Я знала мужчин шестьдесят плюс в отличной форме, но этот к ним не относился, а ещё жениться на молодухе собрался. Да он первую брачную ночь не переживёт. В голове начала формироваться идея.

— Позвольте представить, господина Николая Никифоровича Каменского, а это моя дочь Екатерина Фёдоровна, — я, верней Катя, его уже видела, но представлены лично не были. Он действительно крутился рядом на ужине в честь чьего-то юбилея. Меня тогда с собой взяли родители.

Прошли в столовую, нас с «женихом» посадили рядом. Начался неспешный обед. Старикашка пытался вовлечь меня в разговор, но я отвечала тихо, односложно, потупив глаза в тарелку. Ела совсем немного и как можно деликатней. Так нужно было. Николаю Никифоровичу нравилось моё поведение, сидел, хорохорился как старый петух, которому позволили постоять рядом с молодой курочкой.

— А это кто? — услышала я голос Елизаветы, которая обращалась к рядом сидящей сестрице. Ольга — подсказала память. Девчонка старалась говорить тихо, но дети не сильно дружат с этим понятием.

— Барон знакомиться прибыл с нашей Екатериной, — едва слышно ответила сестра.

— Так он что, жених? — в голосе мелкой послышалось возмущение.

Над ней склонилась мама и начала что-то шептать.

— Он старый! — Лиза аж кулачки сжала и зыркнула на гостя.

А вот дальше, по моему мнению, Светлана Юрьевна поступила неправильно, она приказала няне увести младшую дочь, видно, чтобы не расстраивать гостя.

Николай Никифорович словно не заметил это происшествие, а, возможно, уже глуховат. Я видела, что при моих ответах он чуть склонял ко мне голову, тогда меня обдавало запахом каких-то притирок. Организм старый и боли уже постоянные, вот и натёрся чем-то перед визитом.

Обед я пережила. У гостя улыбка не сходила с лица, он уже представлял нас на венчании, а, возможно, и на брачном ложе. Старый похотливый хрен!

Перешли в гостиную, малую. Она была намного уютней большой, объёмная мягкая светлая мебель, красивые романтические гобелены в золочёных рамках на стенах. Видно, хотели придать мне настроения. Не было необходимости, оно и так на взводе, сдерживало только присутствие родителей.

Сёстры остались в столовой, я несколько раз посмотрела на них за обедом и получила ехидные взгляды в ответ, особенно от Татьяны. Мне даже интересно, что она будет делать, когда к ней посватается вот такое чучело при регалиях. Вряд ли она посмеет перечить отцу. А я посмею!

Нас с потенциальным женихом оставили двоих и учтиво прикрыли дверь. Я сидела на краешке дивана, склонив голову. Спинка ровненькая, ножки вместе, ладошки мнут подол платья. Прямо сама невинность.

— Вы, дорогая Екатерина Фёдоровна, поразили меня до глубины души, — хотелось хмыкнуть на его слова, но сдержалась, пусть говорит. — Я почувствовал себя снова молодым и готов провести с вами остаток своей жизни. Вы ангел.

— Николай Никифорович, вы же состоятельный?

— Да, Катенька, у меня два имения с общим числом больше семисот душ, большой дом в этом городе, в котором пусто без хозяйки.

Резануло слово душ, судя по окружению, это конец девятнадцатого века, ну да 1887 год. Видно, старикашка застрял в прошлом и до сих пор считает своих крестьян, крепостными. Ладно, меня это не касается.

— Также я имею крупную сумму в инвестициях… — продолжал рассказывать жених.

— Значит, когда вы умрёте, то я останусь богатой?

— Наш род славится долгожителями, — Николай Никифорович не понял, что разговор поменял ноту, поэтому сказал с широкой улыбкой, показывая прорехи между зубами, я аж скривилась. Мерзость какая…

— Жду не дождусь нашей свадьбы, — посмотрела ему в глаза с ехидинкой.

На мои слова старикашка оживился, глаза заблестели, схватил мою руку и прильнул слюнявыми губами. Он скорей всего уже готов был тащить меня к родителям, но я продолжила.

— Проснусь утром молодой состоятельной вдовой, ты же не переживёшь первую брачную ночь, старикашка. Уж поверь, я постараюсь, — я сделала такое глумливое лицо, что Татьяна забилась бы в истерике от зависти. — Так, когда свадьба, Николай Никифорович? Баронесса Каменская Екатерина Фёдоровна… Ой, соболезную… В первую брачную ночь, какой ужас… Ну хоть напоследок потешил своё дряхлое тельце.

«Жених», видно, не понимал, что происходит, но руки задрожали. Отпустив мою ладонь, он стал отодвигаться, а потом, как подскочит.

— Ух, — от резкого движения, что-то клинануло и он, схватившись за бок, скорчился.

— Так, когда свадьба, дедуля? Я ваша навеки, — широко улыбнулась.

Но он не стал отвечать, а стараясь идти прямо, вышел из гостиной. А я мысленно выдохнула. Сомневаюсь, что это пугало вернётся.

Минус один. Сегодня могу спать спокойно.

Моё одиночество продлилось недолго. В комнату зашёл папаша, а за ним хвостиком Светлана Юрьевна.

— Что произошло? Почему Николай Никифорович так поспешно ушёл, не объяснившись, — спросил Фёдор Александрович, но в голосе было больше непонимания, чем претензий. Видно, мозг не мог ничего предположить.

— У него что-то в боку стрельнуло, когда он пытался передо мной на колени бухнуться. Он даже ухнул от боли, — наврала я.

Судя по взгляду, мои слова укладывались в то, что они увидели. Скорей всего старикашка действительно хватался за бок, когда убегал. Как удачно всё складывается. Повторно они его зазывать не будут, это унижение. А он вряд ли расскажет, что я ему наговорила, это только ему навредит. Испугался, что не переживёт первую брачную ночь, какой позор для мужчины. А я радовалась, что случайно наступила ему на больной мозоль.

На этом разговор был исчерпан. Родители ушли, а я вернулась в комнату.

Теперь на какое-то время можно забыть об этой проблеме и, наконец-то, заняться даром. Я пока даже не пыталась разобраться в его механике. Это же, по сути, можно сделать и без учебников. Он инициирован — значит, им можно пользоваться. Вопрос, как?

Это не игра, на кнопку не нажмёшь. Подняла ладонь и стала её рассматривать. Я совершенно ничего не чувствовала внутри.

Если, со стихийными навыками всё понятно, найди, допустим, огонь и пробуй воздействовать или как Татьяна, создай с помощью своей силы. Но до этого мне ещё расти и расти, её учат этому уже два года.

С моим даром же не всё понятно. Вроде называется «Управитель», но при том же скотский. Отец говорил про цирк — значит, управление животными. Но человек, по сути, тоже животное… Что-то не сходится. Если бы это был ментальный дар, то его вряд ли принижали, скорей он был самый престижный. Значит, это что-то другое и управление животными, это одна из возможностей, просто видимая часть.

Крестьянский дар, всплыло в голове ещё одно название. Ой как не хватает информации.

— Нянюшка, а что ты знаешь о моём даре? — женщина пришла следом за мной и сев в кресло задремала. Она вроде успокоилась после ухода старикашки.

— Что знаю? — Марфа выплыла из дрёмы и задумалась.

— Только давай говори всё, ничего не приукрашивая, и, не бойся меня обидеть. Мне важно всё. Может, истории какие есть.

— Хорошо, душечка. В историях мне сподручней. Был у меня кавалер в молодости, ухаживал, нахаживал к нам в лавку. Так он был кавалерист, как раз из тех, что с этим даром. Очень цениться в армии, но это для мужчин. Пастухи славятся, стадо послушное, и волки не подходят. Говорят, и вредителей прогнать могут с полей, и растения слушаются. Слышала историю, что одна женщина с деревьями разговаривала и они огромный урожай давали. Крестьянский дар, не зря его так называют, — няня горестно вздохнула.

А я слушала и понимала, что люди здесь зажрались. Это же крутой дар! Ну да, аристократке, лёжа на софе с томиком романтического чтива, он не нужен. Ведь им не покичишься перед гостями, как та Татьяна, любительница показать огненный палец. Зажигалка, блин…