Лейн, Дара и Эмма напрягаются. Я сдерживаюсь, чтобы не последовать их примеру, поворачиваюсь на стуле и бросаю яростный взгляд на мужчину перед собой.

— Брэндон, — выпаливаю его имя с максимальной неприязнью. — Чем я здесь занимаюсь — не твое чертово дело.

Его зеленые глаза вспыхивают, и он подходит ближе.

— Ты моя жена, ты…

— Бывшая, — обрываю его. — Я твоя бывшая жена, Брэндон. Ты что, не помнишь, что подписал бумаги о разводе три года назад?

Он стискивает зубы.

— Ты же знаешь, я не хотел, — шипит он, наклоняясь к моему лицу. — Я хотел быть с тобой, но ты не могла дать мне ребенка, а я не мог…

— Хватит нести чушь, Брэн, — перебиваю его. — Ты прекрасно знаешь, что это не моя вина. Мы испробовали все возможное, но ничего не сработало. Это было не в моей власти, а ты унизил меня перед всем городом на той вечеринке, обзывая так, как муж не должен обзывать жену. Если бы ты действительно хотел быть со мной, то не вел бы себя так жестоко. — Я сглатываю внезапный комок в горле. — Ты никогда не хотел меня по-настоящему, верно? Тебе просто нравилась мысль о том, что я принадлежу тебе.

Я мягко толкаю его, встаю и бросаю взгляд на подруг.

— Думаю, на сегодня хватит. Увидимся позже.

Кидаю на стойку десятидолларовую купюру и направляюсь к выходу.

— Не будь сукой, Ниа. Ты всерьез собираешься вот так уйти от меня? — кричит Брэндон, следуя за мной. Он не был пьян, запах алкоголя отсутствует. Просто сама его натура настолько отвратительна, что я снова и снова спрашиваю себя: что же я видела в нем раньше?

Я не отвечаю. Останавливаюсь лишь у деревянной двери бара, рывком открываю ее и поднимаю взгляд. Все во мне замирает, когда я вижу его в нескольких шагах от себя.

— Ты шлюха, — цедит Брэндон за спиной. — Ты никчемная и слабая женщина, которая вообразила, будто сможет…

Я перестаю слышать его слова. Потому что здесь находится болезненно незавершенная поэма моего прошлого. Юноша… нет, мужчина, стоящий сейчас передо мной, разительно отличается от того, кого я знала одиннадцать лет назад. Теперь он — отточенная скульптура, окончательно сформировавшаяся форма.

Я хотела бы ахнуть, но его подавляющее присутствие не дает мне этого сделать. Хотела бы вдохнуть, но его карие глаза держат меня в плену. Хотела бы сдвинуться с места, но его приоткрытые губы словно парализовали меня.

А когда он моргает и скользит по мне своим неистовым взглядом, я уже не уверена, бьется ли мое сердце.

— Ниа… — шепчет он, и, клянусь Богом, все мое существо разбивается о волну его голоса.

Брэндон мгновенно превращается в забытый ничтожный осколок прошлого. Я наконец выдыхаю и смело встречаю испытующий, слишком знакомый взгляд Касса Мэддена.

4. КАСС

Она смотрит на меня так, словно никогда прежде не видела. Я не виню ее. Одиннадцать лет немалый срок, за который любой человек меняется и внешне, и внутренне. А учитывая, насколько юными мы были в нашу последнюю встречу, я и сам ошеломлен, видя ее перед собой — по-прежнему потрясающую — изучающую меня как совершенно незнакомого человека, а не того, кого она когда-то любила.

Ниа моргает, и, Боже, это словно спусковой крючок для моих обострившихся чувств.

Ее волосы стали длиннее и более волнистыми. Голубой цвет глаз уже не такой яркий, как я помнил, а некогда заметные веснушки на щеках поблекли, словно их аккуратно замаскировали. Лавандовое платье и кожаная куртка идеально подчеркивают мягкие изгибы ее соблазнительного тела, от этого зрелища у меня на миг темнеет в глазах.

— Ты вообще меня слушаешь, потаскуха? — раздается чей-то язвительный голос.

Я резко поворачиваюсь и вижу Брэндона Джонса, который с гримасой смотрит в затылок Ниа.

Гнев обжигает мои вены. Я делаю полшага вперед и грубо хватаю его за ворот синей рубашки.

— Как ты ее назвал? — рычу я. Когда он пытается вырваться, я сжимаю пальцы крепче и встряхиваю его, приближаясь к его лицу. — Как, блядь, ты ее назвал, Брэндон?

Я чувствую, что посетители наблюдают за нашей стычкой с этим напыщенным говнюком, но игнорирую их бессмысленный шепот.

— Я не обязан отвечать тебе, Мэдден, — бросает Брэндон. — Я могу называть ее как хочу. Она моя жена, понял? Она моя…

— Бывшая жена, Брэн. Бывшая. Жена, — раздается справа от меня голос Ниа.

К горлу подступает тошнота. Мой гнев остывает до ледяного спокойствия, ладони становятся влажными. Эти слова, их вес, сама правда — все это заставляет меня ослабить хватку. Брэндон тут же вырывается.

— Выбил почву из-под ног, а? — издевательски ухмыляется он. — Ты бросил ее и уехал в Нью-Йорк, так что ее семья выбрала меня, чтобы я присмотрел за ней. Чтобы женился на ней. Может, она и была запасным вариантом, но, черт, она горячая, и я наслаждался каждым…

Я не даю ему закончить, резко заношу правую руку и бью его в челюсть.

Этот мудак вскрикивает от боли. Я слышу удовлетворительный хруст, а затем звук его падения, когда он врезается в стол и валится на залитый пивом пол.

Несколько парней помогают ему подняться. Когда Брэндон смотрит на меня взглядом, полным убийственной ненависти, я фыркаю и демонстративно показываю ему средний палец.

Он окидывает меня взглядом и быстро понимает, что со мной ему не справиться. Трясясь от ярости, он сплевывает кровь на пол и, пройдя мимо ошарашенной Ниа, направляется к распахнутой двери бара. Бывший школьный задира, самопровозглашенный «мистер Крутой», теперь выбегает на улицу так, словно у него горит зад.

Кто-то из посетителей хихикает, а Ниа… она словно застыла на месте.

— Эй, — я встаю перед ней. — Ниа.

Она резко втягивает воздух, всматриваясь в мое лицо.

— Ты ударил его, — шепчет она и сглатывает. — Ты… — Она недоверчиво качает головой. — Ты правда ударил этого ублюдка.

Я стараюсь не улыбнуться, затем осторожно беру ее за левую руку и едва сдерживаюсь, чтобы не выругаться, когда ее шелковая кожа касается моих загрубевших пальцев. Боже, как я скучал по ощущению ее прикосновений.

Я сам лишил себя ее, но теперь, когда она передо мной, не знаю, сколько продержусь, прежде чем сорвусь и возьму то, из-за чего у меня едет крыша.

Ниа смотрит на наши соединенные руки с явной нерешительностью. В ее глазах читается борьба, она не может решить, отстраниться или же оставаться так, как есть.

Я не жду ее выбора, поскольку боюсь, что он меня не порадует.

— Могу я предложить тебе выпить? — спрашиваю я.

Она поднимает взгляд, открывает и закрывает рот, но не произносит ни слова.

— Отлично, приму это за «да». — Я мягко подталкиваю ее и с широченной улыбкой веду к другому концу бара.

Черт, как же хорошо снова быть дома.

5. КАСС

— Это документальный сериал для Netflix, — рассказываю я Ниа и делаю большой глоток пива. — Количество эпизодов пока не определено, но я рассчитываю максимум на восемь. Не хочу слишком затягивать.

Она неспеша потягивает виски-сауэр, а я не могу отвести бесстыжий взгляд от ее фигуры.

Она так изменилась, и все же осталась той самой девушкой, в которую я без памяти влюбился столько лет назад. Это не изменилось, и, конечно, доказательство тому выгравировано на моей коже, словно почетная метка.

Заиграла песня «Sentiments» в исполнении Джено и Брайса Фокса. Я наблюдаю, как Ниа притоптывает в такт и покачивает головой.

Ей нравится Брайс Фокс. Интересно. Запоминаю эту деталь. Возможно, она мне еще пригодится.

— Значит… сотни, тысячи людей посмотрят твой документальный фильм онлайн, да? — осторожно спрашивает она, словно ее слова не предназначены для чужих ушей.

Она старается держаться непринужденно, но я знаю, что ей это нелегко. Так же, как мне.

— На это мы с создателями и рассчитываем, — отвечаю я.

— Здорово. — Она слегка улыбается. — Я рада за тебя, Касс. Ты добился того, чего хотел. Ты успешен и занимаешься любимым делом. А ведь это и было твоей целью с самого начала, правда?