Сделала большой глоток дорогого шампанского и постаралась поковыряться, наверное, во вкусном салате с кальмарами.

— Это тебе, родная, — Мила протянула небольшую бежевую коробку, к которому приклеен конвертик с посланием, — думаю, это то, что нужно новобрачной, — добавила Мила и хитро улыбнулась.

— Спасибо, — я чуть прикоснулась губами к её щеке.

Ноги ужасно ныли в туфлях на высокой шпильке, поясницу ломило от напряжения, и чудесным образом пекли губы от его поцелуев.

Калинина Алина. Очень даже звучно. Подобрано точно под меня.

Алексей перенес меня через порог, и растаяла от восторга от представшей картины из лепестков роз по всему полу квартиры. Некоторые подкаченные бруталы могут быть такими романтиками.

Алексей пробежался по ряду мелких пуговичек на спине, распаляя меня всё больше своими поцелуями на шее, от которой волнами разбегались мурашки. Белое облако упало к моим ногам, и Алексей пробежался восхищенным взглядом по моей фигуре в шикарном кружевном белье. Старалась. Я потратила кучу времени, чтобы найти то, что хотела. Чтобы бельё смотрелось смело и сексуально, и поймать вот такой восхищенный взгляд своего мужа. Я осторожно освободилась от застежки на бюстгальтере, сбросила его туда же, где, словно морская пена, лежало моё свадебное платье, и сделала шаг навстречу ему.

Низ живота давно гудел в предвкушении и томительном нетерпении принять вздымающийся орган, маячащий пред моими глазами, и я, опустив на него свой взгляд, невольно облизнула нижнюю губу.

Алексею такое рвение, похоже, понравилось, и он требовательно впился в мои губы. Страстно раскрыл створки губ и сцепился языком, чувственно и напористо. Не жалея, покусывал нижнюю губу, тут же спустился руками между бедер и почти одним движением определил меня в горизонтальное положение. Я спустила руки ниже и, обхватив руками его вздымающийся орган, прочертила уверенно те движения, что обычно он исполняет внутри меня.

— Это можно сделать язычком, — откидываясь на спину, выдохнул Алексей.

Долго просить не надо. Я обхватила руками вздымающийся орган и провела языком от его основания до края головки. Тут же подняла глаза на его лицо — удостовериться, что играю с его членом таким же чудесным образом, как и он с моим клитором, и происходящее нравится Алексею.

— Не останавливаемся, Аля. — Алексей тут же меня подбодрил.

— Угу…

Я сделала то же движение кончиком языка и, сложив губки небольшим отверстием, скользнула по поверхности, пока головка его члена не уткнулась в горло. Выскользнув, опять насадила стоящий орган моего супруга на свой влажный скользкий ротик, теперь поиграв внутри по его поверхности своим языком.

По спальне полетел приглушённый стон Алексея. Значит нравится и с удвоенным восторгом повторила то же самое. Мои губы играли с его вздымающейся плотью, насаживали член до основания. Снова и снова, учащая темп, я проваливалась в новые для меня ощущения. Теперь я терзала его, останавливалась и, проскользнув по бугристой от вен поверхности языком, заглатывала снова.

— Иди ко мне, — Алексей подтянул меня к себе и, обхватив мою голову руками, заскользил влажными губами по шее. Языком разнёс мой рот.

Алексей оторвался от меня и, кивнув на вздымающийся орган, с хрипотцой прокомандовал: «Садись».

Раскинув бедра, я опустилась на его член. Скользила медленно, стараясь насладиться моментом заполнения.

— Охх! — Я откинула голову назад и, приподнявшись, опустилась снова.

— Да, малыш. Ты такая сладкая. Моя девочка, — его голос пробивался через пелену затуманенного сознания от невероятного соития с Лёшей. Невероятно был каждый раз, когда мы сплетались воедино.

Я, ухватившись руками за спинку кровати, уверенно работала бёдрами. К кульминации прилетели практически разом. И ещё раскинувшись на его груди, слышала наши сокращавшиеся мышцы и заливающие меня горячие потоки.

Я привыкаю к сытой, обеспеченной жизни, когда нет холодных приступов паники, охватывающей своими щупальцами с головы до пят: хватит ли денег мне до следующей зарплаты? И ни одной души, способной мне помочь. Надежда только на саму себя.

Я привыкаю и к комфорту шикарной квартиры моего супруга в хорошем районе. Вечером домой я добираюсь по настоянию Алексея, только на такси, потому как общественным транспортом поздно вечером мой муж возвращаться запретил. Лёша настаивал, чтобы я уволилась. Но, боже мой, избавь меня от удовольствия сидеть дома. Я обожаю бешеный ритм своей работы, тем более у меня получается и Пятницкий мною доволен. Что уж там доволен! Частенько ставит меня в пример, и мы с Волошиным негласно соревнуемся.

Я, как истинная леди, обновила гардероб. Практически весь. У меня появилась плеяда деловых костюмов и блузок к ним, удобная и дорогая обувь. Я обзавелась симпатичными пальто и курточками. И всё, как я и мечтала, из модных магазинов с громкими названиями. Полупустой шкаф купе в спальне теперь практически весь в моих вещах.

Я потянулась на большой кровати и, выскочив из постели, открываю плотные шторы, впуская солнечный свет в нашу квартиру. Лёша всегда это подчеркивал.

Наша квартира… К нам в гости… Лестно.

Меня не считают вдруг свалившимся на голову иждивенцем, а полноправным членом семьи. Я тут же со своим неспокойным нравом привнесла свои порядки. Разбавила гостиную комнатными цветами и поменяла шторы в спальне на супермодные. Лёша только одобрительно кивал на все мои предложения и новшества.

Мы провели медовый месяц на побережье Чёрного моря в трёхзвёздочном отеле. Честно говоря, это первое моё знакомство с этой стихией. Было только жаль, что в холодных водах я не скупалась, зато вволю наплескалась в крытом бассейне нашего отеля. Море, весеннее солнце и неутомимый мужчина. Мой мужчина. Я иногда рассматриваю его спящее лицо. Ряд густых ресниц и красиво изогнутые брови. И всё ещё привыкаю к новому для себя статусу замужней дамы.

Всплывающие воспоминания о Руслане стараюсь задвинуть подальше. К чему теперь терзающие душу мысли, к тому же замужней даме не стоит думать о другом мужчине, и, тихонько положив руку на мощный торс своего мужа, блаженно засыпаю.

Глава 23

— Мне нужна нотариальная доверенность от тебя, — я методично отрезаю от отбивной небольшой кусок и наблюдаю за реакцией Алексея.

— Зачем? — Брови Алексея недоумённо изогнулись.

— Твоё согласие на приобретение недвижимости, — я продолжаю невозмутимо поглощать ужин, тогда как Лёша, отложив столовые приборы, уставился на меня.

— Аля, что задумала? — чуть взволновано спросил Лёша.

— Мне попадаются шикарные варианты, которые Пятницкий подбирает под себя и перепродает с большой, огромной выгодой. Почему бы эти варианты не показывать моему начальнику и оформлять на себя и перепродавать с выгодой. Но уже лично для нас?

— И много таких вариантов?

— Висит сейчас у меня один. А вообще пробегаются за месяц примерно парочка. Пока Пятницкий не знает о нём, и я могу оформить его на себя и перепродать. Тем более там такие хозяева не очень сообразительные, и что у них договор со мной, а не с фирмой, не поймут.

— А если Пятницкий узнает?

— Волошин тоже так халтурит. Я словила несколько разговоров по этой теме. А если Пятницкий узнает, уйду в другую контору.

— Тебе чего-то не хватает?

— Я хочу другое жилье для нас, побольше и поинтереснее, — я тут же вспоминаю картинки из шикарных апартаментов, которые иногда попадаются мне при сопровождении сделок, от качества и вида которых ходит кругом голова. Я точно знаю, в один прекрасный день я перееду в один из таких апартаментов.

— А я хочу ребенка, Аля.

— Опять ты заладил за свое! — Я раздраженно бросила столовый нож, и он с грохотом ударился об стол. — Где мы будем размещаться? Оставим спальню под детскую и переедим в гостиную. Хороша перспектива. Давай сначала расширимся в площади, а потом подумаем о сюрпризах. И да, кстати, тебе машина не нужна на завтра? Я думаю, ты вчера наездился по своим однополчанам, — я посмотрела прямо в глаза Лёше.