— Ты, как всегда, прекрасная нимфа.

Милана улыбнулась своей сказочной улыбкой, от которой мне становится даже теплее.

Молодой официант положил нам на столик буклет с меню.

— Благодарю, — Милана улыбнулась молодому человеку своей шикарной улыбкой.

— Ну, рассказывай, как жизнь? — Обратилась уже ко мне моя боевая подруга.

— Как всегда, в тяготах и рабочих буднях. А у тебя?

— У меня всё отлично. Новый роман. Новая жизнь.

— С этого места поподробнее. Кто он?

— Греческий бог, который свел меня с ума.

Свести с ума Милу не трудно. Как только она пришла в себя от школьного романа, практически всегда была в активном поиске, и при очередной встрече с ней я слушала подробности романа с новым греческим богом. Новый греческий был наполовину грузин и на совместных фото, которые показала Милана, где он по-хозяйски обнимал мою подругу, выглядел очень даже ничего. Высокий красивый шатен с вызывающим взглядом и нахальной улыбкой.

— Ну, что скажешь? — С надеждой в глазах спросила Милана.

Наплачется, однозначно. Я вздохнула.

— От этих смазливых фейсов обычно ничего хорошего ждать не приходиться.

— Ты непреклонный пессимист.

— Ты сразу в омут не прыгай с головой. Точнее, в постель.

— Аля, я живой человек. Я хочу любить, встречаться, заниматься сексом, в конце концов. У тебя что, на личном фронте?

— Ничего.

— Вот именно. Тебя когда не спроси, всё тихо, как в танке. И даже простого ухажёра нет?

— Ой, да прицепился один… Но серьезно рассматривать даже не собираюсь.

— Хорош собой?

— Высокий симпатичный мужчина. Можно сказать, что греческий бог, — я, смеясь, описывала свои непродолжительные приключения, — надеюсь, вскоре отцепится от меня. Но глазами стреляет так, что прожигает насквозь.

— В смысле, скоро отцепится?

— Милана, кому я нужна? Мне сложностей в жизни и так хватает. Я работаю практически семь дней в неделю, потому что мне деньги нужны, а в перерывах учусь. Где я в своем плотном жизненном графике найду время любить, встречаться и заниматься сексом?

Меня иногда раздражала её легкость в суждениях, даже без намека на какую-либо ответственность. У меня, к сожалению, в отличие от моей подруги, нет обеспеченных родителей. Милана прилетела в новомодных брючках и в новой курточке песочного цвета, в тон которой красовалась новая кожаная сумочка. Мой прикид на выход один и тот же. Я не могу себе позволить плеяду шарфов, сумок и новых кофт, как Милана у себя в красивом белом шкафу.

— Мне хочется, чтобы у тебя всё было хорошо. Появился мужчина, который тебя любил.

— Появится непременно. Но пока пусть всё будет так, как есть.

— У меня письмо тебе, — Милана протянула маленький пухлый конвертик.

— А я не приготовила тебе ничего.

— И что. В прошлый раз ты готовила мне сюрприз.

Я взяла в руки пахнущий дорогими духами конверт.

— Спасибо, — я поцеловала Милу в щёку.

Знает, как настроение поднять.

Наша давняя традиция — ещё со школьной скамьи перекидываться письмами, настоящими, рукотворными и, класть к нему маленький подарочек или сувенир. Я положила письмо в сумку. С чувством и расстановкой я посмотрю вечером, что излила на бумагу Милана.

— Что-то будете заказывать? — Вежливый официант во все глаза смотрел на мою подругу.

— Нам греческий салат и куриную грудку под сыром, дружочек.

— Посмотришь, там в бархатном мешочке вещица. Я долго её тебе выбирала. Думаю, тебе понравится.

— У тебя ко всему творческий подход, который всегда меня приводит в восторг, чем я особо не могу похвастаться.

Официант выставил на стол заказ и вежливо откланялся. Запах вкусной еды показал, насколько я голодна, и, как обычно, вкусный в этом заведении салат и куриную отбивную, запечённую под сыром, я проглотила незаметно для себя. Милана ещё ковырялась вилкой и всё больше рассказывала подробности то студенческой жизни, то личной жизни. Больше личной жизни. Я знала, что следующий раз я буду вытирать ей сопли. Сейчас я слушатель восторженной лирической лав стори.

— Я сама заплачу, — вызвалась Милана в конце вечера.

— Не надо! — Я тут же резко прервала её благородство: не люблю, когда меня жалеют. — У меня сейчас неплохая зарплата.

— Как скажешь, — накидывая курточку, прощебетала моя подруга.

— Дружочек, мы с вами рассчитались, — Милана махнула обслуживающему нас официанту, — заберите на столе.

Мы прогуливались вдоль набережной. Последние теплые дни осени ещё грели, и красивый вид ночных фонарей навевал романтическое настроение.

— Не хочу домой. Давай гулять до утра как в твой день рождения?

— Ага, весёленько было. Шампанского не хватает.

— Да, в следующий раз определённо зажжём с шампанским.

В такие наши встречи я понимала, что мне её в моей жизни не хватает. Её бесшабашности, легкости и просто душевного трёпа.

— Пока, — я попрощалась с Милой и, сев в такси, помахала из окна подруге, ждущей вторую машину, которая отвезет её в противоположную сторону. Милана показала мне вслед руками сердечко.

Я осторожно открыла ключом квартиру и прошла внутрь, Лариса Владимировна ещё не спала.

— Аля, так поздно сегодня? Вроде не работаешь?

— С Миланкой засиделись. Пока прослушаешь все новости. С ней надо с утра встречаться, чтобы всё обсудить.

— Да, бойкая у тебя подружка.

— А вы что-то хотели?

— Думала, поужинаем вместе, но так тебя и не дождалась.

Хитрая рыжая лисичка хотела скорее чем-то угоститься, но совесть не позволила.

— Лариса Владимировна, мне там вкусняшек подкинули. Если хотите, угощайтесь, — я надела домашний халатик и, зевая, поплелась в ванную.

— Спасибо, Алечка! — Прокричала вслед Лариса.

— Не за что.

Я уже старательно работала зубной щёткой.

Утро. Поздний плотный завтрак и я снова за работой со своим ноутбуком в своей комнате. Я достала Милкино письмо в плотной розовой бумаге. Моя подруга — любительница розового цвета и его оттенков. Каждое письмо — маленький шедевр, начертанный красивым размашистым почерком…

Мой любимый дружок. Я очень не люблю это время года. Мне оно всё время напоминает о скором приближении зимы. Я всеми силами души стараюсь веселиться, потому что потом меня затянет в тягучую депрессию. Я отчаянно хочу быть похожей на тебя, сильной и уверенной в себе. Имей в виду, что я хочу видеть тебя чаще. Ты знаешь, как мне трудно без тебя. Я хочу, чтобы невидимые нити сплетали нас больше, поэтому в маленьком флакончике слезы бедного паучка. Надеюсь так мы будем с тобой ближе.

Люблю тебя. Милана.

Мой любимый неисправимый романтик. Я открыла флакон. Чудный прохладный древесный запах.

Ни слова о новой любви. Значит, не так зацепило её, как я изначально подумала. Что ж, это хорошо. Я достала деревянную шкатулку и сложила к имеющейся стопочке очередное послание.

Глава 4

Стрелки часов на четырех часах, я вздохнула и стала собираться на работу. Кипельно-белая блузка, строгие брюки и часовая пешая прогулка медленным шагом до работы. «Амели» показалась на горизонте. Снова в бой. Снова клиенты, наглые и не очень. Снова Гриша со своим часто меняющимся настроением, Машка, ищущая возможности пристроиться в жизни, и я, курочка в поисках лучших зёрнышек.

Боковым зрением замечаю, как в «Амели» заплыл Алексей.

Сердце тут же причудливо заколотилось, а вся команда, работающая на кухне, тихо заулюлюкала. И, конечно, скинув свое дорогое пальто в гардеробе, занял всё тот же столик номер три.

— Аля, у тебя, кажется, постоянный клиент наметился, — Гриша слегка улыбнулся. — Что стоим? Работаем.

Я не знаю, сердилась или радовалась, но волна чувств прокатилась по мне, как каток. Тяжёлая, тягучая, с нотками щемящего предчувствия.

Я медленно поплелась к «постоянному» клиенту.

Красив, не спорю. Тёмные густые волосы и лёгкая щетина, прибавившая шарм нечаянному знакомому. Ясный взгляд больших карих глаз, оценивающий без намёка на вульгарность, и внушительная спортивная фигура. Впечатление незнакомец производил неизгладимое.