Следом прилетел один РЭБ, выглядящий как баклажан, и двадцать перехватчиков. Это небольшие десятиметровые машины, имеющие короткие крылья. Они очень быстрые и манёвренные. Собственно, поэтому и перехватчики.

— Что-то мне сыкотно, — услышал я в эфире.

— Самому герцогу сыкотно? — хохотнул в ответ. — Наташа, успокой своего непутёвого штурмана.

— Простите, ребят, но плеть я забыла в комнате, — извиняющимся голосом ответила нам девушка из третьей машины. Наташа там была в роли пилота.

И я видел её из своей кабины и показал большой палец. Она в ответ послала мне воздушный поцелуй.

— Ого! Так у вас такие отношения? — подметил кто-то, и народ расхохотался.

Мы общались, шутили и, как могли, отвлекались, пытаясь снять напряжение. Но вскоре началось… Мы получили «картинку».

На моё лобовое стекло вывелось изображение, снимаемое одним из боевых кораблей. И сейчас прямо меж астероидов стали создаваться энергетические воронки, и из них выходили космические корабли Империи Ирис. Большие и маленькие. Известные нам и что-то новенькое. Но…

— Ха! Ха-ха-ха! — рассмеялся кто-то, глядя, как один из кораблей ирис влетел прямо в астероид. Был крейсер, и нет крейсера…

— Это из-за того, что мы остановили передачу информации! — воскликнул возгордившийся Михаил. И да, думаю, он прав. Я тоже считаю, что это из-за того, что мы остановили разведчика.

Десятки кораблей сталкивались с астероидами, выходя из воронок. При этом из воронок выходило более одного корабля, и те, кто шёл следом, также сталкивались с астероидами.

Тем временем уже началась битва. Из-за астероидов было плохо видно, но в бою участвует лишь наш манёвренный флот. Остальные находятся на расстоянии в более удобных местах.

Врагов же были сотни… Возможно, даже тысячи… Корветы, фрегаты, эсминцы, крейсеры и даже вижу линкор. Эта махина едва уместилась среди астероидов, а его пушки внушали ужас.

Наш манёвренный флот, состоящий в основном из небольших кораблей… начал отступать, двигаясь меж астероидов. И враг пошёл в погоню, но неспешно. Ирис не стали разделяться и пошли вместе, сохраняя формацию. Если так можно назвать ту порнуху, что здесь творилась.

Всё же в астероидном поле тяжело поддерживать какой-либо строй. Но враг пытался. Тяжёлые корабли шли по центру, держась подальше от астероидов, а мелочь эти самые астероиды огибала. Ну и отстреливалась.

Ирис предпочитают плазменное оружие. Оно дешёвое, убойное, нет проблем с охлаждением и требует меньше энергии. Наши же выскакивали из-за астероидов, били лазерами и сразу прятались.

Ракеты не использовали, так как они не преодолеют плотное ПРО врага. А лазерами били концентрированно, и то один, то другой вражеский корвет вспыхивал и взрывался.

И вдруг произошло то, что шокировало всех нас. Астероиды начали взрываться!

Один за другим их разрывало изнутри, а обломки обрушились на корабли ирис! Манёвренный флот противника начал разлетаться, но два длинных эсминца, что в длину были около четырёхсот метров, врезались, и первый снёс часть спины второго корабля!

А затем обломки обрушились как на эту парочку, так и на все большие корабли, которые не могли уклониться. И огромные куски камней врезались в барьеры, разрушаясь.

Вот только энергетические барьеры в первую очередь предназначены для отражения энергетического оружия. Физическое быстро разряжает их. И барьеры пали!

Огромный линкор буквально смело, как и множество кораблей вокруг него! Вражеский флот получил серьёзные повреждения, но насколько серьёзные, на глаз оценить сложно. Думаю, не менее трети флота врага было уничтожено или повреждено.

Вот только эта треть — это самые крупные корабли флота, а оставшееся — всякая мелочь!

И сразу после этого вся наша манёвренная флотилия напала с тыла и флангов.

Вот только теперь нас было больше! Пусть и не существенно, но враг был деморализован и ослаблен. Словно пираньи, бесчисленные корветы и фрегаты налетели на врага и дали залп торпедами и ракетами.

Первые были массивными и медленными, а вторые — шустрыми и огибающими любые препятствия. Вот только если торпеды целились по крупным кораблям, которые каким-то чудом избежали участи быть раздавленными астероидами, то ракеты целились по маленьким кораблям.

Противник также выпустил свои ракеты, и всё вокруг заполонили снаряды систем противоракетной обороны, а космос окрасился в яркие цвета. Но самыми красивыми цветами были взрывы вражеских кораблей!

Особенно линкора… Наша сторожевая станция посылала во врага здоровенные управляемые торпеды и ракеты в огромных количествах. И десяток торпед, которые были размером с мой корабль, попали по линкору, оставшемуся без защиты и с раскуроченным правым боком.

Могучий прямоугольный корабль буквально раскололо на три части, и он взорвался. Попали по реактору!

И таких станций здесь далеко не одна… И все они атаковали ирис.

Правда, всё это не помешало огромным кораблям, напоминающим прямоугольники с множеством кубических элементов, выпустить рой бомбардировщиков.

Корабли-носители находились в конце строя и были под охраной эсминцев, поэтому и уцелели. И бомбардировщики, которых они выпустили, уже мчались к нам. И их цель — это станция, которую мы охраняем.

— Приготовиться! Сейчас начнётся наша с вами маленькая месть этим ублюдкам! — приказал я, как старший в группе. — Перехватчики, разбиться по парам и обходить врага с фланга. В лоб не лезьте. Их бомберы имеют серьёзную лобовую броню и пушки. РЭБ, даже не пытайтесь ломать их системы. Сосредоточьтесь на торпедах. Остальные действуем по учебнику!

— Есть! — раздался нестройный хор голосов, и народ приступил к работе.

Пси волны людей окатили меня, и я чувствую воодушевление, решительность и… ярость. Похоже, не зря я упомянул про месть. Все мы искренне ненавидим тварей, которые отобрали у нас наш дом и убили бесчисленных землян.

Но отвлекаться было нельзя, и бомберы показались весьма скоро. Используя обломки своего флота и астероиды, они просочились через поле боя и направились к станциям. Первой целью, конечно же, стали сторожевые станции и… жилые? Вот твари!

— Вижу первую группу. В бой! — приказал я, и перехватчики взяли десятку бомберов в клешни. Наша же шестёрка Коробок пошла в лоб. — Лучи! Бьём лишь по ракетам! Плазмой же лупим по этим тварям!

По моей команде мы атаковали, стоило бомбардировщикам выпустить… нет, не ракеты. Враг ударил торпедами по станции, игнорируя нас. Грёбаные самоубийцы!

— Торпеды имеют защитный барьер! — кто-то выкрикнул.

— Сосредотачиваем огонь! — приказал я, глядя, как наши перехватчики рвут бомберов на части.

Сбоку у них совершенно нет защиты. Даже пушек. Птички просто держались их боков и били плазмой, уничтожая одного за другим.

— Отключилась! Таня, молодец! — крикнул кто-то нашим РЭБчикам.

— Эй! Нас здесь пятеро вообще-то!

— Тихо! — рыкнул я.

Концентрированным огнём мы эффективно разили торпеды, но вскоре враг выпустил второй залп. Вот только врагов уже оставалось лишь шестеро.

— Может, торпедами их? — спросил кто-то.

— Нет. Ждём вторую волну или кого-то… Лять! Накаркал… Перехватчики, прочь! Уносите оттуда ноги!

Только мы начали добивать бомберов, как из астероидного поля вырвался здоровенный эсминец. Побитый, но зубастый. Лишь в длину он был триста сорок метров. Левый бок корабля был сильно повреждён, и виднелись пробоины, но даже так он может нанести ужасающий урон станции.

— Фиксирую состояние щита эсминца. Девятнадцать процентов, и он не восполняется, — услышал я голос Михаила.

— Отлично! Ребят, действуем очередью, бьём торпедами по левому боку, точки сейчас укажу… — я начал раздавать приказы, и вскоре все наши шесть торпед отправились навстречу эсминцу. Но стоило им пролететь половину пути, как мы выпустили все ракеты, что у нас были!

Враг уже пытался сбить наши торпеды, но ракеты быстро перегрузили ПКО корабля, а торпеды, которые находились под прямым управлением штурманов, резко дёрнулись в сторону и зашли врагу в повреждённый бок. Кроме одной… Она ударила прямо в лоб, и корабль засиял защитным барьером.