Ежедневный поезд «Черноморец» лет шесть назад был не скорым, а простым. Он ходил из Одессы в Киев и обратно и, кроме крупных городов Жмеринки и Винницы, останавливался, как говорится, у каждого столба. Однажды в Жмеринке его задержали какие-то странные события, и он опоздал в Киев на сорок минут. Что-то произошло с общим вагоном — говорили, то ли он отстал от поезда, то ли поезд отстал от него, толком никто не мог объяснить.
Но вот уже шесть лет проводник Илья Спиридонович Опанасенко, всякий раз выходя на перрон а Жмеринке, стоит со своим фонарем и глядит в небо. Стоит неподвижно и в дождь, и в мороз до тех пор, пока по радио не объявят отправку «Черноморца».
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
1.⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
В тот вечер в конце августа в общий вагон влазили тетки с торбами, уныло входили командировочные, не доставшие плацкарту, с шумом вваливались экономные студенты. Все перемещалось и устраивалось. И уже Илья Спиридонович, не глядя на часы, но чувствуя скорое отправление, загнал с перрона в тамбур последних курильщиков, и сам поднял ногу, чтобы войти в вагон, но в это время появился опоздавший.
Во время отправки всегда появляется такой опоздавший. Он в ужасе мчится за поездом, сшибая провожающих, и, если повезет, вскакивает в последний вагон.
«Черноморец» плавно покатил. Илья Спиридонович прикинул расстояние между вагоном и догонявшим пассажиром, протянул руку, чтобы подхватить пассажира в момент прыжка, и азартно закричал: «Давай, давай, давай!»
И пассажир среднего роста, средних лет, в сером костюме прыгнул и очутился в вагоне. Он отряхнулся, отдышался и, когда Илья Спиридонович закрыл дверь, сказал:
— А вы знаете, у меня билетика нет… не успел купить билетик.
— Что это за фокусы, гражданин?! — рассердился Илья Спиридонович.
— Какие уж тут фокусы… — сказал серый костюм и задумчиво оглядел проводника. — Впрочем… вы всегда так неаккуратно храните деньги?
— Чего? — удивился Илья Спиридонович.
Серый костюм быстрым движением снял с Ильи Спиридоновича железнодорожную фуражку и стал вынимать из нее какой-то несусветный хлам — какие-то шарики, ленточки, бумажные цветочки, два яйца, обглоданную кость, спичечный коробок… наконец, он вынул из фуражки купюру в десять рублей и протянул ее проводнику.
— Ваша?
Илья Спиридонович стоял с вытаращенными глазами.
Серый костюм улыбнулся, надел на проводника фуражку, засунул ему в нагрудный карман десять рублей и вошел в вагон.
— А вот и свободное место! — услышал Илья Спиридонович.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
2.⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
В первом купе, где устроился серый костюм, ехали: недовольный чем-то молодой человек с ромбиком на лацкане, смущенная девушка и дед в соломенной шляпе, неотрывно глядевший на свой чемодан.
На верхней полке кто-то уже спал.
Когда Илья Спиридонович проверил билеты, молодой человек с ромбиком, недовольно принюхиваясь, ушел в вагон-ресторан; а в купе завязалась беседа — бестолковый разговор, на той стадии, когда незнакомые люди не знают о чем говорить; но знают, что о чем-то говорить надо. Поговорили о погоде — «лето, как никогда», о молодежи — «не та молодежь»; вдруг, серый костюм, желая расшевелить компанию, улыбнулся и сказал девушке:
— Хотите, я угадаю, как вас зовут? Вас зовут Танечка.
Он угадал точно: но Танечка смутилась еще больше, и серый костюм напрасно ожидал изумленных возгласов. Наконец, дед в соломенной шляпе спросил:
— А вы… вы в какой области работаете?
— Я? — обрадовался вопросу серый костюм. — В Киевской.
— Нет… — смутился дед. — На какой работе?
— У меня довольно редкая профессия, — охотно начал объяснять серый костюм. — Я специализируюсь на чудесах.
— А я слышал, что бога нет! — удивился дед.
— Бог его знает! — засмеялся серый костюм. — Тогда скажем так: фокусник я.
Дед поджал губы и вцепился в свой чемодан. Уважение его сразу прошло. Однажды, еще до войны, он тоже ехал из Одессы в Киев — и второй раз с ним эти фокусы не пройдут!
После Раздельной поезд вошел в скорость, степь побежала мимо.
На верхней полке проснулась какая-то фигура, свесила вниз заспанное лицо и спросила:
— А тот, с ромбиком, еще в ресторане? Неприятный тип. Ромбик навесил — глядите все, я с высшим образованием!
— Не судите о незнакомых людях по внешнему виду, — вдруг разозлилась Танечка. Контакты в купе явно не налаживались.
— А у меня карты есть! — сказал вдруг дед, раздираемый боязнью за свой чемодан и желанием, чтобы никто этой боязни не заметил.
— Карты? Дайте-ка мне карты… — попросил фокусник.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
3.⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
— Ух ты! — сказал дед. — Еще раз покажите!
— Какая прелесть! — сказала Танечка. — Как вы это делаете?
— Если объясню, вам же станет неинтересно. Я лучше другой фокус покажу. Запомните любую карту. Порвите ее…
— Э-э… это мои карты! — испугался дед.
— Не волнуйтесь. Порвите и выбросьте в окно.
Танечка нерешительно разорвала бубнового туза и выбросила его в окно.
— Отлично! Вот ваша карта! — и фокусник вытащил бубнового туза из кармана.
Смех сотряс купе. С верхних полок свесились заспанные головы, из тамбура выглянули удивленные курильщики. В купе становилось тесно. Одни пассажиры сидели на корточках, другие подпрыгивали за чужими спинами. Поезд мчался в сумерках, тускло светили лампы под потолком, а в спертом воздухе общего вагона шестерки превращались в тузов, а дамы прятались в чужих карманах. Время, что ли, остановилось, или вспять пошло в общем вагоне, и приоткрыло в крайнем купе окошко в мир чудес и иллюзий. Не в свое ли детство таращились сонные головы с верхних полок?
Но вот пришел злой гений и все испортил.
— Это мое место! — сказал злой гений. — Попрошу!
Это вернулся из ресторана молодой человек с ромбиком.
— Фокусы? — спросил он. — Знаю я эти фокусы!
— Но ведь вы не видели! — горячо воскликнул дед.
— Это ничего, что я не видел, — отвечал ромбик, усаживаясь. — Любой образованный человек без труда отгадает ядро всякого фокуса. Конечно, показать я не смогу — я не карточный шулер, чтобы так виртуозно тасовать карты.
— Вы несколько самонадеянны, по-моему, — не выдержал фокусник.
— Да, я самонадеянный! — с удовольствием повторил ромбик. — И не стыжусь этого. Я всегда надеюсь на самого себя.
— Виталик! — вдруг всем на удивление сказала Танечка. — Зачем ты так? Будь с людьми покультурней!
— Но, Танечка, меня возмущает всякий обман, — ласково ответил ромбик Виталик. — Я просто хочу доказать.
— Он что, ваш брат? — участливо спросила фигура.
— Муж, — сухо ответила Танечка. — Но, Виталик, послушай…
— Предлагаю пари! — сказал Виталик, не слушая. — Если я объясню все ваши фокусы, вы поведете нас в ресторан — все купе.
— Идет! — ответил фокусник. — Только не тянитесь руками к картам и не сбивайте меня замечаниями. Тяните любую карту. Какая это карта?
— Десятка пик.
— Вот видите, вы ошиблись. Это дама червей. Не понимаю, как так можно ошибаться! А десятка пик вот где…
Фокусник сделал несколько пассов и попросил фигуру с верхней полки поискать десятку у себя. Тот, счастливо регоча, нашел ее на полке. Многоголовое купе ехидно глядело на Виталика. Виталик подумал и сказал:
— В основе этого фокуса лежат две идеи. Первая: вы искусно подсовываете мне карту с секретом и, забирая, меняете ее масть. В этом секрет карты, она двойная, что ли. Второе: настоящая десятка пик лежит в колоде, натягивая резиночку, как в рогатке. Вы ослабили колоду и выстрелили карту на верхнюю полку.
— Вы наблюдательны, — хмуро похвалил фокусник.
— Вы ничего не сказали о моем умении логически мыслить.
— Умеете, умеете… Задумайте любую карту…
Вскоре фокусник ожесточился. Он сопел, хрустел пальцами, из его рукавов выпадали какие-то посторонние карты, кубики, шарики; он краснел, извинялся, показывал фокус сначала, но ничего не мог поделать с Виталиком — тот объяснял любой его фокус.
