кто захочет. А ведь еще две тысячи будут стоить услуги маклера. Итого семнадцать, за такие деньги можно целых две квартиры взять, причем, отнюдь не в Магадане.

И про то, что два года я буду жить бесплатно, тоже не совсем так. Если прикинуть, то больше ста рублей в месяц хозяин взять не сможет. За два года это будет две с половиной тысячи, ну, вот он их и закладывает в окончательную цену. Вот уверен — это Соломон придумал, эдакий психологический ход, чтобы я привык и через пару лет уже не испытывал желания сэкономить деньги, меняя жилье на худший вариант.

Но я не особо против, зато получу отличную квартиру. Мне хозяин экскурсию сделал, очень понравилось. Третий, самый верхний этаж в доме, потолки здоровенные, три метра до них. Планировка удобная, все комнаты отдельные. Раньше был проем между залом и кухней, но его заложили.

Что удобно, рядом с входом на первом этаже есть закрывающееся на замок помещение, специально предназначенное для хранения детских колясок и велосипедов. Это значит, что их не нужно тащить по лестнице наверх, а то лифт тут не предусмотрен. Ну, да, в доме всего три этажа. Но я прямо сразу в квартирку влюбился. Напросился на следующий визит вместе с Алисой, нужно ей показать товар лицом, заодно с соседями познакомимся, чтобы они сразу знали — мы пара.

Между тем все ближе конец апреля. Я даже обрадовался, что встречи со школьниками меня отвлекли от мыслей о Чернобыле, плюс еще квартира и вовсю стараюсь до майских успеть с четвертой частью «Пиратов» и детской книжкой. Все это отняло много времени, но иначе бы я извелся.