Неохотно встав с кровати Вигор, сунул ноги в подогретые тапки и направился к двери. По пути он взглянул в зеркало — вдруг это все же заплутавшая путница и ее нужно приютить. Из отражающего полотна на него, как и прежде смотрел чертовски привлекательный молодой маг с темно-русыми волосами и мускулистым обнаженным торсом. Никакая путница не сумела бы устоять перед ним. И это факт!

— Кто пришел? — можно и сразу открыть дверь, но если гость окажется нежеланным, тогда его все равно уже придется принять. С другой стороны…

— Это срочно! — раздался грубый голос. За дверью действительно стоял курьер.

Стоило отворить, как перед Вигором образовался двухметровый бочкообразный мужчина с небольшим кейсом, из которого он тут же достал конверт. Даже не верилось, что маленький щуплый мальчишка мог превратиться в нечто подобное.

— Разве когда-то, бывало, иначе? — Вигор взял конверт и хотел еще что-нибудь добавить, но курьер не стал его слушать. Как только конверт оказался в руках у мага, тот провалился в портал.

Конверт оказался запечатан магически. Сомнений в том, что заказ пришел из школы не возникало. Сион-Лао славилась анонимностью заказчика и полным отсутствием возможности контакта с ним исполнителя. Убийцам ни к чему подробности отношений заказчика с жертвой и мотивы обоих сторон. Дело убийцы — убивать. Все остальное на совести у заказчика.

Вигор провел рукой над конвертом и почувствовал до боли знакомый след магии Фариса.

Фарис — первый учитель юного мага. Он с радостью принимал новых учеников, а семилетние ребята с удовольствием ходили на его уроки. Основы боевой магии — довольно-таки интересный предмет, который учил не только нападать и защищаться, но и создавать различных существ. А это весомый аргумент!

Обрадовавшиеся дети с радостью принимали новый навык и тут же создавали себе питомцев. Именно с них и начались их первые лишения…

Вигор же — единственный, кто не завел щенка или котенка. Его родители были достаточно сильными магами, и понимали суть магии достаточно хорошо, чтобы заранее смочь объяснить ее сыну.

Питомцы других ребят не ели и не пили. Порожденные магией, они питались только ею. А запасы сил у молодых учеников школы был весьма скудными. Магические животные умирали одно за другим, не имея шанса на спасение…

— Они же не настоящие! — пытался успокоить своих одноклассников Вигор, но его старания оказывались тщетны. Ребята не слушали его и оплакивали своих необычных питомцев, как настоящих.

Только Ронс принял подсказку. Оборотень не обладал силой, способной создавать существ. Да и ни к чему они ему. В случае необходимости он и сам мог превратиться во вполне серьезную зверушку.

Когда Вигор окончательно разочаровался в своих сверстниках, оборотень тихо стоял рядом. Он оказался единственным, кто сумел принять реальность. Именно тогда и началась дружба, затянувшаяся на долгие годы.

Фарис же строго следил за происходящим. Он знал, чем все закончится, но не препятствовал этому. Опытный маг следил за радостью детей, за их грустью и слезами с одинаковым интересом. Никто из ребят не знал, что таким образом он сразу определил сильных и слабых учеников.

Уроки магии тогда перешли на новую стадию, а ученики постепенно забыли об утрате и полюбили своего учителя.

Теперь Фарис занимал должность директора школы и в основном занимался ведением контрактов. Старый маг устал от молодежи и не желал их учить. Он предпочел круглосуточно сидеть в своем кабинете, принимать и передавать заказы. Его редко видели в столовой, еще реже в коридорах и практически никогда на улице.

Только курьер — важнейшая находка Фариса, всегда оставался при нем. Никто и представить себе не мог, что из недомерка выйдет сильный и успешный маг. Но Фарис знал об этом с первых дней.

Легкое движение руки открыло магическую печать, а сильные пальцы сломали материальную. Вигор достал из конверта маленький клочок бумаги и прочитал:

«Найди Милену Кинс».

Задание казалось весьма странным. Во-первых, никогда прежде никто не писал слово «найди». Вигор знал, что письма пишут сами заказчики, а Фарис только отправляет их. Значит это не могло оказаться шуткой.

Во-вторых, маг не почувствовал ни единого следа, способного привести его к цели. Обычно заказчик прилагал магическую метку, позволяющую отыскать жертву или как минимум какую-то принадлежащую жертве вещь. Сейчас же ничего не прилагалось.

Раньше, когда магия была редкостью, в письмах указывали адреса, прикладывали карты местности и так давали наводку. Но сейчас магия ушла вперед. Школа Сион-Лао открыла приемные пункты по всему миру и в каждом из них сидел маг, способный создать особую метку цели. Такая система обеспечивала лучшую анонимность и безопасность сторон.

— Милена Кинс… задумчиво повторил имя жертвы Вигор.

Он не понимал, почему должен искать цель. Почему ему просто не могли дать точное место ее пребывания. И потому дело казалось очень подозрительным.

Конечно же, всегда есть способы найти жертву и без помощи заказчика. Но способы эти не всегда приятны и не всегда действенны. А хотелось покончить с заказом как можно скорее и вернуться к спокойной жизни.

Первым делом Вигор решил заявиться к Ронсу. Оборотень чуял практически любое живое существо за несколько десятков километров и смог бы без труда найти цель. Возможно, и в этом случае его талант окажется полезным.

Удивительная способность оборотня уже неоднократно помогала Вигору. Искать цель по магическому сигналу просто, но не безопасно. Неоднократно цели знали о том, что за ними придут.

Однажды Вигор уже попадал в подобную ситуацию. Тогда жертва превратилась в хищника, и лишь хорошая реакция спасла его от смерти. Его навыки оказались куда лучше, чем у противника. Его жизнь — ценнее.

С тех пор маг по возможности предпочитал обращаться за помощью к Ронсу. Ведь оборотень чуял не только цель, но и тех, кто ее окружает.

В доме Ронса было темно. Вигор привык к тому, что его друг не любит свет. Ему хватало и того света, который приходилось терпеть при исполнении заказов. К слову, и их оборотень предпочитал выполнять в ночное время.

— Проходи! — пожав руку, пригласил гостя оборотень. — Не обращай внимание на беспорядок. Вчера меня сильно ранили. Пришлось возвращаться домой в образе волка. Сам понимаешь, обрабатывать раны его неуклюжими лапами то еще развлечение.

Вигору уже приходилось видеть, как в образе оборотня Ронс занимался рутинными делами. Тогда его тоже ранили, а в образе волка заживление проходило намного быстрее и безболезненнее. Приходилось жертвовать комфортом.

В тот день маг впервые узнал, почему Ронс говорит о своем втором образе, как об отдельной личности. Преображенный, он становился вспыльчивее и злее. Даже магу было страшно смотреть на трехметрового волка, способного перемещаться, как на двух, так и на четырех лапах.

Однако, вскоре Вигор привык ко второй ипостаси своего друга. Даже его грозное рычание, первое время воспринимаемое, как проявление агрессии, оказалось ничем иным, как самым обычным общением. Со временем маг даже научился понимать его и порой с удовольствием дружил с обоими Ронсами по отдельности.

В действительности они не сильно отличались. Получалось, словно два разума живут в одном теле и периодически уступают друг другу право управлять им.

Ронс рассказывал, что в детстве с этим хватало проблем. Никто не желал уступать место и в итоге происходила постоянная внутренняя борьба. Но оборотень рос и обе его ипостаси взрослели. В итоге они подружились и научились жить сообща. А порой и вовсе стали приходить друг другу на выручку.

— Видимо тебе вчера сильно досталось… — оценив обстановку заметил Вигор.

— Ты даже представить не можешь на сколько!

Ронс подошел к окну, и небольшая полоса света осветила его грудь. В левой части, точно в области сердца, находился свежий шрам. Кожа уже зарубцевалась и было похоже, словно ране уже несколько лет. Но Вигор знал, что это не так. Оборотень мог залечить ее до такого состояния за считанные часы.